Солги мне
Шрифт:
Кей Эл обвел взглядом старые высокие дома, все, как один, смотревшие на улицу темными окнами, и уселся поудобнее на сиденье, морщась при воспоминании о своих детских шалостях — деревьях, обвитых туалетной бумагой, картофелинах, забитых в выхлопные трубы машин, фейерверках, заложенных в почтовые ящики. Потом он взял себя в руки. В конце концов, он уже двадцать лет не делал этому городишку ничего дурного. Он ни в чем не виноват. И даже имеет право выбраться из машины. Черт с ним, с Фрог-Пойнтом. Кей Эл затянул стояночный тормоз, вылез из автомобиля и хлопнул дверцей.
Казалось, звук прокатился по улице из конца в конец. Кей Эл закурил сигарету,
На противоположной стороне улицы распахнулась дверь, и из дома вышла пожилая женщина. Остановившись на крыльце, она с подозрением уставилась на Кей Эла. Тот не сомневался, что старуха специально выползла из своей заплесневелой гостиной, чтобы выяснить, кто этот незнакомец и почему он поставил машину на ее улице в час, когда всякий добропорядочный мужчина должен находиться на службе. Женщина показалась ему знакомой. Мгновение спустя Кей Эл вспомнил, кто она, и понял, что припарковал здесь машину по давней привычке. Миссис Бэнистер. В свое время, когда учился в выпускном классе, он частенько торчал здесь, соблазняя дочку миссис Бэнистер, Линду, в чем и преуспел многократно. Теперь, много лет спустя, инстинкт опять привел его на это место.
Кей Эл выпрямился и помахал старухе рукой, давая понять, что он не какой-нибудь извращенец и не бродяга, вознамерившийся ободрать цветы на ее клумбе. Миссис Бэнистер смерила его прищуренным взглядом и, войдя обратно в дом, с грохотом захлопнула за собой дверь. Кей Эл так и не понял, удалось ему успокоить старуху или, наоборот, он еще усугубил ее подозрения, но ему было плевать.
Его мысли теперь всецело занимала Мэдди. Раздраженная женщина, разговаривавшая с ним сегодня язвительно и грубо, ничем не напоминала ту смешливую девчонку, которую он знал в юности. В последние годы Кей Эл не раз думал о Мэдди, вспоминая ее дружелюбный веселый нрав, но теперь от него, похоже, не осталось и следа. Было абсолютно понятно, кто виноват в произошедшей в ней перемене, и это приводило его в бешенство. Кто-то должен заплатить за несчастья Мэдди, и Кей Эл ничуть не сомневался, что этим «кто-то» будет Брент Фарадей.
Вдобавок Кей Эл прекрасно знал, как он это сделает. Не кто иной, как бывшая жена, дала ему оружие против Брента.
«Кей Эл, мне нужна твоя помощь, — сказала Шейла, позвонив ему неделю назад. — Мне нужен бухгалтер, которому я могла бы доверять. Возьми отгул. Тебя ценят на работе и дадут столько выходных, сколько потребуется. Ты был паршивым мужем, но лучшего экономиста, чем ты, не сыскать».
После такого вступления Кей Эл, естественно, ответил отказом. Шейла сказала, что ее адвоката надувают, но Кей Эл продолжал отнекиваться. Тогда Шейла заплакала, однако Кей Эл был непоколебим. Он продолжал упорствовать даже и тогда, когда Шейла пообещала подписать отказ от алиментов, ведь она все равно лишится их после свадьбы со Стэном. Наконец она взмолилась: «Кей Эл, прошу тебя. Брент Фарадей предлагает Стэну четверть паев своей компании за двести восемьдесят тысяч, и я боюсь, что он хочет облапошить Стэна. Все, что от тебя требуется, — это изучить документы и сказать, права я или нет».
И тогда Кей Эл согласился.
Он глубоко затянулся сигаретой, стараясь не слишком увлекаться воспоминаниями. Шейла еще сказала: «Вполне возможно, там все чисто. Это ведь не кто-нибудь, а Брент Фарадей», — и Кей Эл сразу понял, что дело швах. Он ненавидел Брента даже больше, чем Фрог-Пойнт.
Слава Богу, теперь все это в прошлом. Теперь Кей Эл добропорядочный гражданин, у него хорошая работа и обеспеченное будущее. Наконец-то он прижмет Бренту хвост — Кей Эл ничуть не сомневался в том, что сумеет это сделать; те дни, когда он сам боялся угодить в кутузку, миновали безвозвратно.
Кей Эл докурил сигарету и уже собирался отправиться в путь, когда у заднего бампера его «мустанга» остановился патрульный автомобиль. Из салона вылез полицейский и направился в его сторону.
Глава 2
Кей Эл прижался спиной к автомобилю.
— Почему бы тебе не оставить меня в покое? — спросил он.
— Да ты не волнуйся. — Полицейский ухмыльнулся и сдвинул на затылок фуражку, являя окружающему миру огненно-рыжую шевелюру и россыпь веснушек. — Миссис Бэнистер позвонила в участок и сообщила о подозрительном типе, который таращится на ее дом. Генри послал меня убедиться, что это ты. У нас все как в старые времена, приятель.
— Иди ты к черту со своими старыми временами, Винс, — отозвался Кей Эл. — Должно быть, у тебя что-то с памятью; в те времена ты бегал от полицейских, вместо того чтобы якшаться с ними. Когда Генри взял тебя на работу, я сразу сказал, что он свалял дурака.
— Ничего подобного, — заспорил Винс. — Это был очень ловкий ход. Генри понимал, что я лучший специалист по подростковым преступлениям, поскольку сам совершал большинство из них. В моем лице Генри заполучил настоящего эксперта. А теперь, дружище, стань лицом к машине и положи руки на капот, покуда я буду тебя обыскивать.
— Как скажешь, — ответил Кей Эл, подчиняясь. — Господи, дай дураку чуть-чуть власти, и он вообразит себя Наполеоном. А что, Генри действительно знал, что речь идет обо мне?
Закончив положительную процедуру, которую, впрочем, он проводил не слишком тщательно, Винс облокотился о «мустанг» рядом с Кей Элом.
— Ты же знаешь Генри. Он видит всех насквозь и слышит на тысячу миль. К тому же в настоящий момент ты — единственный чужак в городе, а это существенно сужает круг поисков. Угости-ка меня сигареткой, приятель.
— Чтобы ты обвинил меня в подкупе полицейского, находящегося при исполнении? — спросил Кей Эл. — Кури свои.
— Не могу. — Впервые за время разговора на лицо Винса набежало хмурое облачко. — Донна заставила меня бросить.
— Да ты, как я погляжу, заделался подкаблучником.
— У меня двое детей, я не хочу рисковать своим здоровьем, — сказал Винс, вновь обретая обычный жизнерадостный тон. — Но поскольку сейчас они оба в парке, перепихиваются теннисным мячиком, я думаю, что одна сигаретка из твоего кармана им не повредит.
— Перепихиваются? — Кей Эл хохотнул, протягивая Винсу пачку. — Славненько же ты воспитываешь подрастающее поколение.
— Учу их всему, что узнал от тебя. — Винс раскурил сигарету и глубоко затянулся. — Кайф-то какой! Ну почему все, что вредно, доставляет такое удовольствие?
— Потому что у Господа Бога никудышное чувство юмора, — ответил Кей Эл, вспомнив о Мэдди.
— Я рад, что ты вернулся, Кей Эл, — сказал Винс, отдавая сигареты. — В этом городишке не так-то много людей, способных подшучивать над Всевышним. Впрочем, если тебя сразит молнией, это будет заслуженная кара.