Солэс
Шрифт:
Предупредив тяжелый для нее удар, мальчик подбежал к Эврике и, не дав ей обернуться, взял ее за плечи, прошептав, - нужно уходить.
Град новых слез в память о погибшем папе омыл лик девочки. Оперившись о плечо друга, дрожа всем телом, она последовала вместе с ним к выходу, а лампочка на ее футболке тускло мигала, с трудом пробиваясь сквозь ядовитую пелену.
Глава 18. Прощай Солэс
Солэс.
Тут и там через клубы испарений на улице мелькали силуэты обесточенных роботов и людских тел. Замерший гигант "Чизис" более не пытался тянуться ввысь, погрузившись в вековечный сон. Логотип в виде надкушенного куска сыра более не появлялся на экране корпорации, так и оставшись не съеденным.
Передвигаясь в сопровождении друга по мертвым улицам Солэса, Эврика думала об отце, но не как о создателе "Месу", и не как об уничтожители города, а как о любящем папе. Рядом с отцом в сознании девочки возникал образ матери. Живой. Не той бездушной оболочки из лавки, а о любящей маме, которая читала ей сказки под мудрым кленом на холме.
"Они, наконец, нашли покой" - пронеслось у нее в голове, и она с трудом набралась сил, чтобы не расплакаться.
Вскоре мысли девочки переключились на Эрика, остановившись на его чудесном спасении. Сосредоточенный лик мальчика, устремленный сквозь пелену тумана, вдаль, не мог дать девочки ответа на вопрос.
Эрик также не мог объяснить своего чудесного спасения. Он долго перебирал в голове возможные варианты, которые могли бы истолковать произошедшее с ним. Однако ничего подходящего не обнаружилось.
Вдруг, в мыслях мальчика предстал образ матери и отца. Они были окружены мириадами звезд и планет, как бы паря в космосе меж них, сливались со вселенной воедино.
"Запрос обработан" - подвел итог своим измышлениям Эрик.
Вскоре дети добрались до моста, ведущего в пригород. Близ переправы туман слабел, и уступал место открытому пространству.
По ту сторону моста, в запряженной парой лошадей повозке сидела миссис Ригид.
– Ох!
– воскликнула бабушка, - как же я рада вас видеть! Я уж хотела было поехать за вами.
– И мы рады тебя видеть, бабушка, - устало промолвила Эврика.
– А где же мистер Дигир?
– Папы больше нет..., - последовал ответ.
Дорога до скворечника сопровождалась нелегким для Эврики пересказом событий.
Понимая, как девочке тяжело вновь переживать случившееся, бабушка не задавала вопросов, лишь внимая рассказу внучки.
– Не думала, что мне придется прощаться с Джонатаном дважды..., - выпустив тяжелый вздох, подытожила миссис Ригид.
Эпилог
После
Рука об руку они латали крышу и чинили крыльцо. Вскоре возле дома появилась пристройка для хранения инструментов, дров и зерна.
Миссис Ригид по мере сил помогала детям справляться с работой и стряпала еду.
Внешний облик дома преображался, словно скворечник оправился после серьезной болезни. Дорожка, тянущаяся от крыльца к ограде, была огранена цветами. А рядом с домом на ветру покачивались деревянные качели, готовые принести радость детям.
Раз в неделю, дабы повидать своих родных, обитатели скворечника поднимались на холм, где раскинул свои ветви многолетний клен.
Неподалеку от мудрого древа, окруженные невысокой деревянной оградой, расположились три надгробия, рядом с которыми всегда лежали цветы.
После свидания с родными дети всегда пребывали в задумчивости, но миссис Ригид умело выводила детей из уныния, вспоминая счастливые моменты из прошлого.
Лампочка Эврики с каждым днем сияла все сильнее, подпитываемая любовью близких.
Принц и принцесса из книги сказок только и могли, что позавидовать любви Эрика и Эврики, проросшей сквозь толщею выпавших на них испытаний.
Перед сном Эрик часто вспоминал колыбельную отца, которую спела мама в день их расставания. Голоса родителей, слившись воедино, звучали в сознании Эрика, погружая его в тихий и спокойный сон.
Спи мой малыш, скорей засыпай,
Рядом я буду с тобой.
Добрые сны, приятные сны,
Увидишь ты пред собой.
Речка и солнце пусть снятся тебе,
И свежескошенный луг.
Знай ты одно - я рядом с тобой,
И не впущу я беду.
На облаке мягком ты пролетишь,
Взглянув на мир свысока.
В ответ улыбнутся и речка и луг,
Помашу рукой тебя я.
Спи мой малыш, скорей засыпай,
Рядом я буду с тобой.
Добрые сны, приятные сны,
Увидишь ты пред собой.
* * *
Коридоры хирургического отдела клиники Солэса, словно корни единого древа, расходились в разные стороны от кабинета главного врача. Тут и там по корням дерева сновали белые хаты, перемещаясь из кабинета в кабинет, курсировали по артериям клиники.
Возле кабинета хирургического отдела, молодая семейная пара ожидала доктора.
Лик супругов был омрачен, однако частичка веры и надежды не покидала их.