Солдат не спрашивай

Диксон Гордон Руперт

Эти корабли, координаты и траектория которых были тщательно изучены службой разведки Донала, его флот внезапно окружил и уничтожил, до того как они смогли послать предупреждение. На планете это восприняли с крайним изумлением и почти с недоверием.

Однако под покровом ночи десантные части уже высаживались на Сету, обрушиваясь на города, военные базы и полицейские посты.

В большинстве случаев десант сразу же оказывался точно над целью, поскольку кораблям, сбрасывавшим его, никто не мешал. Реакция же тех, кто находился на земле, была более чем ожидаемой

в ситуации, когда хорошо обученные и вооруженные войска столкнулись с местной полицией, необстрелянными солдатами и отдыхающими гарнизонами. То тут, то там возникали короткие и быстрые схватки, лишь когда штурмовым группам противостояли наемники, столь же подготовленные, как и они. Но в этом случае быстро поступало подкрепление и операция заканчивалась.

Сам Донал высадился на планету с четвертым эшелоном; и когда на следующее утро над горизонтом поднялось большое желтое солнце, планета находилась под надежным контролем. Два часа спустя ему доложили, что нашли самого Уильяма — в его собственной резиденции в пригороде Уайттауна, до которого было около полутора тысяч километров.

— Я еду туда. — Донал огляделся по сторонам. Его офицеры были заняты, а Ян находился где-то в войсках. Он повернулся к Ли: — Идем.

Они отправились в путь на четырехместной платформе, опустившись в саду резиденции, Донал жестом поманил Ли за собой и вошел в дом.

Комнаты были пусты, словно все обитатели дома куда-то исчезли. Какое-то время спустя ему стало казаться, что, возможно, доклад был ошибочным и Уильям тоже скрылся. Наконец в небольшой комнатке Донал встретил Ани.

Лицо ее было бледным, но спокойным.

— Где он? — спросил Донал.

Она повернулась и показала на дверь в дальнем конце комнаты:

— Заперто. Он был там, когда ваши начали высаживаться, и с тех пор оттуда не выходил. Никто больше не должен был здесь оставаться. Я… я не смогла уйти.

— Да, — угрюмо произнес Донал, разглядывая запертую дверь. — Должно быть, это было нелегко — для него.

— Вас волнует его судьба?

Он резко поднял голову и взглянул на нее, пытаясь разглядеть хотя бы намек на насмешку в выражении ее лица. Однако она спрашивала совершенно искренне.

— Меня в какой-то степени волнует судьба каждого. — Донал подошел к двери и, повинуясь какому-то внезапному импульсу, прижал большой палец к датчику замка. Дверь распахнулась.

У него внезапно похолодело внутри.

— Останьтесь с ней, — бросил он через плечо Ли. За дверью оказалась еще одна, более тяжелая, но она также открылась от его прикосновения.

Уильям сидел за заваленным бумагами столом в конце длинной комнаты. Увидев Донала, он встал.

— Итак, наконец вы здесь, — спокойно проговорил он. — Ну-ну.

Подойдя ближе, Донал взглянул ему в глаза. Внезапно у него возникло подозрение — хотя для этого не было никаких оснований, — что Уильям ведет себя не так, как следовало бы.

— Хорошая операция. Очень хорошая, — устало вздохнул Уильям. — Ловкий трюк. Признаюсь, я недооценивал вас с первого дня, как только мы встретились. Я окончательно побежден, не так ли?

Донал

подошел к другому краю стола и посмотрел в спокойное измученное лицо Уильяма.

— Сета под моим контролем, — объявил Донал. — Ваши экспедиционные войска на других планетах отрезаны от вас, и их контракты не стоят даже той бумаги, на которой они написаны. В отсутствие ваших приказов для них все кончено.

— Да… да, я так и полагал, — с легким вздохом ответил Уильям. — Вы мой рок, моя судьба. Мне следовало понять это раньше. Для армии, подобной моей, должен был найтись противовес. Я думал, что победить меня можно лишь числом, но я ошибался. — Он посмотрел на Донала столь странным, испытующим взглядом, что глаза Донала сузились.

— Вы не слишком хорошо выглядите, — сказал Донал.

— Да, я не слишком хорошо выгляжу, — Уильям устало потер глаза, — В последнее время мне пришлось много работать — и без всякого толку. Расчеты Монтора были верными; однако чем более совершенным был мой план, тем в большей степени он оказывался уязвимым. Знаете, а ведь я вас ненавижу. — Уильям уронил руку на стол и снова бесстрастно посмотрел на Донала, — Никто никогда не ненавидел кого-либо так, как я ненавижу вас.

— Пойдемте. — Донал обошел вокруг стола. — Я отведу вас туда, где вам смогут помочь…

— Нет. Подождите… — Уильям поднял руку и отступил на шаг. Донал остановился, — Сначала я хотел бы вам кое-что показать. Я понял, что мне конец, в ту минуту, когда получил известие о высадке ваших людей. С тех пор я жду вот уже почти десять часов, — Он внезапно содрогнулся, — Долгое ожидание. Мне нужно было чем-то себя занять, — Он повернулся и быстро подошел к двустворчатым дверям в дальней стене, — Взгляните, — предложил он и нажал кнопку.

Двери раздвинулись.

Донал посмотрел. В небольшом шкафу висело нечто, что можно было едва узнать лишь по тому, что осталось от его лица. Это был — или когда-то был — его брат Мор.

Министр обороны

Сознание начало возвращаться к нему.

Уже некоторое время кто-то то и дело звал его, пытаясь вернуть из темных коридоров, вдоль которых он двигался. Однако он был занят, слишком занят, чтобы ответить, — до последнего мгновения. Теперь же он постепенно начал прислушиваться к голосам — иногда это была Ани, иногда Сэйона, а иногда Ян; порой до него доносились голоса незнакомых ему людей.

Он медленно и неохотно поднимался на поверхность из темных глубин, по которым странствовал. Вокруг простирался громадный океан, в котором ему было тепло и уютно, и океан полностью овладел бы им, если бы не голоса, звавшие его назад, к реальности. Его призывали выполнить свой долг, поскольку столько дел было еще не сделано и столько всего было сделано не так. И еще оставался Уильям.

— Донал? — произнес голос Сэйоны.

— Я здесь.

Он открыл глаза и увидел белую госпитальную палату, а рядом с его койкой стояли Сэйона, Ани и Галт — вместе с невысоким усатым человеком в длинном розовом халате, выдававшем в нем психиатра-экзота.