Солар
Шрифт:
***
В Галерее было пустынно и одиноко, и лишь дежурные светильники тускло мерцали вдоль стен, создавая причудливые тени. В это вечернее время все служители Искусства со своими семьями отмечали смену года; обычно шумная Галерея наполнилась непривычно жутковатой тишиной и мрачным несовременным обликом.
Рус огляделся. В мастерской ничего не изменилось, со вчерашнего дня такой же узнаваемый беспорядок. Подарки, подготовленные родным, живописно валялись в разных углах помещения, но если поторопиться, то полчаса — вполне реальный
Фронт работ вырисовывался приличный. Рус почесал затылок, зевнул, еще раз посмотрел на часы. И только после этого достал заранее приготовленную упаковочную бумагу и принялся за нудное, но нужное дело.
Работалось быстро, и спустя короткое время симпатичная гора свертков оказалась на удивление аккуратно разложена по полу. Осталось малое — обернуть в хрустящее желтое последний подарок — портрет Кианы, и Главный Маг Искусства Галереи на мгновение залюбовался — картина получилась, безусловно, одним из лучших его творений!
— Темного Дня, Русеан!
Вкрадчивый голос неприятным холодком ворвался в личное пространство. От неожиданности мужчина резко обернулся и изумленно икнул в сторону неожиданного гостя. — Прошу прощения, но Вы кто т-такой? — нелюбезно добавил, — Вы вообще как сюда попали?
— Как обычно, через дверь! Галерея всегда открыта для страждущих искусства посетителей. Ммм, какая у вас на портрете красавица! — гость вальяжно приблизился к картине и с нескрываемым любопытством принялся разглядывать нарисованное. — Ах, хороша, плутовка! Ну, что за… ммм… глазки! Что за щечки! Господин ри Фарра, Ваш талант неоспорим!
— Эээээ… — промямлил Рус.
— Вижу, она Вам дорога, не так ли, Русеан?
— Мы сегодня не работаем, прошу меня простить!
Рус проигнорировал и комплимент красоте сестры, и странный вопрос в собственный адрес. Однако, ледяное спокойствие и извиняющийся взмах рукой в сторону дверей, не произвели на нежданного гостя никакого впечатления.
— А вот мне весьма необходимо с Вами поговорить!
— Прямо сейчас? А это не может подождать до завтра? Я весьма тороплюсь! — вкрадчивый тон незнакомца стал порядком раздражать. Еще один намекающий, более, чем красноречивый жест ладонью… не возымел никакого действия.
— К сожалению, нет. У меня к Вам предложение, от которого Вы не сможете отказаться.
Незнакомец так пристально посмотрел на Руса, что тот нахмурился.
— Еще раз прошу меня простить, — твердо и с нажимом произнес Главный Маг Искусства Галереи, — но у меня действительно сейчас нет времени на непонятные мне разговоры. Выход — там! Прощайте!
И отвернувшись от собеседника, всем своим видом показал, что разговор окончен. Стратегически зря.
Глядя на широкую спину хозяина помещения, незнакомец лишь едко усмехнулся в ответ на явную нелюбезность:
— Вы так думаете?
—
Раздался тихий хлопок.
Тончайшая серебряная сеть резанула по коленям и моментально опутала ноги. Вскрикнув от боли, Рус упал, как подкошенный. Искаженное от ужаса лицо и скрюченная фигура мужчины быстро растворялись в пространстве.
— Ну что же, Русеан — Вы не оставили мне выбора.
***
Перед ужином у меня были грандиозные планы:
1. заглянуть к брату, растолкать его и удостовериться, что он уже пришел в себя,
2. переодеться в вечерний наряд и, наконец,
3. слопать знаменитый шоколадный торт, который так замечательно готовит наш повар!
Но зайдя в комнату, я смогла лишь растерянно повертеть головой по сторонам. Руса нигде не было. Ни в комнате, ни в ванной. Постель — аккуратно застелена. Стакан с водой и чашка с отваром, которые я ему принесла, пусты.
— Ру-у-ус?
И только хотела громко возмутиться его поведению, как заметила противное желтое мерцание над тумбочкой. Сообщение?
Это еще что такое?
Дотронувшись до пульсирующего треугольного символа, я с удивлением услышала хриплый сухой голос брата: «Я в Галерею за подарками, скоро буду. Не ешьте все без меня!».
Вот балбес! Скоро — это когда? Вот когда он туда ушел? Если пять минут назад, то можно и час, и два его ждать! А торт сам себя не съест… и подарки не подарятся.
Итого, ждать Руса — не вариант. Ибо непонятно во сколько это самое «ждать» может вылиться. Зная брата, подумала о максимальном сроке и… нет, он не устраивал!
Покружив для дополнительной проверки по комнате, я все-таки пришла к единственно верному выводу — лучше отправиться в мастерскую и поторопить, чем выслушивать стенания мамы, о том, куда он опять запропастился.
Решено, надо его оттуда вытаскивать! Потянув за ластящиеся ко мне родные блестящие нити, я шагнула в Галерею.
***
Прижав маленький нос к стеклу, юная зрительница неотрывно следила за тем, что происходило снаружи.
А снаружи было ОНО, то самое чудо, которое девочка с таким нетерпением ожидала. На празднично украшенной гирляндами и магическими шариками улице разыгрывалось настоящее театральное представление!
Как же ей хотелось туда, к прекрасным фейри! Волшебным и восхитительным! Какие же там все красивые! Особенно та, в золотом платье!
«Когда-нибудь, когда я вырасту, у меня тоже такое будет!» — подумала девочка и охнула от восторга, — «Ох, как же сладко поют!»
Малышка погрузилась в сказку, и казалось, ничто в мире не могло оторвать ее от происходящего.
Ведь там — чудные девы, невесомо порхающие над публикой. Их мелодичные кристальные голоса обволакивали пространство, создавая радостное настроение, а с темного неба в разные стороны летели серебряные звездочки и спирали, наполняя воздух праздничным благоуханием. Публика весело хохотала.