Соль земли

Ламур Луис

— Ты видела Галлоуэя? — спросил я.

— Нет.

— Меня дважды ранили, — сообщил я, прислонившись к стволу. — Как там наверху?

— Они рассыпались по всему хребту. Не знаю, как мне удалось проскользнуть. — Взглянув сквозь ветви вверх, в сторону хребта, я не увидел ничего, кроме леса, дождя и низко нависших облаков. — У меня есть укромное место. Нам лучше поспешить туда, — сказала девушка.

Джудит пошла впереди, и прежде, чем сделала дюжину шагов, я понял, что она хорошо знала, как вести себя в такой

ситуации: пряталась за деревьями и выступами скал, стараясь остаться незаметной. Но, очевидно, уже ходила по этой тропе, что встревожило меня. Если враг хитер, никогда не следует использовать одну дорогу дважды: на ней может ждать противник.

— Как ты здесь очутилась?

— Вы не вернулись, и мы забеспокоились, я не могла больше ждать, убежала и пошла в этом направлении.

Место, которое она нашла, могло спасти только от дождя. В большую сосну ударила молния, она упала, застряв невысоко от земли в ветвях другого дерева.

Джудит обломала ветки с внутренней стороны и накидала их сверху.

Под кроной было сухо, лес вниз по склону закрывал нас, и мы даже рискнули развести маленький костерок, ни огня, ни дыма которого не будет видно снаружи.

— Флэган?

Джудит сидела на земле рядом с костром, ожидая, пока закипит вода для кофе.

— Да?

— Давай просто уедем отсюда. Я не хочу больше войны, не хочу неприятностей.

— Там твой отец. — Я указал на подножие горы, скрытое от наших взоров. — Он нездоров и очень устал. Когда я их оставил, они окопались в надежном месте. Но им пришлось защищаться.

— Я хочу его увидеть и страшно боюсь за тебя. Черный Фетчен не будет спать спокойно, пока не расправится с вами — с тобой и Галлоуэем.

— Нас не так-то просто убить.

Приготовив кофе, она налила мне кружку, и, признаюсь, ни разу в жизни я не пил такого вкусного кофе. Но я беспокоился. Фетчены рядом на горе, с моими ранами мне долго не продержаться. Вопрос стоял так: все или ничего.

Поставив кружку на землю, я проверил оружие. В это время мы оба услышали, как наверху хрустнула ветка.

Взяв кружку в левую руку, не выпуская из правой шестизарядник, я посмотрел на Джудит.

— Ложись под теми ветками. Сейчас здесь разгорится последний бой.

— Ты боишься, Флэган?

— Наверное. Видишь, я не совсем в форме. Рана мешает. — Я вернул ей кружку. — Ну, вот и хорошо! Отличный был кофе.

Я встал, засунув револьвер в кобуру и насухо вытерев механизм винтовки. Я поднялся на небольшой пригорок у корней поваленного дерева и посмотрел вниз по склону.

Они приближались. Сначала насчитал пятерых. А еще подходили те, сверху. Всего человек четырнадцать — пятнадцать.

— Приличная получается драка, — улыбнулся я Джудит. — У тебя есть револьвер?

Она бросила мне оружие, и я, поймав его на лету левой рукой, заткнул за пояс.

— Что ты собираешься

делать?

— Подождать, пока подойдут поближе. Они хотят драку — получат ее. Когда будут совсем рядом, выйду и открою огонь. Другого выхода нет.

Я был не в состоянии идти дальше, да мне и не хотелось. Вот здесь все и решится. Против Черного Фетчена и остальных я выйду, сколько бы их там ни было. Мы будем драться прямо здесь, на этой отсыревшей земле... И кто-то из нас умрет.

Глава 16

В таких случаях не думаешь, у кого преимущество. Оно было явно не на моей стороне. И бежать некуда, значит, надо драться или умереть.

Но пока я наблюдал за тем, как они приближаются, у меня отпала охота умирать, и я даже не сознавал, что перевес сил, и немалый, на их стороне. Пришло время, когда это не имело для меня большого значения. Думал лишь о том, скольких возьму с собой, как мне надо передвигаться и в кого стрелять вначале.

Я искал Черного. Его прежде всего хотел увидеть у себя на мушке.

Джудит встала рядом со мной, и я знал, что она смотрит на меня.

— Флэган, — тихо сказала она.

— Да?

— Флэган, я люблю тебя.

Повернув голову, я посмотрел на нее.

— Я тоже тебя люблю, — ответил я серьезно. — Только у нас осталось мало времени... Джудит, когда начнется перестрелка, не ввязывайся в нее, слышишь? Мне спокойнее, если я буду знать, что тебе ничто не грозит.

— Хорошо, — покорно согласилась она, и я ей поверил.

Они шли с винтовками на изготовку, собранные и сосредоточенные.

Я тщательно выбрал цели. Первый выстрел — доля секунды, чтобы переместить прицел. Скорее всего, после второго выстрела они увидят меня. Значит, нужно броситься на землю, перекатиться и выстрелить еще раз, прежде чем они поймают меня в рамки прицелов. Что потом? Зависит от точности их стрельбы и от того, пойдут ли они в атаку или предпочтут скрыться за деревьями.

По их поведению трудно было понять, обнаружили нас или нет, но они точно знали, что я где-то здесь, на склоне. Вначале я хотел выйти и открыть огонь, как только они подойдут на расстояние выстрела, но потом задумался.

Они приближались сверху и снизу. За нашими спинами был каньон, спуститься туда невозможно. Но под углом к склону пролегала небольшая, но достаточно глубокая, чтобы, пригнувшись, незаметно по ней пробежать, ложбинка, местами заросшая кустарником.

Если выскочу из нашего убежища и начну стрелять, то потом можно нырнуть в ложбинку и под ее прикрытием уйти наверх. Фетчены не могли ее сразу заметить. Если повезет, доберусь до нее и выйду там, где меня меньше всего ожидают.

Все это время я мысленно возвращался к Галлоуэю. Здравый смысл подсказывал мне, что, должно быть, он мертв, но сердце не хотело этому верить. Галлоуэя трудно убить.