Соль уходящего лета...

Резник Юлия

– Я не отказываюсь от своего плана. Просто корректирую его. На данный момент я хотел бы вложиться в бренд «Владислава Шумм».

– Ты с ума сошел? Ник, Совет об этом и слышать не захочет, ты же знаешь, каких потерь нам стоила эта…

– Плевал я на совет! – перебил заместителя Ник.
– Речь идет о моих личных активах.

– Личных?! Да что с тобой не так?

– Со мной все в полном порядке. Мы купили никому не нужный балласт. Признаю – моя недоработка. Но сейчас мы можем все исправить.

– Каким образом? Лада решила продать права на торговую марку? Ты серьезно?

– Нет… Нет. Эту возможность

мы не обсуждали.

Ник растрепал волосы, махнул рукой продолжающей сидеть в машине женщине.

– Тогда что? Ник, я не понимаю! – все сильнее волновался Марк.

– Я хочу вернуть ее в бизнес.

– Что, прости?

– Я хочу вернуть ее в бизнес, - по словам повторил Ник.
– Я хочу вернуть ей все, что у нее отнял… Хотя бы то, что могу.
– На том конце провода надолго поселилась тишина.
– Марк…

– Я здесь. Просто, - в трубке послышался испуганный смешок, - я тебя не узнаю. Не подскажешь, куда подевался Ник-безжалостный-делец-Норман? И кто сейчас говорит вместо него? Предупреждаю, кем бы ни был этот кто-то, с ролью Ника он справляется не то чтобы ах.

– Просто скажи мне, какую сумму я могу вывести.

– Ты слишком много вкладывал в дело, не думаю, что твоих средств будет достаточно, чтобы заново запустить такую махину, - в трубке что-то зашуршало.
– Погоди, тут мне параллельно звонят. Как бы не по вопросу опеки…

Он знал, что неправильно заставлять Ладу ждать, знал… Но все равно не торопился возвращаться в машину. Ник чувствовал, что должен во всем ей признаться, но совершенно не понимал, как. По факту он уже рассказывал ей о случившемся. Об аварии, виновницей которой стала его жена, и о своей в ней роли… Но Лада все еще не знала главного. Того, что именно в этой аварии она потеряла мужа и не рожденного сына. Как и не знала того, что это он отнял ее бизнес. Склонив голову, Ник побрел к машине. В голове гудело: скажи ей, скажи! Но страх, проклятый страх непрощения отнимал все его мужество.

– Вот твоя справка… - просипел он, до рези вглядываясь в ее лицо. В глаза, которые наполнились счастьем. Лада выхватила из его рук проклятую бумажку, прошлась по ней жадным взглядом.

– Господи! Ты волшебник! Настоящий волшебник!

– Скорее глупец, обменявший душу на деньги, - прошептал Ник, но возбужденная получением вожделенного документа Лада не услышала его слов.

– Давай вернемся и прямо сейчас им все отдадим?! Пусть подавятся этими бумажками! Ник? Ну, что ты молчишь? А потом мы сразу сможем поехать к Лидочке? Или сначала в магазин? Разве это не глупо, что я только сейчас подумала о том, что ей потребуется много вещей? Красивые платья и уже, наверно, пальтишко… - болтала без умолка Лада, а потом резко осеклась.
– Ник... Что-то не так? Мы не сможем забрать Лидочку?

Ник через силу улыбнулся:

– Нет, мы обязательно сможем. Просто… я задумался. Извини.

Успокоенная его словами Лада широко улыбнулась и снова принялась о чем-то рассказывать. А он не мог отвести взгляда от ее переполненных счастьем глаз, ямочек на щеках, стремительных жестов, которыми она сопровождала каждое свое слово. Наверное, именно такой Лада была до катастрофы… Желудок Ника обожгло. Кислота поднялась откуда-то изнутри и наполнила его рот. Он хотел ей все рассказать. Он был должен… Но как? Как… когда она такая счастливая? Впервые за долгое-долгое

время…

Ник снова припарковался. Подхватив папку с документами и злосчастную медицинскую справку, Лада шустро выскочила из машины и второй раз за день скрылась за дверями социальной службы. Ник проводил ее взглядом и, откинувшись на подголовник, слепо уставился вдаль. Всю свою жизнь он стремился к легким, ни к чему не обязывающим отношениям с женщинами. И это было просто. Вокруг него с юности вились не обремененные комплексами красотки. Модели, ассистентки, звездные клиентки, которых манила его смазливая внешность, но еще больше – возможные перспективы. И это обилие легкодоступных женщин в какой-то момент сыграло с ним злую шутку – он разучился любить, он перестал стараться… Зачем? Если за ним всегда оставался выбор? Множество вариантов поблизости. Стоило только скинуть смс или поманить пальцем. Он с легкостью переключался с одной женщины на другую, пока это все не осточертело, и не пришло понимание неправильности, суррогатности происходящего. Пока не захотелось другого… Искреннего. Настоящего. Того, что Ник разглядел в Ладе. Возможно, в этом и заключалось его наказание? Полюбить женщину, в чьих бедах он был виноват? Чтобы до дрожи в коленях боясь ее потерять, до последнего верить! Верить в то, что она простит. И пока оставалась хоть капля надежды, что все еще можно исправить, складывать их разбитые жизни по черепкам, по кусочкам… держать их вместе, сколько понадобится – а вдруг получится соединить? Замазать трещинки, заврачевать раны, заштопать, где порвано, разгладить шрамы…

От автора: напомню, что сегодня и завтра можно поучаствовать в розыгрыше на множество моих книг) Заглядывайте! пы.сы. "Дед" таки поступил в продажу, но книгу пришлось перезалить. Кто ждал?

– Я все сделала, Ник! Представляешь? Я снова подала эти чертовы документы! – сообщила Лада, пританцовывая возле машины. Она вскинула руки вверх, покрутила бедрами и даже неуклюже подпрыгнула на одной ноге. Счастливая. Невозможно счастливая. Морской ветер трепал ее волосы и полы тонкого спортивного кроя пиджака. Подрагивающими пальцами Ник опустил стеклоподъемник.

– Отлично. И что мы будем делать теперь?

– Поедем в магазин? – спросила Лада, озорно сверкая глазами.

– За одеждой для Лиды?

– И за игрушками, и за книжками, и… за всем – за всем! Что еще ей может понадобиться?

– Я не знаю, - вымученно улыбнулся Ник, - у меня сын, был… я… не знаю, что может понадобиться маленькой девочке.

Все веселье вмиг покинуло Ладу. Он даже успел пожалеть, что вспомнил о своем горе. Не нужно было сейчас об этом…

– Ну, и ладно… Нам в магазине подскажут. Иначе… что это за магазин?!

Шопинг доставил удовольствие им обоим. Ник, который никогда до этого не бывал в магазинах подобного рода, с интересом осматривался. Роботы и куклы, конструктор и мягкие игрушки, наборы для творчества, коляски, люльки… Крохотные кофточки и штанишки, и одежда на детей постарше, к рядам с которой, впрочем, Лада не слишком спешила.

– Надо же… Мода на детские вещи не слишком-то поменялась.

– Хм…

– Думаешь, нет?

– Скорее вообще не имею мнения.

– А я интересовалась, знаешь ли. Беременные женщины – такие странные. Одни соленые огурцы едят со сгущенкой, а я бредила созданием детской линии одежды.