Соль наших сердец
Шрифт:
Коробка с планшетом поместилась в мою объемную сумку. По дороге домой зашла в супермаркет, набрала необходимые продукты для парочки салатиков, да мяса, чтобы запечь его «по-французски». Торт покупать не стала, завтра, после работы заскачу.
Вернулась домой позже, чем обычно. Опять темно, только вот Леша сидел на инвалидной коляске посередине гостиной. Где-то в глубине души я надеялась, что он у себя в комнате.
Боже, как я могу так думать?!
— Привет, Леш, — произнесла как можно радостней. Даже нашла силы улыбнуться и посмотреть ему в глаза.
—
— Да, вот, в магазин забежала. Сейчас я быстро и будем кушать.
Пронеслась в спальню. Скинула с себя одежду, залезла в домашний спортивный костюм. Собрала валяющиеся футболки на каком-то автомате. Вошла на кухню.
Под внимательным изучающим взглядом супруга переложила гречку на сковороду к котлетам. Поставила разогревать нетронутую весь день еду.
Задавать вопросы о том, почему он опять не ел, не стала. Вообще, под тяжелым темным взглядом даже вздохнуть было сложно. Леша смотрел на меня так, словно обвинял. Хотелось признаться во всем, даже в том, что я и не совершала.
Может, каким-то образом Леша прознал о планшете, и готовит свою пламенную речь…
— Как прошел день? — неожиданно прозвучал вопрос. Подняла на него глаза, не веря, что сейчас он разговаривает со мной. Пусть и таким сухим, надломленным, злым голосом.
— Да знаешь, все по одному, — ответила, сразу же прикусив себя за язык. Нет, не стал бросать в меня эти шпильки из слов, что калечат не хуже острия ножа. — Сегодня работы было много, практически не было возможности присесть.
Это невозможно. Наверное, нам все же лучше молчать. По крайней мере, мне.
Леша, кажется, был солидарен со мной. Больше мы не разговаривали.
К моему удивлению Леша все доел, даже выпил кружку чая. Принял таблетки без гримас и весь вечер просидел на инвалидном кресле рядом с диваном. Я и сама не помню, когда в последний раз у нас выдавался такой спокойный вечер.
Уснула я еще до того, как Леша ушел в свою комнату.
Да, если бы я знала, что он всю ночь провел рядом со мной и уехал в спальню за час до моего обычного пробуждения…
В этот раз я проснулась ровно по будильнику. Заготовки салатов заняли львиное время утренних сборов. Взглянув на часы, обнаружила, что еще пол часа и я рискую заработать свой первый штраф за опоздание.
Побежала в спальню.
Скорее-скорее.
Не стала доставать из шкафа свой костюм. Вместо него сняла с одного плечика белую блузку, со второго юбку-карандаш. Так, белье, чулки, блузка, юбка… Привычным взглядом окинула кровать, наткнулась на изучающий взгляд Леши. Значит, он видел все, всю… Моментально покрылась румянцем. Этот взгляд. Нет, это игра моего воображения, не иначе. Он не может ТАК смотреть на меня. Как будто все еще любит и в то же время ненавидит. Не знаю, как еще можно расценить этот тяжелый пристальный взгляд.
— С днем рождения, Леша, — поздравила я, нарушив затянувшееся молчание. Планшет решила пока
— Спасибо, Ксю.
Как же приятно…
Несмотря на все старания, не смогла прибыть на работу вовремя.
— Опаздываете, Ксения Викторовна! — многозначительно изрек свои наблюдения Сергей Сергеевич, стоило мне вбежать в приемную.
— Да, извините за опоздание, — я все еще не могла отдышаться, поэтому каждое слово произносила раздельно и с хрипом. — Такого больше не повторится, Сергей Сергеевич.
— Очень на это надеюсь, Ксения Викторовна, так как никакие ваши личные обстоятельства не помогут вам, если не будете выполнять свою работу, — его взгляд вальяжно прошелся по мне, остановившись на неглубоком вырезе блузки. — Хорошо.
Неприятное ощущение, словно ко мне что-то прилипло, не покидало меня весь день. Каждый раз, когда Сергей Сергеевич выходил из своего офиса или вызывал к себе, старалась сделаться незаметной. Только это мало мне помогало.
Даже не стала отпрашиваться, чтобы уйти раньше с работы, памятуя утренний разговор о моих личных обстоятельствах. И, судя по всему, бывшему компаньону совершенно параллельно, что у моих обстоятельств сегодня день рождения.
Под конец дня меня завалили работой так, что разгрести ее получилось лишь к семи часам. Впервые за два года я радовалась тому, что завтра суббота, и возвращаться на работу в эту приемную нужно лишь через два дня.
Как и планировала, заскочила в супермаркет за тортом. Домой добралась только в восемь. Долго прождала маршрутку.
Добежала домой, помня, о мясе, которое само по себе на зафранцузится. Открыла дверь, чуть не уронив именинный торт. Да, вот была бы картина. Стоило мне войти в дом, как меня встретила дружная мужская песня под гитару, раздававшаяся с кухни. Теперь уже от удивления торт практически вывалился из рук.
5. Леша/Ксю
— Давай еще по одной.
Я смотрел, как соловеют глаза Андрея. Он заметно расслабился. Кажется, свыкся с моей инвалидной коляской и теперь уже не прятал взгляда.
— Давай, брат, здоровья, счастья, денег, — произнес свой тост Андрей, похлопав по плечу. Еле сдержался, чтобы не заржать в голос.
— Спасибо, давай, до дна.
Мы стукнулись рюмками. Обжигающая жидкость потекла по горлу, принося с собой какую-то отрешенность. Хорошее лекарство, чтобы забыться.
— А Ксюха как? Давно ее не видел.
Разлил виски по рюмкам, тем самым давая себе время, чтобы спустить пар.
— Мы с Ксюшей разводимся, — ответил я спустя минуту.
Не чокаясь, опрокинул в себя еще одну рюмку.
— Почему? — спросил Андрей, скользнув взглядом по инвалидному креслу. Да, «брат», именно поэтому.
Не стал отвечать. По-моему, и так все очевидно. Не был бы я в таком состоянии тебя бы здесь точно не сидело.
Наше молчание затянулось. Андрей начал поглядывать на дверь. Нет, еще слишком рано прощаться.