Шрифт:
ПРОЛОГ
Вот уже в который раз Элли снился этот сон. Она идет по длинному песчаному пляжу и внезапно слышит, как кто-то скачет за ней на лошади. Боясь обернуться, Элли убегает, хотя прекрасно понимает, что убежать от преследователя не удастся…
Очнувшись от мучительного сновидения, она села и уставилась в темноту ночи. Ее сердце бешено колотилось, во рту пересохло.
Откинувшись на подушки, Элли едва сдержала плач.
Когда-нибудь она все-таки успокоится и перестанет
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Элли, спускаясь по широкой витой лестнице, остановилась на мгновение и выглянула в огромное окно.
Перед ее глазами предстал привычный пейзаж — роскошная усадьба Марчингтон-Холл. Ухоженные лужайки, озеро, дворик с фонтанами, высаженные в ряд кипарисы, являвшиеся своеобразным обрамлением сада в итальянском стиле.
В такие дни, как сегодня, когда воздух был свеж после дождя, мир выглядел намного привлекательнее.
Все, что делала Элли, совершалось ради Тома. Только мысль о сыне заставляла ее продолжать жить.
Внезапно к горлу подступил ком, и она отвернулась от окна. Мельком Элли увидела в зеркале свое отражение и снова замерла на месте. Ей показалось, что она похожа на привидение: мертвенная бледность, безжизненный взгляд. Причина тому — сон, мучивший ее вот уже которую ночь подряд, и затянувшая борьба за право полноценного общения с четырнадцатимесячным сыном.
Элли только что навещала Тома, желая удостовериться, не просыпался ли он ночью от раскатов грома. Ей пришлось в очередной раз выслушивать нравоучения его няни.
— Том сейчас завтракает, леди Марчингтон, — сказала та.
— Я знаю об этом, — ответила Элли, просчитав в уме до десяти, чтобы успокоиться. — Я много раз говорила, что хочу сама кормить мальчика.
— Мы предпочитаем, чтобы ребенка как можно реже тревожили.
Она знала, что няня действует по приказу свекрови — леди Грейс Марчингтон. Эту особу в местных краях звали не иначе, как Железная Колотушка.
Каждая встреча Элли со своей свекровью заканчивалась высказыванием недовольства последней в адрес снохи.
Леди Грейс считала себя единственным экспертом в вопросах воспитания наследника своего сына Хьюго. Она заявляла, что мальчик пошел характером в отца, поэтому никто, кроме нее, не сможет совладать с такой противоречивой натурой.
К Элли в усадьбе частенько относились так, будто она в любой момент готова похитить ребенка. Продолжительность ее общения с Томом строго ограничивалась.
Первое слово, произнесенное ребенком, было обращено к бабушке. Элли даже не увидела, как он делает свои первые шаги.
Большинство подруг Элли были замужем и старались совмещать работу и домашние обязанности, иногда просто выбиваясь из сил. Они явно полагали, что хоть Элли и стала вдовой в двадцать один год, однако получила такое богатство, о котором
У Элли были огромный дом, прислуга, деньги и в принципе никаких забот.
Некоторые из подруг считали смерть ее мужа чем-то сродни подарку судьбы, хотя и не говорили об этом открыто. А если бы и говорили, ей пришлось бы с ними согласиться.
Она медленно проследовала по коридору, глубоко вздохнула и вошла в гостиную. Грейс Марчингтон восседала во главе стола. Увидев Элли, одетую в джинсовую юбку и белую блузку, Грейс одарила ее недовольным взглядом, посмотрела на часы и произнесла:
— Доброе утро, Элис, как тебе спалось? — Не дожидаясь ответа, она позвонила в маленький медный колокольчик. — Я попрошу миссис Виндом принести тебе тост.
Элли присела за стол и налила себе кофе.
— Извините, что задержалась. Я заходила навестить Тома.
— Сейчас совсем не время видеться с ним, моя дорогая. Я надеюсь, няня сказала тебе об этом.
— Сказала, — Элли отпила кофе. — Пусть тогда она сообщит, когда мне лучше всего появляться в детской, дабы увидеться с сыном. Похоже, я все делаю не так.
Леди Марчингтон нетерпеливо передвинула свою чашку на блюдце.
— Я не понимаю тебя, Элис.
Элли вздохнула:
— Я хочу видеть сына каждый день. Мне не нужно указывать подходящее для этого время. Я желаю приходить в детскую в то время, когда он просыпается, а также одевать, купать и кормить его. Разве я о многом прошу?
— Ты считаешь, что няня не способна всем этим заняться? Позволь тебе напомнить, что эта женщина растила Хьюго с момента его появления на свет.
— Я понимаю, — устало произнесла Элли. Как будто кто-то позволит ей забыть об этом. Рассуждения об опыте няни звучат в этом доме ежедневно.
— Кроме того, после рождения Тома няня оказалась ему просто необходима.
— Да, у меня была послеродовая депрессия. — Элли старалась говорить спокойно. — Но сейчас я здорова.
— Разве, моя дорогая? Иногда я начинаю за тебя беспокоиться. — Свекровь печально улыбнулась ей. — Ты по-прежнему горюешь по нашему дорогому мальчику Хьюго, я это постоянно подмечаю. Но я убеждена, что доктор Леннар найдет подходящего специалиста, который поможет тебе пережить этот трудный период.
Элли поджала губы:
— Вы считаете мое желание видеть ребенка поводом для обращения к психиатру?
Леди Марчингтон казалась весьма шокированной.
— Элли, терапия бывает различной. В конце концов, я ничего не навязываю.
Произнеся это, Грейс занялась разбором корреспонденции, которая лежала на столе рядом с ней. Внезапно Элли заметила среди писем голубой конверт с почтовой маркой Франции и едва сдержалась, чтобы не ахнуть.
Это было письмо от тетушки Мадлон. При мысли об этом у Элли по спине побежали мурашки. Неужели сон в руку?