Сокрушители

Гамильтон Дональд

– Кому, любопытно, пришла в голову эта идиотская мысль?

– Вы недовольны?

– Послушайте, Дельгадо! Не сомневаюсь: вы сущий клад по компьютерной части! Но коль скоро предстоит орудовать на линии огня, предпочитаю орудовать без вашего содействия! Я уже отвечаю за одну особу в юбке... прошу прощения, в джинсах - неподготовленную и неумелую. Но Сандра, по крайней мере, способна гашетку от затвора отличить. А вы?

– Никак нет; зато я бегло говорю по-испански. Ваше знание этого языка, если не ошибаюсь, ограничивается дюжиной обиходных фраз. Опять же, вы ни разу

не бывали на Гобернадоре, а я хорошо знакома с жизнью островных народов, ибо родилась по соседству. Имею несколько местных друзей, способных оказать немалую помощь. Палить, и правда, будете самостоятельно; а в прочих отношениях найдете меня отнюдь не бесполезной.

Оставалось лишь плечами пожать.

– Карибский Легион, - продолжила Дана, - почти наверняка соберет свой Совет в полном составе. И очень скоро, понимаете? Неужто не цените представляющегося шанса?

Я не удержался и тихо присвистнул:

– Неплохой шанс!.. И где же?

– Вероятнее всего, в Сан-Хуане, Пуэрто-Рико. Сдается, у них там оборудован своеобразный штаб. Адресом покуда снабдить не можем. Я не располагаю всеми нужными сведениями, но информация накапливается не по дням, а по часам.

– Цель совещания?

– И ее не знаем. Пожалуй, станут обсуждать следующую по порядку мерзость. Или собственную безопасность, это гораздо вероятнее. Вы их, кажется, вынудили разволноваться. Двое из террористов, причастных к последнему взрыву, погибли позавчера. Двое членов Совета - Гальвес и Кениг - убиты на следующий день. Видимо, Легион зашевелился и намерен предпринять ответные шаги... И вам тоже не грех призадуматься, мистер Мэттью Хелм, план разработать на случай нежданных осложнений.

– А в план, разумеется, включить вашу милейшую персону?

– Да. Вашингтон считает, что мои познания пригодятся, и весьма.

Опять передернув плечами, я изрек:

– В общем-то, я отнюдь не прочь иметь проводником по неизвестной и недружелюбной стране хорошенькую женщину. Только вам доведется найти общий язык с Сандрой. Она - единственная, кто видел блондинку, метнувшую бомбу; да и присмотреть за девицей невредно... Пока буря не утихнет.

Дана Дельгадо слабо ухмыльнулась.

– Любопытный получится menage a trois! [6] Хорошо, обещаю быть паинькой...

6

"Любовь на троих" (франц.).

Спустя два часа мы с Сандрой уже катили по загородному шоссе.

Глава 14

Я скосился в автомобильное зеркальце.

– Уведомляю: за нами тащится "хвост".

Начав поворачивать голову, Сандра осеклась и застыла.

– Не ваши помощники?

– Помощники тоже, наверное, неподалеку; но этих не видал. Черный фургон... Больно зловещий автомобильчик; точно из фильма дешевого позаимствован... Вряд ли принадлежит Карибскому Легиону, хотя - поди, проверь... Террористы не пускаются в открытое, продолжительное преследование: просто бьют и бегут. Но делать

на это ставку навряд ли разумно...

Сквозь притемненные стекла фургона было невозможно различить, кто обретается внутри.

– Кто же это?
– спросила Сандра неожиданно охрипшим голосом.

– Поживем - увидим. На белом свете немало черных фургонов: не исключаю, что этот, в итоге, способен оказаться безобидной собственностью безвреднейшего местного фермера. Но давай-ка лучше удостоверимся.

Я вывернул баранку.

– Зачем съезжать на проселок?
– перепуганно спросила Сандра.
– Шоссе, по крайней мере, не пустынно, машинами кишит!

– Вот-вот. А мне понадобится глухой, извилистый, почти безлюдный тракт. Поскольку ты здесь прожила несколько лет, с окрестностями знакома неплохо, да?

– М-м-м... Отчасти.

– Говори, как достичь дороги еще более глухой, чтоб ни городка, ни поселка. Желательно, между прочим, ни хутора, ни бензоколонки. Чем пустынней - тем лучше... Вот он, голубчик, не отстает...

Черный фургон исправно и сноровисто спешил за нами.

– Выбери дорогу, которую хорошо помнишь: понадобится называть загодя все извилины - гоночным штурманом послужить.

– Вон туда, прямо...

– Вижу. Да не беспокойся по поводу парня, торопящегося позади, я слежу за ним самостоятельно. Присматривай за проселком, припоминай, куда он уводит, и сообщай водителю, сиречь, мне.

– По этому склону езжай не спеша: внизу - "кирпич". Придется юркнуть налево...

– Понял.

Поворот я выполнил в полном согласии с правилами, не позабыл вовремя включить мигалку, притормозил, как положено разумному и осторожному шоферу; потом и вовсе остановился перед возникшим на пути шлагбаумом. Водителю фургона оставалось лишь остановиться в свой черед. Я пристально смотрел в зеркальце, но темные стекла не опускались, ружейные и пистолетные стволы не высовывались.

Эти стекла придавали машине довольно зловещий вид. Казалось, ею никто не управляет; чудилось - представитель самоходной техники нежданно обрел разумение и несется за нами по собственному почину. Злобному, вне всякого сомнения.

Снова заработав мигалкой, изобразив примерного, законопослушного субъекта, я пропустил пикап, снабженный местными номерными знаками, а потом устремился к северу по двухрядной асфальтовой дороге, в которую вливался проселок, фургон ехал по пятам.

– Похоже, - заметил я, - это нужный человек... Ни на пядь не отстает.

– Как он выследил нас?

– Дело нехитрое. Нам предстояло пересечь лишь один мост через реку; а до следующего - миль пятьдесят. Парню пришлось лишь покараулить и последить за дорогими спортивными колымагами, вот и все...

– Осторожнее, здесь попадаются дети и собаки... Хорошо, теперь можешь прибавить газу, если хочешь.

По сторонам тянулся чахлый лесок; вдоль шоссе изредка возникали дома; асфальт, похоже, прокладывали прямо по старинной тропе французских поселенцев - уж больно извилистой была дорога. Я прибавил скорости. Фургон - тоже. Пикап скатился на боковой проселок и оставил шоссе в полном нашем распоряжении.