Сокровище
Шрифт:
Пенни покраснела, потом побледнела:
— Неправда, мистер Томсон: я умею управлять своими чувствами; кроме того, я берегла себя все годы вовсе не для того, чтобы потерять девственность с первым встречным, проявившим ко мне плотский интерес!
Произнеся последние слова, она торопливо зажала рот рукой, понимая, что сказала лишнее, и, зарыдав, бросилась в свою комнату, громко хлопнув дверью. Эрик стоял как громом пораженный. Девственность? — вертелось у него в голове. Неужели «серая мышка» до сих пор девственница?! Вот уж не думал, что они еще остались на этом
Эрик лежал в постели и, уставившись в потолок, размышлял о событиях прошедшего дня. Луна заливала комнату серебряным светом, напоминая ему, что, отправляясь спать, он забыл зашторить окна. Но сейчас Эрика не беспокоили подобные мелочи: он не мог выкинуть Пенни из головы. Девственница! Неужели?.. Моя секретарша — девственница, проносились беспорядочные мысли. Ей уже за двадцать. Так почему же она до сих пор?.. Ведь она достаточно привлекательна… Нет, она не может быть девственницей; только не с таким телом! И тут он (уже в который раз!) вспомнил, как эффектно выглядела Пенни на приеме: высокая грудь, красное облегающее платье, стройные ноги, чувственные губы, шикарные рыжие волосы. Ну, как тут можно устоять! Нет, я не смогу уснуть, зная, что такая потрясающая женщина спит в соседней комнате! — подумал он и, встав, направился в гостиную, чтобы немного выпить. Остановившись в дверях, Эрик немного подождал, прислушиваясь. Тишина. Тогда он подошел к бару и вылил в бокал остатки бурбона. И вдруг ему послышалось… Неужели она все еще плачет? — удивился Эрик, почувствовав себя виноватым. Он, как многие мужчины, не выносил женских слез.
Он поставил пустую бутылку на место и подошел к двери ее спальни. Снова тихо. Тогда Эрик сделал вид, что возвращается в свою комнату, а потом осторожно вернулся и приложил ухо к дубовой двери. Несколько секунд он ничего не слышал, потом различил еле слышные рыдания.
Эрик почувствовал угрызения совести и, не раздумывая, повернул ручку двери, не потрудившись, однако, даже постучать. Он вошел, и первое, на что он обратил внимание, — это занавешенное окно. Даже будучи расстроенной, она не забывает о мелочах. Хорошо, почему-то подумал он. Бросив взгляд на застеленную постель, он только тогда понял, что Пенни нет в комнате. Несколько секунд он постоял в нерешительности, потом подошел к двери в ванную комнату и прислушался: оттуда доносились плеск воды и сдавленные рыдания.
Эрик захотел войти, но не смог: дверь оказалась закрытой. Внезапно испугавшись, что Пенни может сделать с собой что-нибудь, он постучал и громко, чтобы перекрыть шум воды, позвал:
— Пенни!
Никакого ответа. Тогда Эрик нажал на дверь плечом. Еще и еще раз. Ему почудилось, что она зовет его на помощь… Вот еще одно усилие и еще одно… Когда же дверь наконец распахнулась, он увидел, что Пенни, завернутая в банное полотенце, стоит у умывальника и старательно моет лицо (очевидно, для того, чтобы скрыть слезы), а в наполненной ванне лопаются ароматизированные пузырьки пены из шампуня. Эрик сделал несколько шагов навстречу к ней, стараясь подавить внезапно возникшее желание…
— Пенни… —
Услышав за спиной его голос, она резко повернулась. Ее зеленые глаза расширились от удивления и испуга, когда она поняла, что Эрик действительно стоит рядом и видит ее полуобнаженной… Пенни быстро подтянула полотенце и дрожащим голосом поинтересовалась:
— Почему вы… здесь, мистер Томсон?
У Эрика пересохло во рту, но он все-таки собрался с духом и ответил:
— Я… слышал, как вы плакали, вот и решил…
На щеках Пенни выступил легкий румянец, делая ее еще более привлекательной.
— Ну что вы! — смутилась она. — Я не плакала, а… пела.
— Пели?! Ну, тогда… Ваша песня мне показалась очень грустной. Надеюсь, вы не собираетесь заниматься пением всерьез?
Пенни присела на край ванны, руками она все еще придерживала полотенце:
— Нет, конечно, мистер Томсон…
Она совсем растерялась, а Эрик улыбнулся. Замешательство Пенни льстило его мужскому самолюбию, она действительно «серая мышка»! Интересно: что будет, если я… Эрик подошел ближе и заглянул ей в глаза:
— Хорошо. Мне бы не хотелось искать себе новую секретаршу…
Пенни отпрянула назад:
— Да вы пьяны!
— Не настолько, чтобы сделать то, чего вы так боитесь, — усмехнулся он.
— Тогда уходите! — Пенни повелительно указала на дверь: ей было стыдно и неловко за то, что он так легко угадал ее мысли.
— Не могу.
— Не можете? — удивилась она. — Почему?
— Я все равно не усну.
— Конечно, не уснете, если останетесь в моей ванной. Идите к себе. Идите же!
Эрик не двинулся с места.
— Идите! — повысила голос Пенни. Вздохнув, он развернулся к двери:
— Хорошо. Если вы так настаиваете…
Эрик уже открыл дверь, и Пенни вздохнула с облегчением, как вдруг он обернулся:
— Пенни…
— Что? — встрепенулась она.
— А вы не хотите поцеловать меня на ночь? Прошу вас: один маленький поцелуйчик! Так я скорее засну…
Пенни замерла: она не могла пошевелиться. Эрик подошел к ней вплотную и подбодрил:
— Ну, пожалуйста…
— И вы обещаете уйти? — спросила она, краснея.
Эрик торжественно положил руку на сердце и сказал:
— Клянусь!
— Вы были бойскаутом?! — догадалась Пенни.
— В детстве. Да и то только три месяца, — нетерпеливо отмахнулся он. — Ну, так что же?
Несколько секунд она колебалась, а потом все-таки ответила:
— Хорошо. Только один поцелуй. А потом вы сразу уйдете.
— Договорились! — поспешил согласиться Эрик, пока она не передумала.
Он прижал ее к себе. И тут в его голове зазвучали слова: «Будь осторожен, не забывай, что она девственница!» Эрик немного ослабил объятия и прошептал:
— Расслабься…
— Хорошо… — едва слышно ответила Пенни, чувствуя, как бешено колотится сердце. Она быстро коснулась губами его губ и отстранилась. — Вот. Вы получили свой поцелуй, а теперь уходите…
— И это поцелуй?! — рассмеялся Эрик. — Ну да…
— Ошибаетесь: просто случайное соприкосновение губ.