Сократ из Лондона
Шрифт:
Через пару минут мы со стариком уже сидели на "моей" скамейке. Я дал ему салфетку. И он вытирал ею разбитую губу.
– Спасибо большое. У меня там было все. И документы, и деньги.
– Да не за что.
Старик улыбнулся.
– Почему вы бежали быстро?
– А что, надо было медленнее?
– Нет, ну вы же старый.
– А я каждый день бегаю по 5 километров.
– Вы?
– А ты не смотри, что я бездомный. Я бегаю, чтобы у меня были ясные мысли. Я ими работаю.
– Работаете?
– Да,
– А что с работой?
– Это и есть моя работа – проникаться страданиями людей и желать, чтоб у них у всех все было хорошо.
– Так, с ним все ясно, – подумал я.
А он продолжал
– Ты думаешь, я "того"? Вот скажи, клетка в теле, которая постоянно думает о благе всего тела, тоже сумасшедшая?
– А причем тут…
– А почему человечество больно? И все так много страдают?
– Почему?
– Потому что человечество – это одно тело. И чтобы оно было здоровым, каждый человек должен стать здоровой клеткой. А не думать, как раковая клетка, только о себе.
– Но если все будут только думать, кто будет работать, на чем будет держаться мир?
– Когда-нибудь так и будет – основную работу будут делать роботы, а люди будут думать друг о друге. Хорошо и много.
– Хорошо? По–моему, намного легче думать о других плохо.
– Превосходное замечание!
Старик аж подпрыгнул на скамейке.
– Вот поэтому это и работа – думать хорошо и желать добра.
– И как же вы тогда ее делаете, без зарплаты?
– Есть! Есть у меня зарплата. Самая большая в мире!
Старик посмотрел на меня так победоносно, как будто только что выиграл в лото еще один билет.
– Я счастлив! Это моя зарплата! Если ты заботишься обо всем организме, ты чувствуешь всю его жизнь. Ты чувствуешь счастье за всех!
В этот момент к нам подошли двое полицейских. Один из них сказал, обратившись к старику:
– А, это ты, Сократ? Опять мешаешь грабителям спокойно работать? Смотри, чтоб они тебя не прирезали.
Затем полицейский вяло расспросил Сократа, что произошло, посоветовал мне снять какую-нибудь комнату, и они ушли.
Я посмотрел на часы. Мне уже надо было ехать в аэропорт.
– А Сократ – это имя?
– Нет, конечно. Просто меня все тут так называют. За то, что "философию развожу".
Я еще раз его поблагодарил за чемодан. Мы попрощались. И я улетел в Канаду.
Две недели с мамой и братом пролетели интересно и весело, но мысли о Сократе почему-то не оставляли меня
– А вдруг это действительно ключ к счастью – желать счастья другим? Но как это можно сделать? Мы же все постоянно заняты.
И еще было много разных мыслей
Летя обратно в Лондон, я уже предвкушал, что большую часть дня обязательно проведу за беседой с Сократом. Благо, вопросов к нему накопилось море. Но, подойдя к его скамейке, Сократа я там не нашел.
– Странно, – подумал я, – где он шляется в рабочее время?
На этот раз я снял комнату в хостеле неподалеку. И через пару часов гуляний по окрестностям снова подошел к "дому" Сократа. Его вещи все так же лежали на пустой скамейке. И тут я увидел неподалеку того полицейского, который к нам подходил. Догнав его, я спросил, не знает ли он, где Сократ. Он, все так же вяло, как в прошлый раз, ответил:
– Да, несколько дней его не видел. Скорее всего, прирезали его. И скинули в Темзу. Местные воришки. Искать то его все равно никто не будет. А он им постоянно мешал.
Я был в шоке. Мне почему-то вспомнилась улыбка Сократа. И его слова:
– Я счастлив! Это моя зарплата!
Но тут полицейский продолжил:
– А может, он просто переехал в ночлежку для бездомных. Их тут несколько в округе.
– Без вещей?
– Он знает, что там ему все новое и чистое выдадут.
У меня отлегло на сердце. Я, конечно, узнал у него адрес одной из ночлежек и пошел туда искать Сократа. Но его не оказалось ни в одной, ни в другой. В конце концов я прекратил поиски, посчитав, что лучше жить с надеждой, что он жив. И улетел назад в Израиль.
С тех пор прошло уже больше 20 лет. И Сократа почти наверняка нет в живых. Но его пример – жить счастьем других подтолкнул меня к поиску этого принципа в своей жизни. И за это:
– Спасибо тебе, Сократ!
Уcлышанное
У одного учителя было несколько учеников. Когда он говорил, никто ничего не записывал. Это было не принято. Но один ученик, сын учителя, приходил домой и старался записать все, что услышал от отца. И вот за несколько лет у него накопилась толстая тетрадка записей.
Когда отец умер, его сын сам стал учителем и у него появились ученики. Но эту тетрадку он никому из них не показывал. Пока к нему не пришел один ученик, который начал записывать все, что он говорил, на магнитофон.
И вот однажды он дал прочитать этому ученику одну статью из тетрадки. А потом еще и еще одну.
Ученик был поражен глубиной написанного. И однажды спросил учителя почему он не показывает эти записи другим ученикам. Учитель ответил – они еще не готовы их прочитать.
Как-то, когда они вдвоем читали услышанное учителем, ученик предложил исправить одно предложение. По его мнению, оно было не совсем правильно сформулированно. На что учитель сказал – ничего нельзя переделывать, ведь я записал все сказанное отцом слово в слово.