Соискатели
Шрифт:
Л.И.: Ну а может он действительно влюбился, увлёкся? У него и раньше это бывало, правда, давно уже. И разводиться не предлагал… Вот ты знаешь, поэт Гёте, например – а ему было гораздо больше, чем сейчас Ване, - так что ты думаешь, влюбился, и взаимно, заметь, в юную девушку. Любви все возрасты покорны.
Н.: Мама, в любви все возрасты проворны, это да. А Я ЗНАЮ всё, что ТАМ происходит, мне Эдик Шустрых рассказывает. Совсем дед с ума сошёл, я считаю. Ну и пусть, раз так! А ты сделай,
Л.И.: Нет, Наташа. Давай эту тему закроем. Я не собираюсь больше выходить замуж!
Н. (смеясь): Тьфу! А я – что, замуж тебя выдаю?!
Л.И.: Да как же? Ведь ты сама сказала: давай подбирать варианты; СОИСКАТЕЛЕЙ, так сказать.
Н.: Ну да. Но я не сказала «замуж», заметь!
Л.И.: А зачем же мне тогда эти… СОИСКАТЕЛИ?
Н.: Так встряхнёшься наконец; вспомнишь, что ты – женщина. И, кстати, ещё ВПОЛНЕ! Побывай в театре, в ресторане, ещё где-нибудь. Кто тебя замуж-то пихает, господи?!
Л.И.: Но если эти… СОИСКАТЕЛИ вдруг… найдутся, они же начнут надеяться?..
Н.: Ой, мама, ты действительно СУПЕРНАИВНАЯ, тут Лизка права. Да ты же в любой момент просто можешь сказать: извините, наши отношения больше продолжаться не могут. Красиво и интеллигентно. Твой бывший муж, - лет пятнадцать, дай бог памяти, тебя никуда не приглашал! Всё работа, деньги, деньги!..
Л.И.: Так ведь это ж для семьи. Для всех нас. Для Лизы, в конце концов.
Н. (едко): И для Клеопатрочки теперь, да? А Лиза, я чувствую, и сама не пропадёт. Если б твой Богачевский меньше зарабатывал, лучше было бы!
Л.И.: Да, я всегда считала, что деньги всё-таки портят людей.
Н.: Мама, деньги портят только тех, кто уже испорчен.
Л.И.: Наташа, но согласись, что отец, если объективно, он неплохой, он труженик. Ну, попала вожжа под хвост…
Н.: Ой, мама, твоя хроническая доброта – это уже диагноз. И я берусь тебя вылечить. Короче, согласна или нет?!
Л.И.: Ну, если замуж не надо… Да и найдутся ли ещё эти… всё забываю, как ты их называешь?.. – соискатели? Ведь я уже немолода, нездорова, некрасива. В какой-то степени.
Н.: Доверься мне: ты богата, и этого достаточно. Ты – при деньгах. В наше время это значит: молодая, здоровая, красивая. Давай писать объявление.
(решительно усаживает Л.И. за стол, кладёт перед ней ручку и бумагу).
А я помещу это сегодня же в нашей газете. Значит, так: (диктует) «Женщина за сорок…»
Л.И.: Наташа, давай сразу договоримся, что писать ерунду я не буду. Какая же я «женщина за сорок»?!
Н.: А тебе сколько
Л.И.: Ну, шестьдесят. Почти.
Н.: А шестьдесят – это, по-твоему, до сорока или за сорок?
Л.И.: Ну конечно, за сорок.
Н.: Вот так и пиши!!!
Л.И.: Но всё-таки…
Н.: Считаю до трёх. Или напишу сама: «женщина за тридцать». И это тоже будет правда.
Л.И. (испуганно): Ну ладно, пишу. В конце концов сами увидят (пишет).
Н.: Дальше: «состоятельная, свободная, с разносторонними интересами и широкими взглядами, желает познакомиться с независимым интеллигентным мужчиной с разумной разницей в возрасте» (Л.И. молча пишет).
Л.И.: Наташа, а зачем вот это «с разумной разницей в возрасте»? Ты что, думаешь, восьмидесятилетние прибегут?
Н.: Нет, я думаю, что двадцатилетние прискачут. Они знаешь как сейчас на запах денег сбегаются!
Л.И.: Неужели?..
Н.: Я ЗНАЮ, что говорю (заглядывает в объявление). Что же, неплохо. Пиши контактный телефон. Да не ваш, а наш; ты что? Так, давай сюда, я сразу отнесу (быстро собирается и уходит).
Л.И. (одна): Страшно что-то… А с другой стороны – Наташа почти всегда оказывается права. Хорошо, что у меня есть такая невестка; дочери ведь никогда не было. Иногда же хочется вот так, по-бабьи, с кем-то посоветоваться… Ой, а что ж мы с ней затеяли, а?! «Охренеть», как Лизонька выражается. Кстати, и с ней надо срочно решать. Я же вижу, она слушает, кивает, а свои какие-то дела всё равно делает. Скорей бы уж с её мальчиком этим познакомиться, что ли?
(Звонок в дверь. Людмила Ивановна впускает в квартиру Лизу. У Лизы в руках – большая, туго набитая сумка).
Лиза (раздевается, снисходительно объясняет): Мама согласилась, что мы должны поменять тебе имидж – с XIX века на двадцать первый.
Л.И.: Это лишнее, я думаю. У меня весь старый имидж вполне приличный и неизношенный.
Лиза: Да-а, работа предстоит большая. Я тебе запишу: имидж, брокер, сканер… ну и так далее. На досуге подучишь, как и что. А пока давай кое-что прикинем.
(Людмила Ивановна и Лиза вынимают вещи из сумки, рассматривают: джинсы, кружевные кофточки, кроссовки и т. д.)
(Лиза время от времени восхищенно причмокивает, прикидывая сверху на себя: «Обалденная вещичка»!)
Л.И. (мнётся): Лиза, вряд ли мне из этого что-нибудь подойдёт…
Лиза (уверенно): Не «вряд ли», а «спасибо». Померяй сначала. Это самый крутой прикид. Между прочим, ты должна усвоить: сейчас – чем больше ты раздета, тем больше одета!