Соглашение

Ларрик Лар

Маркос напрягся, потом закрыл глаза и постарался абстрагироваться. На счете три ему удалось начать процесс избавления от лишней жидкости. Член дергался в чужих руках, исторгнув все до капли.

– А ты не торопилась, Мальвина, как я погляжу, - усмехнулся Грег. – Полегчало?

Чтобы услышать ответ, Грег сжал его орган.

– Да, да, - сообразил Маркос.

– То-то же, милочка!

И потом, не выпуская член Маркоса из рук, потянул его обратно в комнату пыток. Грег подвел его к обычному на вид кожаному креслу. Смутило Маркоса лишь наличие ремней для фиксации.

– Садись, - Грег подтолкнул его. А когда парень сел,

скрепил его руки на подлокотниках, а ноги к ножкам кресла. Кроме того, зафиксировал бедра, чтобы жертва не могла совершать незапланированные движения.

Маркос, не выдержав напряжения, начал тихонько всхлипывать. Он чувствовал, что готовится что-то жуткое и был в ужасе заранее.

– Не ной, тебе понравится.

Грег подобрал пульт и включил функцию вибрации. Кресло затряслось, доводя своего пленника до состояния тихой паники. Но это было еще не все. Грег достал откуда-то нечто похожее на пылесос, но в качестве насадки имелось устройство напоминающее стакан доильного аппарата, используемого при дойке коров. Устройство крепилось к прибору при помощи гибкого кабеля. Грег включил прибор и прицепил устройство на член пленника. Тот сразу присосался к нему, вынудив Маркоса застонать от пугающих ощущений, и вытаращить в шоке глаза. Внутри доильного стакана находились гибкие резиновые стенки, которые периодически сокращались, давя на половой орган и при помощи вакуума совершали высасывающее действие. Поскольку из члена нечего был высасывать, этот процесс был болезненным.

– Стой! Убери это! – вне себя от испуга выкрикнул Маркос.

– Ничего с твоим дружком не случится. Постарайся поймать кайф, - Грег усмехнулся и вернулся на любимый стул, чтобы насладиться страданиями жертвы. – Интересно, сколько оргазмов за час ты осилишь? Обещаю, если будет больше пяти, я тебя отпущу. Но если меньше – не обессудь. Разрешаю тебе кричать и ругаться. Может и меня заведет эта забористая штука.

Маркоса обнадежило обещание мучителя. Он прислонился к спинке кресла, чтобы расслабиться, но о себе напомнила болью от розг спина. Маркос вскрикнул, болезненно морщась. Возбуждение накатило быстро, но надолго зависло на одном уровне, причиняя пульсирующую боль.

«Ну же, кончи, наконец! – мысленно кричал Маркос. – Еще! Еще! Ну давай уже…»

От бессилия слезы потекли ручьем из его глаз.

– Останови это, умоляю! – всхлипывая, взмолился Маркос.

– Не устраивает темп?

Грег ускорил тактовый режим. Пленника затрясло. Тело его блестело от пота. Он стонал и скулил, но разжалобить мучителя не удалось.

– Еще немного осталось, - подбадривал тот. – От твоих стонов я сам скорее кончу.

Наконец случился долгожданный оргазм. Но облегчение было недолгим. Аппарат не стал ждал, когда член отдохнет, высосав сперму до последней капли, он продолжал требовать от него повторения малоприятной процедуры. Член сопротивлялся, как мог. Он горел и пульсировал, с ноющей болью отзываясь на насильственные манипуляции.

– Все, все, хватит! Я не могу больше. Пощади! Грег, умоляю!

Потом он замолчал, издавая лишь стоны, постепенно погружаясь в нахлынувшее возбуждение.

– Боже, Мальвина, ты так возбуждающе стонешь, я скоро кончу. Неужели тебе не нравится? Хочешь помогу?

Не дождавшись ответа, Грег подошел к нему и встал за спиной. Маркос так был погружен в свои страдания, стараясь цепляться сознанием за приятные моменты, вспыхивающие, подобно искрам фейерверка, что не заметил

этого.

Грег положил ему руки на плечи и начал их массировать.

– Расслабься, ты такая зажатая.

Правую руку он спустил под бюстгальтер и занялся поглаживанием его груди. До этого они и так немилосердно чесалась, а сейчас тело пленника инстинктивно подалось вперед, желая избавиться от мук. Грег засмеялся.

– Как я тебя понимаю… Приятно, да?

Маркос не мог ничего ответить, отдавшись его ласке. Даже забыл о ноюще-давящей боли в паху. И вдруг его накрыло. Тело содрогнулось выгибаясь, пленник издал громкий стон, срывающийся на крик и затих, устало свесив голову.

– Ты не скончался случайно? – Грег даже встревожился его реакцией. Он склонился, осматривая его, приподнял голову за подбородок, заглядывая в глаза. Тот застонал. Приятные ощущения быстро растворялись в теле, наполняя его болью.

– Пощади… Мне больно. Ты меня калекой сделаешь…

– Ты преувеличиваешь. Я на себе проверял, как видишь калекой не стал.

Грег опять начал играть с грудью пленника, щипал и мял, заставляя реагировать стонами на все его действия. Маркос уже не умолял – это было бесполезно. Он даже стонать устал, лишь вздрагивал, шмыгая носом. Пытка казалась бесконечной.

– Ну так не пойдет… - Грег был разочарован. – Похоже, твоего третьего оргазма я не дождусь. Уже полчаса прошло. Ты не стараешься. Я отменяю свое обещание! Привык что ли, даже не плачешь. Что сделать, чтобы тебя расшевелить?

– Отпусти меня… хватит…

– Разговорчивая моя…

Грег оставил его грудь в покое.

– Что-то я проголодался. Посиди пока, поразмышляй над своим поведением. Через часок загляну…

Глава 4

Грег действительно покинул комнату.

Маркос обреченно простонал, закрывая глаза. В душе словно образовалась безнадежная пустота. Безнадега была полная.

А Грег пришел на кухню и занялся приготовлением себе перекуса, состоящего из бутербродов с колбасой, яичницы, пожаренной с зеленым луком и чашки крепкого черного кофе. Он не торопился. Часы показывали шестой час утра.

«Надо же как быстро время пролетело», - удивился он.

Утолив голод, Грег перешел в гостиную и включил телевизор. От ощущения власти над человеком, томящемся в пыточной комнате, про себя он ее называл «райским уголком», в теле блуждало возбуждение. Член при общении с пленником то и дело твердел, а сейчас опал, копя энергию для подходящего момента.

Он отлично понимал, что ждет пленника и, что сейчас с ним творится. Даже сочувствовал ему. Для такой процедуры требуется привыкание. Член его еще долго будет помнить о мучительном испытании. В этом он сам убедился на своей шкуре. Ну да, будучи один, чем только не займешься, чтобы скрасить свою жизнь. Член Грега вздрогнул от воспоминаний, заставив хозяина улыбнуться. Зато пережив все издевательства, о Маркосе он больше не услышит до конца жизни. В этом Грег был уверен на все сто. Эта мысль согревала и веселила. Осталось еще часа два на реализацию своих безумных фантазий. Послушав блок новостей, Грег поднялся с дивана. Прежде, чем отправиться в комнату пыток, решил немного подрочить. Ему хотелось ощущать возбуждение, оно придавало яркость его эмоциям и обостряло фантазию. Когда при ходьбе член дотрагивался до плаща, тело бросало в жар, хотелось растянуть удовольствие.