София
Шрифт:
«Я хочу, что бы ты была моей»
«Операция неизбежна»
Картинки и обрывки слов в голове крутятся по кругу, так и выворачивают меня на изнанку.
И Гудвин… Гудвин…
Его чертова улыбка… его голос и этот вкус его губ. Он тот, кто лишил меня маленького мира…
Что будет, когда он узнает?
А что я смогу сделать?
Да ничего…
Я должна буду сообщить в органы, предъявляя доказательства. Справедливость восторжествует!
Но мой кот… Если я ненавижу себя за то, что я
Слезы стекают по щекам.
Камень на душе стал еще тяжелее.
Повернула в сторону леса. Прошла в его глубь. Далеко в глубь уходить нельзя. Знаю. Прошла чуть дальше. Уселась на большой камень. Обняла ноги.
Операция. А вдруг пойдет что-то не так?
Слезы льются сильнее.
Теплая кофта легла мне на плечи, от которой запахло апельсином и бергамотом. Кот пришел…
Я удивлена. Поспешно вытерла слезы. Подняла на него глаза. Брови на переносице сошлись. Ссадины на лице. Разбита бровь. Я даже выпрямилась.
Боже…
Тот улыбнулся от моей реакции. А я на его улыбку залипла, от чего она стала еще шире на его лице
– не волнуйся.
– Мужчина сел рядом.
– Ты так больше на улицу бы не выходила.
– Я резко повернула на него голову. Удивленно смотрю. Тот хохотнул, посмотрел на меня.
– Как ты увидел?
– Спросила тихо. Шмыгнула носом. Его губы сложились в тонкую линию, недовольно посмотрел на меня. Осторожно коснулся моего лица и вытер остатки слезинок бережно. Каждое движение обжигают.
– Увидел. У нас других выходов нет? Сразу на пролом?
– Я ухмыльнулась.
– Не хотела ни с кем пересекаться.
– ммм… - Он слегка кивнул.
– Поэтому плачешь?
– Нервно задвигала ногами.
– Он напугал тебя?
– Отрицательно покачала головой. Мужчина тяжело вздохнул.
– ты сказала… Ты в аварии кого-то потеряла?
– Голос его тихий, спрашивает осторожно.
«Мне жаль, вы потеряли ребенка»
От воспоминания я сжалась. Уткнулась лицом в колени. Кота рука легла мне на талию и придвинула к себе.
Не должна позволять это делать! Не должна.
Ненавижу себя. Слезы потекли рекой.
Я не должна позволять ему касаться себя. Но в его объятиях спокойно. Он убил моего ребенка.
– Хочешь мороженное?
– Заебись…
– Я слышала… слышала ваш спор.
– Слезла с камня, сунула ему в руку кофту и поторопилась прочь.
– ЧЕРТ! Стой!
– Гудвин поймал меня за талию. Развернул к себе. Каждое его движение нежное. Ласковое.
– Послушай, ты не так поняла.
– Вижу панику в его глазах.
– Это… - Замолчал. Понимает, что даже оправдания этому нет.
– Прости…
– Ксюша, соскучилась по тебе, кажется. Слышишь? Зовет тебя.
– Убрала его руку с талии, он не сопротивлялся. Развернулась
– не мерзни и возвращайся только, через нормальный вход.
– просит он вежливо, голос хриплый. Что-то хотел еще сказать. Но передумал. Серые глаза всматриваются в мои глаза, затем поторопился прочь. Он небрежно растрепал волос рукой и скрылся за туями. Как только он это сделал. Слезы хлынули из глаз, я сжала его кофту, прижала к носу и глубоко вздохнула его запах.
Этот запах ада и в тоже время… так сильно мной любим.
Устала плакать. Устала. Но начнется новая неделя. Все забудется. Прикрыла глаза от удовольствия, вдыхая апельсин и бергамот.
Дима с катушек съехал.
Гудвину нужна только на одну ночь. Рада, что он не стал давить своими бессмысленными разговорами и извинениями.
И так понятно, что я думаю о нем.
Просунула руки в его кофту. Снова прижала кофту к носу. Блядь… Я будто наркоман.
АААА…..
Я не могу… Это запах и успокаивает и будоражит.
Не отдам ему эту кофту. НЕ ОТДАМ. МОЕ.
Слезы сильнее заструились с глаз сильнее.
Он убил моего ребенка! Из-за него попала в аварию! Свалилась на ноги, хочу кричать, но сдерживаю крик. Кричу беззвучно. Хватаюсь руками за голову.
Я влюбилась в своего карателя. Того, кто лишил меня жизни!
Рыдаю, закрывая руками лицо. Я разрываюсь…
Слезы градом. Сопли ручьем. Не хочу испачкать его кофту, не хочу! Пальцами вытерла слезы, нос.
Как же я низко пала. Руки трясутся… Посмотрев на них. Слезы вмиг остановились.
Кровь…
О нет! Нет! НЕТ!
Встала на ноги. Кровь с каждой секундой начинает течь быстрее.
ЧЕРТ!
Я не думала, что умею бегать так быстро. Я пронеслась в сторону лестнице как молния. Даже гул разговоров стих.
– Соня?!
– Изольды голос встревожен. Я прибежала к двери. Дернула за ручку, но она не открывается. Наспех стала шарить по карманам в поисках ключа. Другой рукой пытаюсь заткнуть нос. Но кровь начинает стекать по глотки заставляя кашлять.
– Соня! СОНЯ!
– Она торопиться ко мне. Я успела кинуть на нее взгляд. И она вскрикнула.
– СОНЯ ГОСПОДИ!
– Все нормально.
– Сказала, засовывая ключ в замок и быстро поворачиваю его. Изольда торопиться ко мне.
Я врываюсь в комнату. Стаскиваю с себя осторожно кофту и кладу бережно на тумбочку. Затем врываюсь в ванную открываю воду
– Что происходит?!
– голос Гудвина раздался в коридоре.
– Она все в крови… - Только и выдавила Изольда. Слышу быстрый бег кота. Он забегает и буквально подлетает ко мне. Я пытаюсь смыть кровь, но она толстой струйкой стекает из носа. Руки дрожат.