София
Шрифт:
– У тебя был шанс… тогда… Тогда все исправить. Остановить. Попытаться все исправить. Теперь уже поздно. Спасибо за правду. За то, что согласился на развод. Но большего между нами быть не может. Ты вывернул душу на изнанку сейчас куда больше, чем тогда. У нас бы могла быть семья, но увы… Ты все разрушал.
– Я Убрала его руки. Говорила на удивление мягко и спокойно.
– Это не любовь. Это лишь иллюзия. Когда любят, никогда не придадут. Не оставят. Мы были детьми.
– Я развернулась и продолжила идти дальше. На миг показалось,
Слезы льются с глаз. Изменял и променял меня на что? На деньги и власть? О какой любви может идти речь? Я любила, я ждала его. Только теперь понимаю, насколько я была наивна. Кажется, тогда понимала все это, просто не хотела принимать. Шмыгнула носом. Вышла к той поляне, где все еще сидели. Кот сидел рядом с Ксюшей. Его рука на ее плечах. Он смеется, разговаривает о чем то. Прижимает к себе ближе девушку. А у той щеки красные, глаза горят желанием. Мужчина это заметил, когда перевел на нее взгляд. Приподнял за подбородок и…
«БУХ, БУХ, БУХ»
Его губы коснулись ее, сильная рука Гудвина провела по ее щеке, затем сползла на шею.
Земля будто из под ног ушла. Я думала мне было боль после слова Димы, но нет… То, что сейчас было в моей душе ни с чем не сравнится. Адская боль пронзает тело и каждая клеточка кричит. Слезы не просто полились с глаз, она ручьем потекли. Мир разрушается перед глазами. Кот ей улыбается… Он улыбается улыбкой, которая только моя… Она млеет в его руках…
Почему он такое урод? Почему Гудвин именно такой?
Я готова от этой картины орать в голос, но только голос словно пропал и я была рада этому.
Отвернулась в тот момент, когда Анатолий повернул голову в мою сторону. Я прибавила шаг. Уверена, он знает, что я увидела. Только и что? Показать чистоту своих намерений?
Кажется, я проиграла в игру, которую придумала. Я не буде больше ничего делать. Ничего.
Поднялась по лестнице, зашла в холл и поднялась быстро на этаж. Захлопнула дверь и по ней сползла на пол. Закрыла руками глаза и расплакалась.
С одной стороны Дима выбил своим признанием, с другой стороны операция, только все это меркнет на фоне того, как кот целует Ксюшу…
Он убил моего ребенка… Он сделал меня калекой, уродом.
Я беззвучно закричала!
Все накладывается друг на друга. Это не выносимо! Я разрываюсь…
Я все еще ощущаю его прикосновение на коже. Все еще в носу его запах. В ушах все еще его смех, голос… А перед глазами его улыбка… Глаза, татуировка.
Сердце сдавливается в тисках.
Он виновник аварии…
Всхлипнула.
13
Просидела
Какая я наивная Дура! Глупая, маленькая ДУРА!
Зашла в душевую и внимательно оглядываю себя. Глаза красные, лицо бледное, челка растрепана из под нее виднеется белый шрам. Поспешно стащила с себя толстовку. Была без белья… Шрамы.
Один толстый, тянулся по правой стороне от спины к пупку. Но не достигает его нескольких сантиметров. Вдоль шрама белые точки. Еще один, не такой явный располагался над ребром. Другой чуть нижу. Над грудью три переплетенные между собой. На боку. На спине… Их много…
Слезы снова покатились с глаз. Медленно стащила лосины на бедрах с каждой стороны.
Он испытает отвращение, если коснется их…
Залезала под горячи струи воды. Они стекали по телу, и как жаль, что они не могут стереть эти шрамы. Взяв мочалку, стала намыливать их. Будто это как то поможет… провела по тем, что на бедрах, провела по тем, что на животе, затем выше. За ухом, на лбу, на затылке…
Пиздец!
ПИЗДЕЦ! ЭТО ВО ВСЕМ ВИНОВАТ ОН!
Операция…
Нет это не выносимо! Честно.
Включила телевизор на фоне и стала листать каналы, что бы хоть как-то перестать думать. Надела шорты, черную футболку. Сушу волос, вглядываясь в рекламу духов…
Нет все таки эта эмблема смотрится не очень. Вот если добавить… Телевизор вдруг зарябил. Выключился.
Что за?
Свет замерцал в комнате. Нахмурилась.
Что происходит? Свет потух и больше не включался.
Так…
Встала и открыла дверь. В коридоре тоже нет.
– СОНЯ!
– От неожиданности вздрогнула.
– Изольда?
– Да- Да!
– С паникой шумит она. Бежит ко мне. Ее силуэт стал, виднеется. Она влетела в меня со всех ног. От чего я стукнулась спиной о дверной проем.
– МММ….- промычала от боли.
– Осторожнее.
– Прости!
– Что происходит?
– коллега схватила меня за руку. Крепко сжимает ее.
– Не знаю! Это…Это все НУнбас.
– А? Кто?
– Что-то я не слышала тут такого имени. Кто-то из персонала? Зачем он это сделал?
– Это пожиратель света и душ.
– Говорит так уверенно. А я рассмеялась. Громко так.
– Тебе сколько лет, что бы верить в этот бред?
– Уточнила я у нее. Закрыла дверь и повела ее за собой.
– Сейчас вниз спустимся и узнаем.
– ОЙ! Я так боюсь.
– Поверь, есть вещи куда страшнее темноты.
– Сказала с безразличием, держусь за стену, что бы не упасть.
– Мне страшно. Давай в комнате будем сидеть?!
– ее паника меня забавляет. Остановилась, взяла руками ее лицо. Пусть я ее не вижу, но приблизительно подняла голову к ее лицу.