Содержательное единство 2007-2011
Шрифт:
И не только они. Ни один народ не может сохранить себя, сказав нечто подобное. Любой государственный народ создает такие "циркуляционные сети", которые тупое разграничение между "для себя" и "для других" отменяют, высмеивают. Если хотите, элиминируют.
Кубу кормили (был такой анекдот: "Куба – си, мясо – но") для Кубы или для себя? Ее кормили, чтобы иметь плацдарм в Латинской Америке. Чтобы впервые нарушить знаменитую доктрину Монро ("Америка – для американцев"). Чтобы впиться в мягкое подбрюшье врага. Ее кормили в рамках определенной военной логики.
Вы отменяете эту логику? А врага вы тоже отменяете? Свою миссию отменяете? А кем вы при этом становитесь?
Так устроен мир. И так устроен каждый государственный народ. Как только он теряет этот посыл, это понимание сути дела – он теряет и свою государственность. Соответственно миф о "народе для себя" – это миф, подрывающий государственность. Бесконечные вопросы о том, кого надо или не надо кормить, имеют своим окончательным результатом только то, что нельзя кормить "Вампира собственной государственности".
Государственность всегда имеет такие черты, которые легко представить в качестве вампирических. Она не может существовать без жертвы. А дальше возникают все коллизии жертвы и жреца. И это очень непростые коллизии. Господин Фурсов и многие другие "патриотические" публицисты делают вид, что эти коллизии им непонятны. Но мне всегда не нравится, когда умные и осведомленные люди делают вид, что они "не в курсах".
Нынешняя российская государственность легче, чем предыдущая, может быть представлена как вампирическая. Но любая другая будет сходной. И единственное, что вытекает из этого типа представления – убить "государственного Вампира" или хотя бы минимизировать его аппетиты. Это и есть разгосударствление. Оно же – концепция "государство как ночной сторож".
А вот дальше возникает забавная коллизия. Предположим, что минимизаторы правы. Кто эти минимизаторы в России? Идеологи минимизации – "русская партия". А операторы, реальные исполнители – это Ельцин, это Гайдар, это Чубайс и прочие либералы. Именно они превращают слова русских минимизаторов в реальные дела. Именно "Газпром" выполняет на деле программу господина Фурсова, ДПНИ, Байгушева и других. Но почему-то как раз эти последние и "спускают собак" на либералов.
А почему? Если не надо кормить чужих, то почему надо кормить Белоруссию? Потому что она своя? А кто сказал, что она своя? В каком смысле? И вообще – одни регионы России дотационные, а другие – прибыльные, "доноры". Почему прибыльные должны кормить дотационные? А почему мать должна кормить своих детей? Почему бы матери не пожить "для себя", сдав детей в детдом? "Однова живем!.."
И тут возникает главный вопрос: а вы пробовали жить для себя, а не для других? Вы понимаете, что это за жизнь? И вы пробовали отстоять свою жизнь в качестве "одинокого волка"? Это – очень специальная жизнь… Запущенный внутрь, этот вирус "для себя" – докуда будет работать?
Вот какие "атипичные" вопросы возникают в связи с белорусской темой. А как этим вопросам пробиться сквозь толщу стереотипов?
Между тем, произошедшее в Белоруссии блистательно иллюстрирует то, как устроена эта толща стереотипов. И я не могу это не проанализировать.
Зададимся вопросом: "Как оценивается происходящее в Белоруссии?"
По этому вопросу общество (или сообщество – элита, эксперты и т.п.) делится на две группы,
Первый кластер – это те, кто оценивает происходящее в Белоруссии позитивно. Радикальная часть этого кластера готова просто видеть в белорусском прецеденте "неосоветский рай". Я не иронизирую – я просто фиксирую некое мироощущение, выражая его метафорически. Метафора всегда неточна. Но она одновременно лучше, чем сухое аналитическое понятие. Не хотите "рай" – пусть будет "эталон неосоветского государственного строительства".
В отличие от радикальной позитивной оценки, умеренная оценка в пределах того же кластера признает некие недостатки в белорусском феномене. Но в целом считает, что у этого феномена достоинств больше, чем недостатков.
Второй кластер – это те, кто оценивает происходящее в Белоруссии негативно. Радикальная часть этого кластера готова видеть в белорусском прецеденте "неосоветский ад". Умеренная часть, лавируя в своих оценках, всегда в итоге констатирует, что недостатков больше, чем достоинств.
Что означает существование подобной биполярной оценки? То, что оценка ситуации в Белоруссии практически полностью привязывается к "советскому прецеденту". И, в строгой зависимости от оценки этого прецедента, дается соответствующая оценка и белорусскому феномену. Если советское – со знаком плюс, то и белорусское – со знаком плюс. И наоборот (рис.4).
Если то же самое представить в графической форме, то получается следующая картина (рис.5).
На самом деле возможна в принципе другая картинка (рис.6).
Ничего невероятного в такой корреляции нет. Потому что как только начинаешь рассматривать в деталях советский и белорусский феномены, оказывается, что все зависит от типа рассмотрения.
При одном описании советского белорусское не имеет к нему никакого отношения. И опять же – что значит "белорусское"? Опишешь одним способом – одна корреляция. Опишешь другим – другая.
Может ли существовать советское в отрыве от коммунистического? Для кого-то может. И это одно описание советского. И одно описание коммунистического. Для кого-то – не может. Если советское – это коммунистическое, при чем тут Лукашенко? Если советское – это мягкий авторитарный корпоративизм, то почему это надо называть советским? Мягкий авторитарный корпоративизм появлялся в разных странах на разных этапах. Равно как и жесткий авторитарный корпоративизм.
Мягкий авторитарный корпоративизм Лукашенко является советским, поскольку он, как и любой другой корпоративизм, уважает традицию, какой бы она ни была. В Белоруссии есть определенная советская традиция – в том числе, и партизанская. Я, например, очень уважаю эту традицию. И ценю Лукашенко за то, что он ее уважает.
Но это лишь позитивная предпосылка, не более. Она может во что-то вылиться, а может повиснуть в воздухе. Опять же, чем наполняется эта белорусская традиция… Почему фашисты были врагом? Потому что они напали и жгли села? Или потому что они были "силой темной" и "проклятою ордой"? Тогда почему они были этой самой темной силой и проклятой ордой? В какой смысле "темной"? И почему "проклятой"?