Содержательное единство 1994-2000
Шрифт:
И если мы, "Европа", все эти годы относились к процессам в России с настороженной готовностью принять те или иные результаты ее самоопределения (поддерживая то, что кажется конструктивным, дистанцируясь, надеясь, но сдержанно), то теперь мы заявляем, что не можем ждать такого самоопределения вечно. Раз вы не самоопределяетесь, мы вынуждены вас "определять".
Скажем откровенно: кое-что в этом упреке Запада в адрес России придется принять ради того самого права спокойно и холодно смотреть друг другу в глаза.
Действительно, что означало почти абсолютное безразличие высшего руководства и внешнеполитического ведомства России к проблеме НАТО в течение нескольких
Что означает включение министром обороны в перечень внешних угроз для России ряда европейских стран и США в ситуации, когда нет четких доктрин внешней политики и национальной безопасности? Означает, что раз для России "все угроза", то и она – угроза для всех. Что означает давнее заявление России, что ракеты ни на кого не нацелены, в сочетании с фразой того же министра обороны, что управление стратегическими силами на грани утраты (то есть ракеты могут и полететь)? Это означает, что ракеты могут полететь куда угодно и будут "самоопределяться" в полете! Это означает, что каждый вправе считать себя целью!
И вот Запад (лукаво или всерьез – вопрос отдельный) заявляет: довольно! Не желая больше терпеть рядом с собой эту оснащенную неуправляемыми ракетами неопределенность, мы начинаем "определять" Россию через расширение НАТО.
Что на это ответить? Что, мысля в логике "непохожее есть враждебное", Запад сам всегда создавал из России ту "тень" самого себя, которую сегодня пытается оградить "колючей проволокой" НАТО. Что этот Запад по-прежнему не может понять и принять свое ИНОЕ как СВОЕ иное и, глядя в зеркало России, истерически твердит "опасность, энтропия". Что тупое это неузнавание и страх, помноженные на примерещившиеся угрозы, досужие выдумки и дурь, толкают Запад на бой с собственной тенью при помощи странного и страшного для мира расширения НАТО.
Россия вовлекается в этот бой с нарастающим ожесточением, понимая: ее еще раз – третий раз за один только XX век – хотят ввергнуть в тот же самый круг конфронтации и беды. Она сознает, что, если это "определение извне" начнется, далее его попытаются вести по полной программе подчинения и расчленения, поскольку совокупная Европа будет прекрасно понимать опасность восстановления России и в виде новой, столь же масштабной и зыбкой неопределенности, и тем более в виде оскорбленной и жаждущей реванша определенности.
Но и Россия здесь не может полностью отвести от себя упрек. Время самоопределения ею бездарно протрачено и сегодня на исходе. Российское руководство, недопустимо затянув с этим самоопределением и с продуманным включением в жесткий практический диалог по проблеме НАТО, к настоящему времени поставило нашу страну в ситуацию сложного цейтнотного торга с вынужденным форс-мажорным реагированием на чужие инициативы.
3. НАТО как военно-политический институт
3.1. Структура, принятие решений и цели НАТО
Организация Североатлантического договора (НАТО) создана
Руководящие органы НАТО – Североатлантический совет (Совет НАТО) и Комитет военного планирования. Решения Совета и Комитета принимаются консенсусом членов, носят характер обязательств правительств стран-членов перед блоком и не нуждаются в одобрении их парламентами. Текущую работу организует Генеральный секретарь НАТО, возглавляющий Международный секретариат. Высший орган – сессия Совета НАТО. Военной деятельностью руководит Военный комитет на уровне начальников генеральных штабов стран-членов. Между его заседаниями работает Постоянный комитет военных представителей. Конкретно руководят военными усилиями альянса Верховные командования Объединенными вооруженными силами (ОВС) НАТО в Европе, Атлантике и зоне Ла-Манша, которым подчинена разветвленная сеть нижестоящих командований.
ВС НАТО включают обычные и ядерные компоненты. Ядерные силы уже не считаются определяющим фактором военной стратегии и должны играть в основном политическую роль. Основу ядерного потенциала альянса образуют стратегические силы США, Великобритании и Франции. По концепции НАТО, средства ядерного нападения будут и в дальнейшем размещаться на европейских территориях.
По мнению руководства НАТО, угрозы безопасности Североатлантического альянса исходят сегодня не от одного конкретного противника (ранее СССР), а с различных направлений. Это вызывает изменения общей стратегии альянса (переход от концепции передовой обороны к концепции сокращения передового присутствия, перенос акцента с ядерного оружия на создание сил быстрого реагирования и т.д.).
Основной задачей ОВС НАТО было и остается обеспечение безопасности и территориального единства стран – членов блока. НАТО считает, что возможность глобальной войны в Европе сегодня сведена практически к нулю, но в стратегической концепции альянса все же предусмотрены задачи использования всех его сил во время войны. Ключевой стратегией при этом является ведение полномасштабных боевых действий в целях "восстановления мира".
3.2. Трансформация задач и концепции НАТО
Начиная с 1993 года, в США происходит значительная военно-доктринальная корректировка. Будучи отражена в новых редакциях аналитических разработок, наставлений, полевых и иных уставов, эта корректировка демонстрирует переход к новой концепции строительства и использования вооруженных сил США и НАТО. В новой редакции военной доктрины США исходными моментами обоснования военных действий выбраны реальные и потенциальные угрозы национальной безопасности и зоне жизненно важных интересов. При этом зона жизненно важных интересов США уже включает Европу и Евразию, Восточную Азию и Тихий океан. Западное полушарие, Ближний Восток, Юго-Западную и Южную Азию, Африку, а с недавних пор и Кавказ. Основным инструментом противодействия угрозам являются собственные ВС США, а главным способом действий является ведение военных действий во всем спектре вооруженного противоборства с любым вероятным противником.