Содержанка моего мужа

Рей Полина

– У меня есть переписка с Кириллом. Вот… – сказала она и протянула мне мобильный.

На экране его красовалась страничка мессенджера, где шел короткий обмен сообщениями.

«Сегодня в 15»

«Ок»

«Я буду часов в 18, приготовься. Времени мало»

«Хорошо»

«У меня будет свободный вечер. Наберешь ванну. Я закажу вина и еды из рестика»

«Я жду».

Самое последнее, то самое про ресторан и ванну, было датировано тремя днями ранее. Именно в этот вечер Кирилл допоздна отсутствовал дома, а приехал

уже за полночь.

Ерунда. Совпадение.

– Посмотрите его номер телефона в записной книжке, – подсказала Светлана в тот момент, когда я уже подумывала вернуть ей мобильник, сказав, что смогу состряпать такой подлог в считанные минуты.

– Он там один-единственный. Кирилл подарил мне этот телефон на Новый год. За… хорошее время, что мы проводили вместе. Виолетта, я бы к вам не пришла и всё осталось бы тайной, если бы не ребёнок… – затараторила она, но я оборвала этот словесный поток:

– Хватит! – рявкнула на девку.

Она вжала голову в плечи и опустила взгляд. Руку от живота не убрала, да и сама прочь убираться не спешила.

– С какого перепугу ты решила, будто я стану слушать всю эту ахинею и в неё поверю? Мой муж слишком чистоплотен, чтобы хоть кого-то забирать на дороге. Как ты вообще там оказалась? – потребовала я ответа, сунув телефон обратно в руки Свете.

Да, я убедилась. В её мобильнике был действительно записан именно номер Кира, но фиг его знает, как он там оказался. И почему с него приходили такие сообщения.

– Я приехала в этот город на учёбу. Вылетела с первого курса, – с готовностью и даже наспех, словно боялась, что её оборвут в любой момент, начала говорить Светлана. – Потом устроилась на подработку, но там был ужасный хозяин. А потом я решила возвращаться домой. Там меня никто не ждал, но всё проще в родном месте обживаться заново, чем в мегаполисе. А на автовокзале у меня сумку украли. Там было всё…

Она жалобно всхлипнула и отёрла побежавшие по лицу слёзы.

Сколько ей было лет? На вид – немногим больше, чем нашему с Кириллом сыну. И на вот это позарился бы мой муж? Да никогда в жизни.

– И ты решила, как Ломоносов, идти по дорогам к светлому будущему? – не удержалась я от язвительного уточнения.

Его, впрочем, Света восприняла за чистую монету.

– А другого способа добраться хоть куда у меня не было. Решила – может, по дороге на заправке какая работа найдётся. Так на попутках и доберусь.

Я не удержалась и рассмеялась.

– Девственница искала приключений и их нашла, – констатировала я, кивнув на живот Светланы.

А хотя, может, она врала? Может, никакого ребёнка не было и в помине?

– Виолетта Викторовна… – начала она, но я вновь её прервала:

– Я для тебя Виолетта и точка! И вообще, ты отнимаешь моё время. Быстро признавайся, зачем ты придумала всё это про Кирилла и проваливай!

Почувствовав такое острое раздражение, что оно, словно кипящая лава, расползлось по нутру,

я ощутила ещё и потребность сделать хоть что-то. Дурацкое желание вытолкать девицу прочь, да так, чтобы она поняла, как опрометчиво было приезжать сюда со своими сочинениями, зазудело на кончиках пальцев.

– Я не придумала! Кирилл меня усадил в машину, а потом, когда я ему всё рассказала, предложил… в общем, что он меня поселит за городом, будет приезжать иногда, станет за это платить! А я смогу отложить денег и потом вернуться или в этот город, или к себе.

Она мотнула головой, указывая в каком-то абстрактном направлении. Говорила так запальчиво, что даже румянец на щеках проступил.

– Только запретил беременеть. Сказал – убью, если залетишь. А я знаю, он может!

Теперь мои брови взлетели к небесам, а с губ сорвался нервный смешок. Он может убить? Это она про Сафонова Кирилла? Муж у меня даже самые острые конфликтные ситуации предпочитал решать словом, а не физикой. Так что Света сейчас своими фразами закопала себя ещё глубже.

– И ты залетела, несмотря на всё предохранение? – усмехнулась я.

Конечно, зря я с нею тут теряла время – это с одной стороны. С другой – такого цирка я давно в жизни не встречала. Да и надо было всё же прояснить для себя много вещей. А вечером мы с Киром сядем и здорово посмеёмся над всей этой ситуацией.

– Я не знаю, как так вышло, – вновь заслезоточила Светлана. – Таблетки я принимала, Кирилл привёз. А оказалось, что они не сработали-и-и.

Она завыла в голос, заметалась по коридору, из которого в квартиру её я, разумеется, так и не пустила. Если Света и была актрисой, то роль, которую она играла, ей удавалась прекрасно. Так себя ведёт только человек, который попал в безвыходную ситуацию.

– Ну, допустим, ты рассказываешь правду, – подпустив в голос насмешку, проговорила я, останавливая это броуновское движение. – Что тебе нужно от меня? Чтобы я забрала этого ребёнка и растила его от шлюхи моего мужа? Зачем? Это первое. И второе – у тебя явно накопилась какая-то сумма денег за этот год. Почему не взять их и не уехать, скрыв ребёнка?

Я говорила это и не верила своим ушам. Не могла убедить себя в том, что действительно выдаю все эти предположения, сентенции и варианты развития событий для Светланы.

– Одной… с ребёнком? Нет, это невозможно, – остановившись, замотала она головой. – А аборт нельзя делать, я узнавала. Иначе у меня детей вообще не будет.

– А! То есть, впоследствии ты всё же рассчитываешь от моего мужа уйти, выйти за другого и родить детей?

Какие нынче продуманные девственницы с трасс пошли. Всё-то у них было спланировано.

Светлана посмотрела на меня, закусив нижнюю пухлую губу. Эта девочка была весьма привлекательна, но то, что в её облике бросалось в глаза в первую очередь – трогательная невинность. Наверное, именно на неё и клюют мужики.