Содержанка двух господ

Ваниль Мила

— Ты должна беспрекословно слушаться любого приказа. Для начала молчать и не поднимать голову, пока я не разрешу, — сказал Лори.

Тони провалила экзамен на послушание, едва услышала о порке.

— Простите, милорд, — прошептала она.

— Развернись ко мне спиной, наклонись и приподними ягодицы.

От его слов мурашки бежали по телу. Даже слышать такое стыдно. А уж прогибаться в пояснице, выставляя напоказ интимные места — тем более.

Соски коснулись пола, кровь прилила к щекам, и Тони судорожно всхлипнула. Лори

шесть раз ударил ее по попе: по три обжигающих «укуса» стека на каждую половинку. Не очень больно, но ужасно стыдно.

— Руки! — прикрикнул он, едва Тони хотела потереть ягодицы. — Сядь, как сидела.

Лори не напоминал, но она знала, что может прекратить игру в любой момент. Всего лишь одно слово — и из строгого хозяина Лори превратится в заботливого мужчину. Но Тони нравилось быть подчиненной, и властный голос возбуждал ее так же, как и поцелуи.

«Молчать и не поднимать голову, — повторяла она про себя, выравнивая дыхание. — Молчать и не…»

— Вот это наказание, — произнес Лори. — Когда больно и стыдно. Я же хочу, чтобы ты… наслаждалась.

Он не разрешал говорить, поэтому Тони не ответила.

— Посмотри на меня, маленькая. Ты готова довериться мне?

— Да, милорд, — согласилась она, не задумываясь.

— Тогда сделай для меня кое-что. Для начала.

Лори медленно расстегнул брюки и широко расставил ноги.

Тони нравился минет. В доме терпимости она была уверена, что ее вытошнит, едва губы коснутся члена. Но оказалось, что ласкать и сосать мужской орган приятно. Тони с удовольствием лизнула головку, провела кончиком языка по бороздке, обхватила член губами. Тихий стон Лори прозвучал, как награда.

Сначала Тони медленно вбирала член в рот, крепко сжимая его губами, потом стала всасывать, активно действуя языком, а после позволила члену скользнуть глубже, в глотку. Лори прижал ее лицом к паху, не позволяя отстраниться. Тони чуть не задохнулась, и на глазах выступили слезы.

— Еще… — прохрипел Лори, ослабив хватку.

Тони не думала о собственном неудобстве, осознание того, что мужчина в ее власти, окрыляло. Она ощущала, как растет напряжение, слышала хриплые стоны — и старалась изо всех сил, пока не довела Лори до разрядки.

Наблюдать из-под полуопущенных ресниц, как тяжело он дышит, приходя в себя — особенное удовольствие. Такой сильный, уверенный в себе, часто жесткий и суровый… и мягкий, как воск, подвластный ее изощренным ласкам.

— Вам понравилось, милорд? — рискнула спросить Тони, когда он открыл глаза.

Вместо ответа Лори поцеловал ее, грубо вторгаясь языком в рот, прикусывая губы.

— Не сомневайся, маленькая, — выдохнул он чуть позже. — Теперь иди в спальню, ляг на кровать, на живот. И жди меня.

Тони не успела заскучать. Вскоре Лори появился в спальне. Что-то стукнуло, звякнуло. Он поставил на столик чашку? Тони лежала, уткнувшись носом в подушку.

— Умница. — Лори погладил ее по спине, потрепал за ягодицу. — Приподними

голову.

На глаза легла знакомая черная повязка.

— Уверен, ты помнишь о слове, которое меня остановит. Ответь.

— Да, милорд, — произнесла она, облизнув пересохшие губы. — Красный.

— Ничего не бойся. Больно не будет.

Лори по очереди привязал к столбикам кровати руки и ноги Тони, но не жестко, а всего лишь лишив ее возможности прикрываться и переворачиваться. Ануса коснулось что-то холодное, и это уже не пугало, как впервые. Тони только поежилась — все же ощущения поначалу неприятные.

— Хорошая девочка, — похвалил Лори. — Моя сладкая девочка.

Он разговаривал с ней, не позволяя потеряться в темноте. И звук его голоса успокаивал, обволакивал особенным теплом. Тони чувствовала, как Лори целует спину, отводя волосы с плеч. Его пальцы гладили промежность, едва задевая вершинку клитора, щекотали бедра.

А после что-то мягкое и широкое шлепнуло по ягодице. Тони вздрогнула от неожиданности. Лори не обманул, боли не было. Кожу слегка обожгло, как будто Тони прикоснулась к чему-то горячему.

Щелк!

Такой же удар пришелся по другой ягодице.

Лори порол размеренно и, как казалось Тони, несильно. Во всяком случае, она ощущала только жжение, равномерно распределяющееся по ягодицам и бедрам. Когда оно становилось «кусачим», Лори останавливался и массировал клитор. Вместо боли Тони захлестывало яркое удовольствие, концентрирующееся внизу живота.

Это было похоже на сладкую пытку, что ей довелось перенести однажды. Лори не давал кончить, доводя почти до оргазма — и отступая. Тони стонала, комкая простыню, поджимала пальцы на ногах, когда кожу припекало так, что невозможно терпеть.

— Сладкая малышка, — проворковал Лори, проникая пальцами во влагалище.

Одновременно он надавил на клитор, и внизу живота словно что-то взорвалось. Тони охватила дрожь, а после — истома.

— Это еще не все, маленькая. — Голос Лори едва достиг сознания, уши словно набили тканью. — Сейчас продолжим.

Тони отвязали, перевернули на спину, снова привязали. Что-то холодное и мокрое коснулось губ. Лед? Она облизнулась и, нащупав льдинку, всосала ее в рот. Блаженство! Еще бы приложить что-нибудь холодное к ягодицам… Они саднили, и простыня казалась горячей и шершавой.

Щелк!

Лори ударил по груди, и Тони дернулась, прогибаясь в пояснице. И опять не больно, а обжигающе… приятно. Она задохнулась от новых ощущений, на глазах выступили слезы. Еще один удар — и Лори потер сосок кусочком льда. Тони догадалась об этом позже, а в первый момент не смогла сдержать крик, настолько ярко почувствовала ледяное прикосновение.

Она не видела, что происходит, и не могла предугадать, что ощутит — жар или холод. От каждого прикосновения ее охватывала дрожь, каждое сводило с ума. Все тело горело, как в лихорадке, а внизу живота тягуче и сладко ныло.