Сочинения

Высоцкий Владимир Семенович

Баллада о двух погибших лебедях

Трубят рога: скорей, скорей! —И копошится свита.Душа у ловчих без затей,Из жил воловьих свита.Ну и забава у людей —Убить двух белых лебедей!И стрелы ввысь помчались…У лучников наметан глаз, —А эти лебеди как разСегодня повстречались.Она жила под солнцем — там,Где синих звезд без счета,Куда под силу лебедямВысокого полета.Ты воспари — крыла раскинь —В густую трепетную синь.Скользи по божьим склонам, —В такую высь, куда и впредьВозможно будет долететьЛишь ангелам и стонам.Но он и там ее настиг —И счастлив миг единый, —Но может, был тот яркий мигИх песней лебединой…Двум

белым ангелам сродни,К земле направились они —Опасная повадка!Из-за кустов, как из-за стен,Следят охотники за тем,Чтоб счастье было кратко.Вот утирают пот со лбаВиновники паденья:Сбылась последняя мольба —«Остановись, мгновенье!»Так пелся вечный этот стихВ пик лебединой песне их —Счастливцев одночасья:Они упали вниз вдвоем,Так и оставшись на седьмом,На высшем небе счастья.

Баллада о борьбе

Средь оплывших свечей и вечерних молитв,Средь военных трофеев и мирных костров,Жили книжные дети, не знавшие битв,Изнывая от детских своих катастроф.Детям вечно досаденИх возраст и быт —И дрались мы до ссадин,До смертных обид.Но одежды латалиНам матери в срок,Мы же книги глотали,Пьянея от строк.Липли волосы нам на вспотевшие лбы,И сосало под ложечкой сладко от фраз.И кружил наши головы запах борьбы,Со страниц пожелтевших слетая на нас.И пытались постичь —Мы, не знавшие войн,За воинственный кличПринимавшие вой, —Тайну слова «приказ»,Назначенье границ,Смысл атаки и лязгБоевых колесниц.А в кипящих котлах прежних боен и смутСтолько пищи для маленьких наших мозгов!Мы на роли предателей, трусов, иудВ детских играх своих назначали врагов.И злодея слезамНе давали остыть,И прекраснейших дамОбещали любить;И, друзей успокоивИ ближних любя,Мы на роли героевВводили себя.Только в грезы нельзя насовсем убежать:Краткий век у забав — столько боли вокруг!Попытайся ладони у мертвых разжатьИ оружье принять из натруженных рук.Испытай, завладевЕще теплым мечом,И доспехи надев, —Что почем, что почем!Испытай, кто ты — трусИль избранник судьбы,И попробуй на вкусНастоящей борьбы.И когда рядом рухнет израненный другИ над первой потерей ты взвоешь, скорбя,И когда ты без кожи останешься вдругОттого, что убили — его, не тебя, —Ты поймешь, что узнал,Отличил, отыскалПо оскалу забрал —Это смерти оскал! —Ложь и зло, — погляди,Как их лица грубы,И всегда позади —Воронье и гробы!Если путь прорубая отцовским мечомТы соленые слезы на ус намотал,Если в жарком бою испытал что почем, —Значит, нужные книги ты в детстве читал!Если мяса с ножаТы не ел ни куска,Если руки сложаНаблюдал свысока,И в борьбу не вступилС подлецом, палачом —Значит, в жизни ты былНи при чем, ни при чем!

x x x

Знать бы все — до конца бы и сразу бПро измену, тюрьму и рочок,Но… друзей моих пробуют на зуб,Но… цепляют меня на крючок.

x x x

Ублажаю ли душу романсомИли грустно пою про тюрьму, —Кто-то рядом звучит диссонансом,Только кто — не пойму.

x x x

…Узнаю и в пальто, и в плаще их,Различаю у них голоса, —Ведь направлены ноздри ищеекНа забытые мной адреса.

x x x

И не пишется, и не поется,Струны рву каждый раз, как начну.Ну а если струна оборвется —Заменяешь другую струну.И пока привыкнешь к новой,Иссекаешь пальцы в кровь:Не звучит аккорд басовый —Недостаточно верхов.Но остались чары —Брежу наяву,Разобью гитару,Струны оборву,Не жалею глоткиИ иду на крест —Выпью бочку водкиЗа один присест.

x x x

Не однажды встречал на пути подлецов,Но один мне

особо запал, —Он коварно швырнул горсть махорки в лицо,Нож в живот — и пропал.Я здоровый, я выжил, не верил хирург,Ну, а я веру в нем возродил, —Не отыщешь таких и в Америке рук —Я его не забыл.Я поставил мечту свою на тормоза,Встречи ждал и до мести дожил.Не швырнул ему, правда, махорку в глаза,Но потом закурил.Никогда с удовольствием я не встречалОткровенных таких подлецов.Но теперь я доволен: ах, как он лежалНе дыша, среди дров!

x x x

Не впадай ни в тоску, ни в азарт тыДаже в самой невинной игре,Не давай заглянуть в свои картыИ до срока не сбрось козырей.Отключи посторонние звукиИ следи, чтоб не прятал глаза,Чтоб держал он на скатерти рукиИ не смог передернуть туза.Никогда не тянись за деньгами,Если ж ты, проигравши, поник, —Как у Пушкина в «Пиковой даме»Ты останешься с дамою пик.Если ж ты у судьбы не в любимцах —Сбрось очки и закончи на том,Крикни: «Карты на стол, проходимцы!»И уйди с отрешенным лицом.

x x x

Мне бы те годочки миновать,А отшибли почки — наплевать!Знаю, что досрочки не видать,Только бы не стали добавлять.

x x x

Не могу ни выпить, ни забыться.Стих пришел — и замысел высок.Не мешайте, дайте углубиться!Дайте отрешиться на часок.

x x x

Вы были у Беллы?Мы были у Беллы —Убили у БеллыДень белый, день целый,И пели мы Белле,Молчали мы Белле,Уйти не хотелиКак утром с постели.И если вы слишком душой огрубели —Идите смягчиться не к водке, а к Белле.И ели вам что-то под горло подкатит —У Беллы и боли и нежности хватит.

x x x

Препинаний и букв чародей,Лиходей непечатного словаТрал украл для волшебного ловаРифм и наоборотных идей.Мы, неуклюжие, мы, горемычные,Идем и падаем по всей России…Придут другие, еще лиричнее,Но это будут — не мы — другие.Автогонщик, бурлак и ковбой,Презирающий гладь плоскогорий,В мир реальнейших фантасмагорийПервым в связке ведешь за собой!Стонешь ты эти горькие, личные,В мире лучшие строки! Какие?Придут другие, еще лиричнее,Но это будут — не мы — другие.Пришли дотошные «немыдругие»,Они — хорошие, стихи — плохие.

Письмо к другу, или Зарисовка о Париже

И. Бортнику

Ах, милый Ваня! Я гуляю по Парижу —И то, что слышу, и то, что вижу, —Пишу в блокнотик, впечатлениям вдогонку:Когда состарюсь — издам книжонку.Про то, что, Ваня, мы с тобой в ПарижеНужны — как в бане пассатижи.Все эмигранты тут второго поколенья —От них сплошные недоразуменья:Они все путают — и имя, и названья, —И ты бы, Ваня, у них был — «Ванья».А в общем, Ваня, мы с тобой в ПарижеНужны — как в русской бане лыжи!Я сам завел с француженкою шашни,Мои друзья теперь — и Пьер, и Жан.Уже плевал я с Эйфелевой башниНа головы беспечных парижан!Проникновенье наше по планетеОсобенно заметно вдалеке:В общественном парижском туалетеЕсть надписи на русском языке!

Седьмая струна

Ах, порвалась на гитаре струна,Только седьмая струна!Там, где тонко, там и рвется жизнь,Хоть сама ты на лады ложись.Я исчезну — и звукам не быть.Больно, коль станут аккордами битьРуки, пальцы чужие по мне —По седьмой, самой хрупкой струне.

x x x

Муру на блюде доедаю подчистую.Глядите, люди, как я смело протестую!Хоть я икаю, но твердею как Спаситель,И попадаю за идею в вытрезвитель.Вот заиграла музыка для всех,И стар и млад, приученный к порядку —Всеобщую танцует физзарядку,Но я — рублю сплеча, как дровосек:Играют танго — я иду вприсядку.Объявлен рыбный день — о чем грустим?Хек с маслом в глотку — и молчим как рыбы.Повеселей: хек семге — побратим.Наступит птичий день — мы полетим,А упадем — так спирту на ушибы.