Собрание сочинений. Т. 5

Чёрный Саша

* * *

После чая с желе земляничным Лев профессора взял за жилет: «Милый гость! Вы мне симпатичны,— Я хотел бы иметь ваш портрет. Мой художник, пудель Кудлатый, Вас напишет во весь ваш рост. Обезьяна номер двадцатый Вас проводит к нему через мост!..» Пришел в мастерскую Патрашкин. Пудель вежливо тявкнул: «Сейчас!» Собака с кистями в чашке Не спускает с пуделя глаз. «Эй, там! Уберите-ка столик… Прошу вас: палку — в кулак, Не таращите глаз, как кролик,— А другую руку — вот так…» Старичок обливается потом, А пудель сидит и пыхтит, Кисть ходит крутым поворотом, И холст на мольберте скрипит. Писать человека — не шутка, Собаку — легче в сто раз! «Не качайтесь, профессор, как утка, Не пяльте, пожалуйста, глаз…»

* * *

Профессор с медведем полярным В дворцовый отправился парк. Бананы дождем янтарным Желтели под мрамором арк. Томясь, золотистые рыбы Зевали в теплом пруде, И

пальмы, зеленые глыбы, Кольцом отражались в воде. «Прекраснее парка нету!» Вздохнул вдруг медвежий бас: «Но скажу вам, мой друг, по секрету — Зимы не бывает у нас…» Вернулись к воротам тихо, Прошли сквозь чугунный узор. Взмахнувши лапою лихо, Медведь зарычал: «Шофер!» А барс, полицейский в каске, Расчистив профессору путь, Скосил почтительно глазки И выпятил бравую грудь. Желтобокий мотор качнулся, Запыхтел, как большой самовар… Мандрила-шофер обернулся,— Профессор сказал: «На базар». Жара на зверином базаре! Веселый разносится гам, Толпятся косматые твари, Собачонки снуют по рядам. Арбузы лежат у кибитки, Прилавки — со всех сторон. Медведица в серой накидке У козы покупает лимон… Корова мычит: «Вот груши!» Обезьяны визжат у шатров, Осел ржет, вскинувши уши: «Кому воздушных шаров?..» На дороге калека-тушканчик Пристает к прохожим, бедняк. Профессор полез в карманчик И дал попрошайке пятак. Зной колет сквозь шляпу, как жало, Но профессор и весел, и рад. Антилопа к нему подбежала: «Старичок, купи виноград!» Купил полпуда. Вот комик! Все роздал козлятам, а сам Пошел на пригорок в домик С визитом к приятелям-псам.

* * *

В саду под яблоней пышной Беседует с гостем жираф. «Скажите, профессор, что слышно?— Спросил он галантно, как граф.— Что пишут знакомые ваши? Скучаете с нами иль нет? Довольны ли островом нашим?..» Профессор на это в ответ: «Что пишут? Не знаю я, право, Я почты еще не вскрывал. У вас отдохнул я на славу,— Здесь жизнь беззаботна, как бал… Гуляю, питаюсь прекрасно, Совсем бородою оброс… Одно лишь досадно ужасно,— Не взял я с собой папирос!» Жираф предложил ему мило Сигару с маркой совы. Профессор ответил уныло: «Сигар не курю я, увы…» Мартышка всю эту беседу Спешит поскорей записать: В «Обезьянью газету» к обеду Ей надо статью уже сдать.

* * *

Откормленный, словно лабазник, Под вечер приплелся тюлень: «Профессор, сегодня праздник — Звериный воскресный день… Сегодня в дворцовом парке Концерт с фейерверком дают. Вот здесь для вас контрамарка,— Все звери вас просят и ждут…» Профессор был в десять на месте. Сияли в ветвях светляки, Звенели литавры из жести, Гудели ночные жуки. Рассевшись в кружок, лягушки Запели вдруг у пруда: «Профессор Патрашкин — душка! Не забудем его никогда!» А серна на камушке плоском Держала трамплин на носу: На нем качались стрекозки, Качались, звеня на весу… Профессор смеялся и хлопал… Какой чудесный сюрприз! Тюлень бил лапами об пол И хрипло горланил: «Бис!..»

* * *

Ах, бедный профессор Патрашкин! В висках стучит молоток, По телу бегут мурашки И колет под ложечкой в бок. Что делать? Но с дерева в поле Знакомый сказал ему грач: «Пошел бы ты к буйволу, что ли,— Он первый на острове врач». Поплелся тихонько Патрашкин. Приходит, а буйвол мычит: «Садись. Расстегни-ка рубашку, Вздохни-ка. Поглубже! Болит? Пульс скверный. Потеешь? Ну, ладно… А ну, покажи-ка язык. Ведь вечером в парке прохладно, Беречься бы надо, старик! Не пей холодного кваса, Не ешь телят и коров… Все ваши болезни от мяса,— Ведь я же не ем, а здоров. Прими касторки две чашки,— Компресс на живот и на грудь…» Испуганный бедный Патрашкин Шепнул: «Непременно» — и в путь.

* * *

Поезд стоит у перрона. Блещет лаком вагон-ресторан. Толстый Мишка в двери вагона Профессорский внес чемодан. Прощайте; пышные пальмы! До свиданья, звериный народ! Муравьед в коричневой тальме Нежно руку профессору жмет… Две собаки, смешные кудлашки, Поднесли цветов кузовок… Носорог в ярко-красной фуражке Скомандовал: «Третий звонок!» Промелькнули коты на заборе… Удивлен профессор седой: «Как с острова вплавь через море Довезет его поезд домой?» Задремал он, зевнув, как щука,— Хорошо ведь в вагоне поспать… Толчок. Проснулся. Вот штука! Ничего не может понять… Лежит он в своей постели, Солнце светит со всех сторон, Ветер дует с балкона в щели,— Ах, какой удивительный сон! <1924>

СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В КНИГУ «ДЕТСКИЙ ОСТРОВ» ^*

РОЖДЕСТВЕНСКОЕ ^*

В яслях спал на свежем сене Тихий крошечный Христос. Месяц, вынырнув из тени, Гладил лен его волос… Бык дохнул в лицо младенца И, соломою шурша, На упругое коленце Засмотрелся, чуть дыша, Воробьи сквозь жерди крыши К яслям хлынули гурьбой, А бычок, прижавшись к нише, Одеяльце мял губой. Пес,

прокравшись к теплой ножке, Полизал ее тайком. Всех уютней было кошке В яслях греть дитя бочком… Присмиревший белый козлик На чело Его дышал, Только глупый серый ослик Всех беспомощно толкал. «Посмотреть бы на ребенка Хоть минуточку и мне!» И заплакал звонко-звонко В предрассветной тишине… А Христос, раскрывши глазки, Вдруг раздвинул круг зверей И с улыбкой, полной ласки, Прошептал: «Смотри скорей!..» <1920>

ПРО БЫЧКА ^*

Ты думаешь, верно, дружок, Что это простой деревенский бычок С рожками, с ножками, С набитым травой животом И с вертлявым хвостом? Это ошибка: «Бычок» — это просто веселая рыбка. Живет она в Черном море На вольном лазурном просторе… Днем, выпучив глазки, купается, Ночью у скал колыхается. Что он ест? Не знаю. Помню целую стаю: Я им с мола бросал (Даже устал!) — Халву, крошки бананов, Изюм, бисквит, тараканов, Овсянку и саги, Клочок газетной бумаги,— Руки мои онемели,— А они все ели да ели… Как живется бычкам? Превосходно. Засыпают, когда им угодно, Не умываются, Не раздеваются, Не учат латинских склонений, Ни французских спряжений, Не зубрят притоков Дуная,— Зачем им вода речная?.. Словно школьник за школьником, Построят ряды треугольником, Разинут круглые рты И плывут, изгибая хвосты, То вперед, то назад,— Куда захотят… Одна лишь беда: На молу иногда Сидит сухой, как сморчок, Старичок. Рядом в старой корзинке Червяки и личинки, Картуз с табаком «Мелкая крошка» И хлеба немножко… Навернет старичок на крючок Полчервяка, Зевнет, почешет бока И закинет удочку в море: Тут-то и горе! Налетит бычок На крючок: Больно, кричать не умеет, Отцепиться не смеет… Старичок наловит десяток, Кликнет знакомых ребяток, Из-под камня достанет, пыхтя и кряхтя, Сковородку, Бросит соли щепотку… Затрещат-загудят камыши,— А вокруг малыши, К огню нагибаясь, Песню поют, насмехаясь: «Эх ты, жадина-бычок,— Напоролся на крючок! Вот теперь наш старичок Подрумянит твой бочок…» <1924>

ХРАБРЫЙ МАЛЬЧИК ^*

По моей мансардной крыше Запузыривает дождь. Я лежу за шкафом в нише, Плед сползает, в пятках дрожь. Пусть сползает… Я не Гриша,— Я ковбойский храбрый вождь! Шляпа-облако из фетра, Имя: «Томсон — Дикий Гусь», Вмиг — прыжком в четыре метра — На мустанга я сажусь И лечу быстрее ветра… Грянет гром — не обернусь! На руке спиралью свито Бесконечное лассо… По траве шипят копыта, Стремена, как колесо… Небо звездами расшито, Месяц — светлое серсо. Враг мой, рыжий Джек-плантатор Оскорбил меня вчера… В кабачке ночном «Экватор» С ним кутил я до утра. Под навесом ресторатор Жарил серну у костра. Джек сказал, что из винтовки Не попал бы я в орла! Две мулатки — вот чертовки! — Рассмеялись из угла. Хлопнув плетью по циновке, Я вскочил из-за стола. Гром и молния! Терпенье… Пуля первая — орлу. А вторая… Мщенье, мщенье! Разве я снесу хулу?! Послезавтра, в воскресенье, Будет трупом на полу. Что там в прерии мелькнуло Средь метелок камыша? Вмиг рука лассо метнула, Грянул буйвол, не дыша… Тьфу, свалил часы на стуле! В пятки прыгнула душа. Спичек нету! Папа с мамой На Шаляпина ушли. Во дворе за темной рамой Плачет дождик: «Пли-пли-пли»… Под кроватью кот упрямый С куклой возится в пыли. <1924>

ЛИСА-ПОСТНИЦА (Русская сказочка) ^*

В норе с голоду не сидится,— Пошла по лесу лисица — Счастья-удачи искать, Корму себе промышлять. — Ух, какой дух ядреный! Глядь, под березкой зеленой, На самой опушке, Лежит мясо в ловушке… Села на хвост лисица, Левым глазом косится, Правым — глядит в небеса: Недаром лиса! На ту самую пору Шел волк голодный по бору, Потянул носом, бездельник, Продрался сквозь можжевельник, Облизнулся и молвил: «Эхма! Что ж ты не ешь, кума?» «Мясное? Ах ты, балда, Да ведь нонче у нас середа!» А волк ей в ответ: «Плевать…» Да мясо зубами — хвать… Попал волк горлом в силок, Разогнулась вершинка, Как литая пружинка,— Канат его вверх поволок! Дрыгает волк ногами, Лязгает волк зубами, А лисица-сестрица,— Ей не сидится,— Скорее к мясу прыжком, Ест и играет зрачком. Увидел бедняга-волк, Зубами в воздухе щелк — И хрипит: «А что ж середа?» «Ничего, куманек, не беда…— Отвечает лисица,— Пусть тот попостится, Кто под березой висит И ножками дратву сучит…» <1924>