Собрание сочинений. Т. 5

Чёрный Саша

ЦИРК

Для детей. 1917. № 9. С. 265–272. С илл. Ре-Ми. При включении в «Детский остров» внесены изменения. Первоначальный вариант:

Ст. 4–6:

По Катиной программе. Бум-бум! С девчонок семь рублей, С мальчишек — по копейке!

Ст. 12: Шершавой промокашки.

Последняя ст.: Давайте кувыркаться!..

Кроме того, между строфой 8-й и 9-й были еще две строфы:

А это мальчик — длинный Флит, Моряк-чревовещатель, Он тоже страшно

знаменит И мой большой приятель. Сейчас он будет говорить С тарелочкою белой: Прошу вас Флита не смешить, А то — пропало дело!

О некоторых из этих корректив шла речь в переписке поэта с К. И. Чуковским: «В „Цирке“ выбросьте строфы 7–8 (клоун Пик) и 9–10 (Флит-чревовещатель). Эпитет „шершавой“ промокашки очень трудно заменить. Если хотите, пусть будет „чернильной“ (как Вы подсказали), — пожалуй, так лучше.

Насчет ударения в слове „волшебство“ замените так:

„Пупс не волшебник, господа, Не бойтесь! Он, понятно, Его без всякого вреда Сам выплюнет обратно“.

Во 2-й строфе поставьте, как раньше:

За вход с девчонок семь рублей, С мальчишек — по копейке…

Заключительную строфу к „Цирку“, вместо старой, я Вам пришлю». Письмо датировано 9 февраля 1917 (Архив Чуковского. Л. 6–8). …Вот дядя Гриша. Не визжать! Он ростом выше шкафа. — Иллюстрируя эти строки, художник-сатириконец Ре-Ми проявил озорство, изобразив Корнея Чуковского. Его шаржированный портрет, к слову заметить, был включен Ре-Ми и в иллюстративный ряд сказочной поэмы «Крокодил» Чуковского, впервые напечатанной в журнале «Для детей». По-видимому, эта «шалость» иллюстратора была согласована с Сашей Черным, сообщавшим в письме к Чуковскому: «„Цирк“ пришлю: но вы ведь знаете, я его обещал в „Парус“, а о рисунках уже ранее говорил с Ремизовым» (Архив Чуковского. Л. 15).

ПРО ДЕВОЧКУ, КОТОРАЯ НАШЛА СВОЕГО МИШКУ

Для детей. 1917. № 1. С. 13–14. С илл. Ре-Ми. В письме, адресованном К. И. Чуковскому, от 12 декабря 1916 года Саша Черный писал по поводу этого стихотворения: «Посылаю Вам обещанный стишок. Вверху надо бы продолговатую картинку фризом: девочка вытягивает из-под комода за лапу лохматого медвежонка (наполовину вытянула) и в конце тоже фризом: та же девчонка с выражением на лице чистит Мишку щеткой. Если бы Чехонин, — хорошо» (Архив Чуковского. Л. 3). Стихотворение было иллюстрировано не С. В. Чехониным, а Н. В. Ремизовым (Ре-Ми), который исполнил и расположил рисунки в соответствии с пожеланиями автора — с малым отступлением: вместо щетки в руках у девочки веник.

ХРАБРЕЦЫ

Киевская мысль. Киев. 1912. 13 мая. Под названием: «Картина». Необычна метаморфоза, которую претерпело данное стихотворение. В первоначальном варианте, опубликованном в 1912 году в газете, оно состояло из трех частей и было озаглавлено «Картина». В 1913 году поэт включил первую часть (с некоторыми разночтениями) в сборник «Тук-тук!», озаглавив стихотворение «Храбрецы» и дописав 10 новых строк. В книгу стихов «Жажда» поэт включил 2-ю и 3-ю части стихотворения «Картина» под заголовком «Нянька».

СНЕЖНАЯ БАБА

Для детей. 1917. № 2. С. 63–64. С илл. Ре-Ми. По поводу этого стихотворения сохранилась переписка с К. И. Чуковским. В письме от 3 января 1917 года Саша Черный пишет: «Я думаю, что в первой строфе:

„Воробьи в кустах дерутся, Светит солнце, снег,

как пух. В васильковомнебе вьются Хороводы снежныхмух…“

— следует оставить и „васильковое“ небо и „хороводы снежных мух“. Заменять — будет пресно, как таблица умножения („в светло-синем небе вьются“?..), а образ и тот и другой простенький, несложный. Говорят же тысячу лет: „розовый“ (от роза), бирюзовый, гранатовый и пр. Если какая-нибудь семилетняя девица и споткнется, то ведь любая мать, тетя, бабушка и пр. объяснят, а образ полюбится и останется в памяти, крепче, чем те приблизительные и водянистые определения, которыми напичканы детские стишки. Ведь иначе придется весь поэтический словарь для маленьких сократить до нескольких слов. Значит, так и оставить». Еще несколько замечаний содержится в письме от 16 января 1917: «Мне сказали, что „Снежная баба“ вся набрана петитом и без разделений. Если еще возможно, очень прошу напечатать лучше без иллюстраций (оставив только в конце маленькую) и перебрать все крупным шрифтом, а между частями стихотворения оставить свободное место (по строке):

1) после строк:

Взял он валенки и шубку, Шапку в руки и айда!

И после строк:

Воробьи от удивленья разлетелись — кто куда…

— так, как это в оригинале, — а если сбить в одну кучу все, то получится жареный топор, что хоть плачь!» (Архив Чуковского. Л. 15 и 16).

ПЛАКСА

ДО. С. 43.

«ЗИМОЮ ВСЕГО ВЕСЕЛЕЙ…»

ДО. С. 44–45.

ИМЯ

ДО. С. 46–47. Пономарь— церковный служитель низшего ранга, в обязанности которого входит: готовить кадило, зажигать свечи, звонить в колокола.

ВОЛК

ДО. С. 48–49.

ПРИСТАВАЛКА

Жар-Птица. С. 13. В первой публикации к заключительной строке имелась авторская сноска: «А если читаете девочке, то последние строки читайте так»:

Оттого, что у тебя, дочка, Рот без замочка!

Автограф этого стихотворения на отдельном листке был прислан поэтом А. М. Горькому вместе с письмом, датируемым октябрем 1912 года. После 10 ст. имелось двустишие, не входившее в печатный текст:

— Отчего у папы Огромные лапы?

(Архив А. М. Горького. КГ-п 85–5–1).

НА КОНЬКАХ

Тук-тук. С. 7. Разночтения в первой публикации:

Ст. 1–2:

Я катаюсь на коньках. Разгорелись ушки…

Ст. 9–11:

Ветер дует в глазки. Елки-волки! Полный ход, Обгоняй салазки…

ПЕРЕД СНОМ

ДО. С. 53–54.

В ОГОРОДЕ

ДО. С. 55–56.

ЗВЕРЮШКИ

АРАПКИНА МОЛИТВА

ДО. С. 59–60.

КРОКОДИЛ

ДО. С. 62–64.

ХРЮШКА

ДО. С. 65. …к доктору Фан-дер-Флиту. — Это не выдуманная фамилия: такое имя носила художественно-ремесленная мастерская в Пскове, основанная местным меценатом Н. Ф. Фан-дер-Флитом (1840–1896).