Собор без крестов - 2

Шитов Владимир Кузьмич

— Отпустить — не похищать, проблемы не будет. Вы сами-то побеспокойтесь, чтобы за вами не было ментовско­го хвоста.

— Будь спок, я — стреляный воробей, на ментовскую мякину никогда не поймаюсь, возраст не позволяет. Лучше всего, если Юрий Андреевич до самого последнего момен­та не будет знать, где найдет своего внука.

— Почему?

— По доброте своей и простоте может проболтаться, и тогда я за свое снисхождение к нему схлопочу приличный срок.

— Его тактику поведения я беру на себя, а ты

думай за себя и своих парней.

—Договорились, ноты учти, что наш захват пацана сто­ит на учете у ментов. Они обязательно спросят Голдобеева, как и где он нашел своего внука. Пускай подумает заранее, что им сказать.

— Скажет, что случайно нашел его около школы.

— Они ему не поверят.

— Верить ему или нет, это их дело, а он именно так им и скажет.

— Хотелось бы посмотреть на морду Голдобеева, когда он будет ментам мозги пудрить, — с улыбкой на лице и яв­ным интересом произнес Туляк.

— Красным фуражкам лишь бы обузу с плеч свалить, поэтому они поверят любой его сказке, закроют дело и уп­рячут в архив, — заверил Туляка Лесник.

— И то верно, — легко согласился с ним Туляк. — Ну что, Виктор Степанович, давай обмоем наше соглашение по капельке коньяка?

— Принимается! — подумав, согласился Лесник.

Вызвав к себе официанта, Туляк сделал заказ. Когда они маленькими рюмочками пили коньяк, Туляк поинте­ресовался у товарища:

— Находясь в Штатах, ты там не «хулиганил»?

— Я же медвежатник, а поэтому «хулиганил» тихо. Два жирных «брюха» вспорол.

— Хорошо наварился?

— Хорошо, но в моей доле было еще три отца кланов.

— А как они вышли на тебя?

— У меня с ними давно был налажен контакт.

— И как давно?

— Ты моего учителя Лапу знал?

— Ты же меня с ним знакомил.

— Не помню, давно было. Так вот, мы с покойным Ла- пой наших козырных свели со свояками из-за океана. С ними у нас сейчас тесная связь и сотрудничество.

— Вот оказывается, какой ты у нас тихоня, — не скры­вая восхищения, произнес Туляк. — А я, дурак, все думаю и удивляюсь, чего это такие фартовые ребята ходят перед то­бой на полусогнутых.

— Кончай заливать, я не люблю, когда начинают леща давить. Возьми себе на вооружение мой принцип «тише едешь, дальше будешь». Я свои проблемы решаю тихо, накатиком и без крови, поэтому в нашей среде у меня кровников практически нет. Не потому, что я боюсь их иметь, а просто я так приучил себя работать, после покаяния. Если ты будешь постоянно придерживаться моих принципов, то в один пре­красный день, когда у меня дома соберутся в достаточном количестве «законники», я смогу подписаться за тебя, чтобы они взяли тебя в свои ряды. Но ты больше не должен делать таких ошибок, какую допустил с пацаном Голдобеева.

— Сколько времени мне ждать такого момента? — вос­кликнул Туляк, не скрывая

своей заинтересованности.

— Я за тобой давно наблюдаю. Как увижу, что ты со­зрел, так я без твоего напоминания сам скажу, что твое вре­мя пришло.

— А вдруг с тобой что-нибудь случится? — не решив­шись сказать, что Лесник уже старый и может в любое вре­мя умереть, спросил Туляк.

— Ничего со мной не случится, можешь не переживать.

— Но никто из нас не гарантирован от трагической слу­чайности.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, и уверяю тебя, что в ближайшее время откидывать копыта не собираюсь. Но на всякий случай, сообщаю тебе, что если окажусь пло хим предсказателем в отношении себя и косая меня все же заберет, то тогда тебе придется держаться за Тихого. Он по нашей линии ботает отменно, имеет обширную связь сре­ди законников.

— Откуда у него такие способности и блат?

— В зоне у хозяина червонец на положении тянул, — пояснил ему Лесник. — Притом, учти, руководить при­шлось полосатиками.

— Да, действительно, он прошел академию высшей пробы, — согласился с мнением Лесника Туляк. — Ты меня можешь с ним поближе познакомить?

— Без проблем. Думаю на днях нанести ему визит, но хочу после поездки в Штаты отдохнуть пару дней. Как пое­ду к нему, так могу и тебя прихватить с собой.

— Не забудешь? — не скрывая личной заинтересован­ности, спросил Лесника Туляк.

— Я хоть и пожилой человек, но пока склерозом не страдаю,— успокоил его Лесник. Видя, что тема беседы на­чинает иссякать, он предложил Туляку: — Давай будем раз­бегаться. У нас с тобой сегодня будет горячий день.

— Мне бежать некуда, я на своем рабочем месте, а вот тебе, Виктор Степанович, действительно сегодня придется по-молодецки побегать, — пожимая Леснику руку на про­щание, заметил Туляк.

«Уважает мой возраст, сильно руку мне не стал жать», — покидая ресторан, удовлетворенный беседой с Туляком, подумал Лесник.

Возвратившись к себе домой, Лесник счел необходи­мым позвонить Голдобееву, чтобы сообщить ему о резуль­тате своей беседы с Туляком. Трубку подняла его супруга Антонина Алексеевна, она сообщила ему, что ее муж в настоящее время находится на работе. Леснику пришлось звонить Голдобееву в офис его фирмы:

— Юрий Андреевич?

— Да!

— Узнаете, кто вас беспокоит?

— Конечно, Виктор Степанович, я слушаю вас.

— Юрий Андреевич, у меня есть друг, который хочет получить у вас на фабрике работу. Вы не могли бы подъехать ко мне домой и с ним побеседовать. Сможете сами опреде­лить его деловые качества и на месте решить — будете брать его к себе на работу или нет.

Голдобеев понимал, что Лесник хочет с ним немедлен­но встретиться, тогда как весь остальной разговор Лесника был чистым блефом.