Соблазн

Култышев Николай Сергеевич

– Ну, хорошо, – ответил я, – идем пить пиво, но только за мой счет.

– Нет, мы тебя сейчас точно бить будем, – возмутился Раймонд, – мы что, сами не в состоянии заплатить за себя?

– В таком случае после пива идем в кино, – предложил я, соглашаясь на их условия.

– А вот в кино на «Профессионала» мы, пожалуй, сходим, – поддержал

меня Айвар. – Ну все, договорились.

Напротив кинотеатра, через площадь, в подвале находился очень уютный пивбар. Все столики были разделены, как в плацкартном вагоне, высокими мягкими перегородками. Создавалось ощущение уютного купе, в котором не было посторонних, только свои. Принесли пиво, разлитое в большие высокие кружки, и блюдо с нарезанным прямоугольными ломтиками плотным сыром.

– Ну что, за знакомство? – сказал Айвар, поднимая кружку, и назвал свое имя.

– Николай, – ответил я, подняв кружку.

– Андрей.

– Раймонд.

И все дружно чокнулись пивными кружками. Разговор как-то дружно пошел о настоящем, затем вспомнили юность, драки, частенько происходившие в сквере напротив морского училища, и, конечно, о службе, о которой можно говорить долго, у каждого на душе было что-то наболевшее и незабываемое. Бармен периодически подносил пиво. Айвар больше молчал: ему довелось воевать в Афганистане, не хотел ворошить былые раны, болезненно переносил потерю друзей. Андрей служил на сторожевике, в Тихом океане: попали в обледенение, сутки сбивали нарастающий прямо на глазах лед, но устояли, не перевернулись. А Раймонд ракетчик, служил под Плесецком, чудом не сгорел при взрыве топливного бака. Говорили долго, взволнованно, как вдруг Айвар произнес:

– А может, рванем к девкам, на танцы в Дом офицеров?

– Точно, – подхватил Андрей, – там сегодня дискотека.

– Бармен, счет! – крикнул Раймонд.

И мы радостной кучкой выползли на улицу.

Вовсю гремела музыка, полный зал молодежи дружно отплясывал под

музыку Boney M. Мои друзья, в отличие от меня раскрепощенные, сразу присоединились к танцующим и слились с музыкой.

– «Варвара варит кур!» – кричали в зале перефразированные слова песни, а вместе с ними кричал и Раймонд, который, подбадривая меня, призывал расслабиться, мол, здесь все свои. Сверкала цветомузыка, ослепляя глаза и освещая лица танцоров. Чувствовалось, что мои друзья здесь были завсегдатаями. Андрея сразу взяла в оборот симпатичная блондинка. Айвару, похоже, приходилось оправдываться перед какой-то девушкой, которую он подвел ко мне, представив:

– Вот, Оля, познакомься – это Николай, сегодня с рейса пришел, – врал он, подмигивая мне.

Я солидарно кивал, протягивая руку. Оля недоверчиво протянула свою и, смотря мне прямо в глаза, произнесла:

– Я знаю всех его друзей, а вас вижу впервые. Вы друг?

– Да, друг! – утвердительно кричал я, стараясь переорать очередную громкую музыку, – мы очень старые друзья! Мы пять лет назад в парке морду друг другу били.

– О, – рассмеялась Ольга, – у него таких друзей много, – и, взяв нас с Айваром за руки, потащила в центр зала.

– «Если не расстанемся», – звучали слова песни.

Раймонд, отлично чувствовавший музыку, завораживал окружающих своей пластикой. Я потихоньку стал отходить к стене, чтобы передохнуть. Но тут подошел Андрей.

– С тобой хочет познакомиться девушка, мы с ее старшей сестрой когда-то в школе учились. Вон, видишь ее, в желтом платье?

– Да, вижу – симпатичная, высокая, правда, но, по-моему, не выше меня.

– Так ты не против? – спросил Андрей.

– Я не против.

– Тогда пошли.

Он подвел меня к девушке. Я сразу почувствовал ее неловкость, стеснительность.

– Коля! – представился я, прокричав ей почти в ухо.

Конец ознакомительного фрагмента.