Соблазн
Шрифт:
— А ваши силы? — спросил Линкольн не отрывая от меня глаз. Как будто он не мог этого сделать.
— Полностью неповрежденные… и через связь наших душ они фактически усилились в пределах друг друга.
— Я… я не понимаю, — сказал Линкольн.
— Трудно объяснить. Лучшее объяснение, которое я могу дать — представьте туннель. Невидимый туннель между мной и Найлой, и мы можем каждый, в любое время, пройти через него или дотянуться до другого. Также могут и наши силы. Мы всегда можем почувствовать друг друга и силы друг друга.
А затем… я поняла.
— Вы — родственные
Найла кивнула и сжала руку Редьярда, и я почувствовала пробуждение чего-то очень, очень опасного. Надежды.
— Есть еще такие же Грегори, как вы? Я имею ввиду… возможно, что… — сказала я спокойно.
— Вы с Линкольном — родственные души?
— Да, — сказала я, краснея, что мне пришлось задать этот вопрос прямо перед Линкольном.
— Это так, — сказал Редьярд. — Когда я почувствовал твою силу в аэропорту, она, казалось, сильно стремилась к сущности Линкольна. Я никогда не видел, чтобы силы одного человека, так стремились к другому, с тех пор, как… — он посмотрел на Найлу. — Но может быть, что это не так. За все года, что мы вместе, мы никогда не встречали пару, которые были связаны в душе. И, если вы связаны, как бы это не было удивительно, то вы оба должны знать, что это больше, чем какой-либо другой вид обязательств. Больше, чем какой-либо вид брака в любой культуре, поэтому хорошенько подумайте перед тем, как… исследовать.
О, Боже Мой, это самый странный разговор о сексе в моей жизни!
— Ладно. Хорошо, спасибо за предупреждение, — Линкольн встал, ясно разделяя мою неловкость. — Я собираюсь приготовить обед. Вы хотите остаться?
— Спасибо, не теперь. Мы немного волнуемся, что Зои может попытаться отправить Сальваторе самолетом в Италию, если мы скоро не вернемся к ним.
— Да. Бедный парень, — согласился Линкольн.
— Зои — хорошая девочка, у нее просто были ожидания на счет ее партнера… Сальваторе их не оправдал. Но, я полагаю, что она будет удивлена, в свое время, — сказала Найла, когда она и Редьярд встали и инстинктивно обхватили друг друга руками.
Теперь, когда я знала, что они были родственными душами, я видела, что каждое небольшое движение каким-то образом угадывалось другим. Они действительно были связаны, и, когда они смотрели друг на друга, хотя это было лишь на мгновение, их глаза отражались друг в друге. Совершенная любовь.
И посмотрев на меня и Линкольна… мы могли только смотреть друг на друга. Каждый раз, когда мы были рядом, что-то мешало. Что произойдет, если мы предназначены друг другу?
Я в первый раз почувствовала себя, как в средневековье. Он принялся готовить обед.
Я не потрудилась предложить помощь. Мы оба знали, что если не участвует кофе-машина, то в этом не было смысла.
— Я собираюсь сделать парочку стейков и салат. Хорошо?
— Да. Отлично, — сказала я, чувствуя себя более чем неловко, когда впервые узнала о Грегори.
Я прошла вокруг массивной открытой области, которая была теперь загромождена оборудованием из спортзала, а пол был усыпан циновками. Я начала убирать какие-то остатки в ведра, которые стояли около стены. И пыталась нарисовать фреску на одном большом пустом
— Прошу.
Я немного подскочила, пойманная в своих мыслях, я не заметила, как Линкольн подошел сзади.
— Спасибо, — сказала я, беря стакан с колой, который он протягивал мне.
— Прости за прошлую ночь, — сказал он. — Я не должен был на тебя сердиться.
— И ты меня прости. Мы не должны были туда входить. Это было глупо.
— Верно, — сказал он, улыбаясь. Как и я, радуясь, что мы не собирались ссориться.
Я закатила глаза, но потом снова стала серьезной:
— Линк?
— Ммм? — он направлялся обратно в кухню.
— Эм… — я собиралась спросить его о Магде, но не смогла. — Мы должны сегодня сходить и проверить Оникса.
— Да, я знаю. Я сделаю это.
Он сказал это небрежно, но что-то в его голосе меня зацепило.
— Я могу пойти с тобой? — Давила я.
Он поглядел на меня, потом откусил кусочек от сырой моркови.
— Не сегодня. Я должен немного прогуляться, и нет никакого смысла тебе ждать рядом.
— Куда ты пойдешь?
— Я… просто собираюсь помочь Магде в кое-чем.
— Магде?
От моего тона он поднял брови.
— Да.
— И ты не собираешь рассказать мне, в чем именно ты собираешься ей помогать?
— Ви, мне просто самому это нужно. Это… личное.
Я фактический сделала шаг назад. Удар в лицо был бы более добрым.
— Личное? Для Магды или для тебя? — потому что так, как он сказал это, говорило, что это была проблема не только Магды.
Линкольн закрыл глаза и оперся рукой на скамью, как будто пытаясь найти силы, чтобы ответить мне, что просто меня разозлило:
— Вайолет, просто доверься мне. Я не хочу, чтобы ты вмешивалась в это. Ты… отвлекаешь.
Я сжала челюсти, в то время как я пыталась и не могла оставаться спокойной.
— А Магда не отвлекает, — сказала я между глубокими вздохами, неспособная смотреть на него.
— Нет. Не отвлекает.
— Отлично. Ну, желаю вам с Магдой хорошо повеселиться, — я вручила ему стакан с колой и начала собирать свои вещи.
— Вайолет, ты говоришь так, как будто мне нравится проводить время без тебя. Изгнанник, которого мы выслеживаем, он… — но он остановился на середине предложения.
— Он что? — отрезала я.
Линкольн отвел взгляд:
— Он должен умереть.
— Ты имеешь ввиду, должен вернуться.
— Это лучшее, что я могу сделать, — сказал он, его голос звучал отдаленным и твердым.
Я уставилась на него, пытаясь услышать то, что он не говорил, что я пропустила.
— Значит, просто ты и Магда.
— Да.
— Ну, тогда оставлю это вам.
— О чем ты? — спросил он, когда смотрел, как я собрала вещи и направилась к двери.
— У тебя с Магдой, очевидно, все под контролем, и я просто вспомнила, что Стеф остается у меня сегодня вечером, так что, я должна вернуться. Завтра мы могли бы увидеться.