Соблазн
Шрифт:
— Парень, Редьярд, кажется странным. Ты должна быть осторожна, Ви. Просто потому, что у них нет свободного прохода через Траствору Стрит.
Я кивнула, пытаясь расчесать волосы, и снова обрадовалась, что Стеф была на моей стороне. При всех ее подколках, она умела ставить все точки над i и всегда была за меня — настоящая подруга. Одна из очень немногих.
— Да. Предполагаю, что больше узнаю после полудня. Я начну обучение после школы. Ты хочешь пойти?
Стеф выглядела немного неуверенной:
— Ты думаешь, что мне разрешат?
Я сжала ее руку на
— Стеф, ты — моя лучшая подруга. Мне наплевать, что они подумают. Если ты хочешь пойти, они должны будут пустить тебя.
Она улыбнулась моему отражению в зеркале.
— Ты уверена, Ви? — затем вручила мне тушь.
Я улыбнулась в ответ, даже при том, что часть меня из-за этого волновалась. Кто такая я была, чтобы привести Стеф в мир бессмертных и вечных войн? У нее не было сил защитить себя. Впутать ее во все это — эгоистично, и я знала это, но не могла выкинуть ее из своей жизни. Она была нужна мне. Она была одна из моих людей.
— Эй, а как Маркус? — спросила я, внезапно понимая, что она не убегала, чтобы встретиться с ним, и даже не упоминала его сегодня. Последние несколько недель они проводили постоянно вместе. Я была уверена, что со дня на день они объявят свои отношения «официальными».
— Мы расстались, — сказала Стеф, тяжело вздыхая.
Я отложила косметичку и уставилась на ней, широко распахнув глаза:
— Почему? С тобой все хорошо?
— Ага. Я была тем… кто инициировал разрыв.
— О, почему? — я не понимала.
Стеф думала, что Маркус был прекрасным парнем. Он выполнял все ее капризы. Он симпатичный, мега умный, из нужного социального слоя и достаточно богатой семьи.
— Давайте, просто скажем, что я кое-что узнала, когда увидела, что ты пережила с Фениксом. Я имею в виду, просто поняла… не хочу делать это… ты знаешь…
— Ты будешь сожалеть, — закончила я за нее, глядя вниз на неряшливые плитки пола в туалетной комнате.
— Я не говорю, что ты должна сожалеть о случившемся. Я… я просто имею в виду… видя, как это все повлияло на тебя… это помогло мне принять несколько собственных решений.
— Поэтому Маркус хотел… — я подняла брови.
Она кивнула:
— Это было достаточно честно. Я имею в виду, я подумала, что это было то, чего хотела, но, в конце концов, просто поняла, что я не любила его.
Я удивилась. Стеф редко объяснялась.
Она была девушкой «не объяснять, не жаловаться».
Я сомневалась, что и думать, просто порадовалась за нее. Она чувствовала себя уверенно, чтобы сделать правильный выбор. Маркус хороший парень, но, если она не была с ним по правильным причинам, тогда я счастлива, что она не сделала с ним что-нибудь такое, о чем бы потом пожалела. Я слишком хорошо знала это чувство, после случившегося между мной и Фениксом.
Я все еще чувствовала остаток связи, которую он сформировал. И хотя она сломалась, я не была окончательно уверенна, можно ли полностью расплатиться за одно плохое решение. Видя реакцию Линкольна, когда Оникс поднял тему Финикса вчера вечером, это заставило меня задаться вопросом, сможет ли Линкольн когда-нибудь оставить это в
Могла ли я когда-нибудь действительно попросить его об этом?
***
После обеда стало лучше, но незначительно. Я попала на уроки по религии и закончила день занятиями по искусству.
Через двадцать минут после последнего звонка мы со Стеф выходили из автобуса в районе, где жил Линкольн.
Так как Линкольн имел самое большое жилище, он переделал его в некое подобие командного центра. Я была благодарна ему за то, чтобы он так быстро и добровольно предложил это место. Мы даже отодвинули половину его мебели, чтобы построить учебную арену.
Мы со Стеф сделали несколько шагов к парадной двери, и у меня появилось то же волнующее чувство, которое всегда возникало, когда я знала, что он был рядом. Я знала, что частично ангел в каждом из нас признаёт другого, но я была главным образом человеком. Просто хотела, чтобы все шло так, как надо, даже при том, что я понимала, что это шло вразрез с кодексом Грегори.
Должен был быть выход.
Гриффин впустил нас и неодобрительно взглянул на меня, когда увидел Стеф.
— Это не общественное мероприятие, ты же понимаешь. Твое обучение уже ограничено часами в другой школе.
— Стеф — часть моей жизни. Она имеет право посмотреть и понять это. Я не привела Стеф в качестве группы поддержки, Гриффин, — сказала я, посылая ему молчаливую улыбку.
Он был не в восторге, но отошел в сторону, чтобы мы могли пройти. Стеф не беспокоили опасения Гриффина, и она проследовала мимо него.
— Черт возьми, дедуля, — язвительно заметила она.
Я улыбнулась, когда увидела выражение на лице Гриффина.
Мои глаза быстро просмотрели комнату. Все были там, прямо как дома.
Все ждали одного.
Нила и Редьярд близко сидели друг к другу на одном диване.
Слишком близко для просто друзей или партнеров Грегори.
Спенс и Сальваторе расположились на другом диване, увлеченной играя в PlayStation. Зои находилась на кухне, наливая себе апельсиновый сок.
Я представила Стеф и расслабилась немного, когда поняла, что Редьярд больше не пробует свои уловки силы на мне. И развернулась к Гриффину.
— Где Линк?
— Разговаривает с Магдой. Она вернулась прошлой ночью. Я думаю, они в комнате.
— О, хорошо, — сказала я, направляясь в этом направлении.
— Эй, — отрезал Гриффин. — Мы начинаем через две минуты. У Зои и Сальваторе первый спаринг, потом ты и Спенс.
Ничего себе, это будет странный спарринг с кем-то другим, не с Линкольном.
— Верно. Две минуты, — повторила я.
Я прошла в комнату Линкольна. Магда отсутствовала, навещая старого друга. Она была в отъезде почти две недели. Я видела, Гриффин рад, что его партнер вернулась. Я просто надеялась, что Линкольн не был слишком взволнован. Магда не скрывала свои чувства к нему или неприязнь ко мне. Если бы у меня не было необходимости становиться Грегори, чтобы спасти жизнь Линкольна, полагаю, она бы предпочла, чтобы я не проходила церемонию объятий.