Соблазн на грани риска
Шрифт:
– Хотите примерить рубашку, чтобы убедиться, что она хорошо сидит? – спросила Ханна.
Йигер подумал, что это хорошая идея: через два дня он уезжает, и у него не будет времени, чтобы подшить рубашку, если что-то не так. К тому же ему не хотелось оставлять Ханну одну в таком состоянии.
– Да, пожалуй, – кивнул он.
Йигер бросил пиджак на кресло, развязал галстук и начал расстегивать рубашку. К тому времени, как он разделся, Ханна уже освободила новую рубашку от чехла и теперь протягивала ее Йигеру. Сейчас Ханна показалась ему более спокойной, она снова стала похожа на саму себя. Его беспокойство за Ханну немного
Было совершенно очевидно, что Ханну что-то беспокоит, причем сильно. Йигер сказал себе, что это его совершенно не касается, и все же он продолжал задаваться вопросом, что же случилось. Поссорилась с парнем? Конфликт в семье? Проблемы на работе? Он вдруг поймал себя на мысли, что совершенно не знает Ханну вне работы.
– Простите, – сказала она, когда Йигер надел рубашку, – но ткань не совсем та, что на рубашке, сшитой в ателье. Поскольку это подработка, я не могу использовать ту же ткань, она закупалась в Португалии, но я нашла здесь неплохую замену почти того же цвета. Надеюсь, вы не против. Это немного снизило цену.
Йигера не слишком волновала цена, для него были важны качество и фасон. Возможно, это было несколько поверхностно, но человеку, являющемуся лицом многомиллионной компании, необходимо хорошо выглядеть. И он всегда выглядел безупречно, во многом благодаря Ханне.
– Все отлично, – сказал он. – На самом деле эта ткань мне нравится даже больше, чем та, из которой ты шила в «Кэткарт и Куинн», у нее приятная фактура. Почему они отправляют на закупки в Лондон и Португалию не тебя?
– Этот вопрос лучше задать мистеру Кэткарту. – Ханна сказала это так, что Йигер понял: она неоднократно задавала этот вопрос, и каждый раз безрезультатно.
– Может, и задам, – сказал он, удивившись своему внезапному порыву стать защитником Ханны. – Или, может, тебе стоит начать свой собственный бизнес.
– Я пытаюсь, – кивнула она в сторону кронштейна с одеждой.
Йигер подошел поближе, чтобы рассмотреть, что же она шьет для других клиентов, и с удивлением увидел, что здесь в основном была детская одежда.
– Ты шьешь одежду для детей?
Вместо ответа, Ханна подошла к своей швейной машинке, чтобы взять визитную карточку и дать ее Йигеру. На бледно-лавандовом фоне было написано «Джоуи и Кит», а логотипом служили мордочки кенгуру и лисенка, соприкасающихся носами. Чуть ниже располагался слоган: «Любимые вещи счастливых детей», а под ним – номер телефона и электронная почта.
– Это твой бизнес? – спросил Йигер, рассматривая карточку.
– Да, я индивидуальный предприниматель, – кивнула она. – Я зарегистрировала торговую марку и логотип, все по правилам.
– Но почему детская одежда? Мне кажется, одежда для взрослых будет более прибыльной.
– Скорее всего, – уклончиво ответила Ханна. Йигер ждал, что она покажет ему что-то из вещей, но она этого не сделала. – Повернитесь спиной, чтобы я посмотрела, ровно ли сидят боковые вытачки.
Йигер послушно повернулся, уставившись в окно. Он не мог понять причину, но его действительно беспокоило то, что в квартире Ханны всего одно окно. Из панорамных окон его пентхауса открывался роскошный вид на Манхэттен, хотя он проводил в нем не слишком много времени. Независимо от того, в какой точке планеты находился Йигер, ему всегда было нужно что-то, на чем мог отдохнуть его взгляд.
– Я обычно не делаю вытачки на мужских рубашках, – проговорила Ханна, – но у вас нестандартная фигура: при таких широких плечах довольно узкая талия…
Йигер сказал себе, что восхищенный вздох ему только послышался.
– В любом случае, – продолжала она, – сидит хорошо.
Ханна провела ладонью по его спине сначала с одного бока, потом с другого, ровно в тех местах, где проходили вытачки. Этот жест совершенно не был ни нарочитым, ни кокетливым, а исключительно профессиональным, и все же пульс Йигера почему-то участился.
– Можете переодеваться.
Йигер вдруг поймал себя на мысли, что ему совершенно не хочется уходить. Он уверял себя, что все дело в том, что Ханна по-прежнему явно была чем-то обеспокоена. Он всегда видел ее в исключительно приподнятом настроении, но сегодня она была не похожа на саму себя, и это отчего-то беспокоило Йигера.
– Ханна, у тебя все в порядке? – неожиданно для самого себя спросил он.
Ханна взглянула на него, и в ее взгляде была настоящая паника. Она открыла рот, чтобы ответить, но не смогла выговорить ни слова, и это еще раз утвердило его в мысли, что что-то не так. Ханна никогда не лезла за словом в карман, у нее всегда был готов ответ на любой вопрос.
– Ты сегодня не похожа на саму себя, – сделал он еще одну попытку. – Все дело в новостях, которые ты сегодня получила?
Она кивнула, но вместо того чтобы посмотреть на Йигера, опустила взгляд. Ханна никогда так не делала. Напротив, она всегда предпочитала зрительный контакт, и это ему всегда в ней нравилось.
– Что это за новости?
Ханна явно колебалась. Затем она пожала плечами и проговорила:
– Это может не только полностью изменить мое будущее, но и подтверждает, что и мое прошлое могло быть совсем другим.
– Боюсь, я не совсем понимаю…
Ханна невесело хохотнула:
– Это чувство мне хорошо знакомо.
Видимо, вино оказало на Ханну куда большее воздействие, чем он думал. Возможно, он должен просто заплатить за свою рубашку и уйти. Да, ему определенно пора уходить.
– Хочешь поговорить об этом? – вместо этого спросил Йигер.
Услышав эти слова, Ханна на секунду подняла на него взгляд, а потом закрыла ладонями лицо и всхлипнула. И вот тогда Йигер понял, что у него серьезные проблемы, потому что Ханна в слезах намного хуже, чем Ханна в панике. Паника в конце концов утихнет, а вот печаль… Печаль может продолжаться вечно, уж кому, как не Йигеру, это знать.
Однако Ханна не начала плакать. Она вытерла ладонями глаза и обхватила себя за плечи, но от этого жеста она стала выглядеть еще более отчаявшейся. Йигер почувствовал, как что-то словно сдавило его грудь, но он понятия не имел почему. Он ведь едва знал эту женщину, ему даже была неизвестна ее фамилия.
– Я чертовски хочу поговорить об этом, – мягко сказала Ханна. – Просто поговорить мне не с кем…
Это был его последний шанс просто развернуться и уйти. Последнее, чего он хотел, – выслушивать проблемы почти незнакомого человека. Ему просто надо подойти к входной двери и уйти, прямо сейчас.