Собака
Шрифт:
Без конца пялился на ее ноги, отвлекаясь от дороги, при этом мча как сумасшедший. Кровь на ее ногах запеклась и потрескалась. Я перебирал кучу вариантов что это могло быть, но я не врач и понять очевидного для врача, не мог. А если б смог понять, не уверен, что довез бы Аню до больницы.
ГЛАВА 33
У героев стынет кровь
Разбиваются и вновь
Идут ко дну
Идут ко дну
Успокоит океан
И разделит по волнам
Свою вину
Свою вину
Кон-кончится пленка
Ты,
Моя любовь, моя любовь
Би-2 "Моя любовь"
Дмитрий.
— Так! Какой срок? Каталку сюда срочно! — стоило зайти в приемный покой больницы с Аней на руках, даже помощи попросить не успел.
На нас налетела грузная и шебутная женщина в белом халатике, со странным вопросом, но не дождавшись ответа, затараторила вновь.
— Маруся! Эту в кабинет ультразвука, а где каталка?
— Нет каталок.
— Жрете вы их что ли? Дурдом какой-то, а не больница!
— Давайте я сам, скажите только куда. — поторопил врача, она указала мне куда идти.
Дальше начался какой-то кошмар. Положил Аню на указанную врачом кушетку, она тут же задрала ей свитер. Немаленький синяк на пол живота полоснул по сердцу. Готов был прям тут удавиться. Что же я за урод! Что натворил со своей девочкой, да кого она могла заказать, вон как испугалась. Воробей глупый, а не убийца.
— Как зовут? — женщина обратилась к Ане, она к этому моменту была уже более-менее в себе.
— Томилина Анна. — она, от страха хлопая глазищами, неуверенно ответила.
— Анна Томилина, скажите у вас синяки на животе от куда?
— Упала. — стрельнув в меня глазами соврала врачу.
— Это сколько раз надо было упасть, чтоб так себя разукрасить?! С лестницы упала?! — врач почти перешла на крик.
Ее возмущению не было предела, она пыхтела от злости, нервно натягивая перчатки.
— Не знаю откуда синяки… — зашептала Аня.
В кабинет зашла еще одна женщина и села за стол. Ане на живот полился прозрачный гель.
— Документы. Какой срок? — снова прозвучал этот странный вопрос уже от медсестры по всей видимости.
Мы с Аней переглянулись, оба ничего не понимающие и растерянные.
— Какой срок? Вы про то, когда началось кровотечение? — неуверенно спросил, потому как вопрос казался довольно глупым.
— Беременности какой срок? Обменная карта есть ее? Результаты УЗИ, анализы? — женщина выпучила на меня возмущенно глаза.
— Какая беременность? У меня даже задержки не было. — выпалила Аня, отвлекая врача от меня.
— А это кто? — женщина ткнула пальцем в монитор.
Голова, маленькие ручки, ножки…
— Но у меня же месячные были, как же… — Аня растерялась не меньше меня.
— Значит у вас это уже не первое кровотечение. Беременность первая? — Аня кивнула облизнув сухие губы.
— Ну что ж раз так, приступим. Паспорт и полис нужен, они то хотя бы у вас есть?
— С собой нет, мы спешили не до этого, но я привезу.
Дальше было обследование, какие-то непонятные термины, замеры. Мы с Аней не могли оторвать взгляд
— У вас, между прочим, уже примерно семнадцатая неделя, не рекорд, конечно, но всегда удивительно. Почти пол беременности прошло, а вы и не сном ни духом как говорится. Значит так, положим вас пока в предродовую, в патологии у нас аншлаг, все анализы возьмем, кровоостанавливающая терапия и лежать. Попробуем спасти, но гарантий… — врач развела руками и добавила; — Слишком уж вы поздно обратились, болело же? Ну признайтесь? Почему к врачу не обратились? — мягко поинтересовалась у Ани и затем глянула зло на меня.
— Можно ее в платную палату? — не потерялся я, не смотря на обвинение врача немым укором.
— Настя, оформляй ее тогда на второй этаж, там две платных свободны, а вы за документами.
Я кивнул, присел перед Аней.
— Где найти документы? — в ее глазах было такое отчаяние и страх, не хотел ее оставлять одну, но выбора не было.
Нужны были документы, о которых в той ситуации и подумать не мог.
— Паспорт…он в дорожной сумке, полис там же, сама сумка кажется в прихожей. — взволнованно объяснила Аня, схватив меня за руку.
— Я скоро. Все будет хорошо… — последнее прозвучало до боли не уверенно.
Что в этой ситуации может быть хорошо?! Я шел на ватных ногах к машине и не знал, что делать, кроме как привезти нужные документы. Оплатить палату и лучшего врача. Дальше же полнейший ступор.
Анна.
А умирать все-таки не просто, даже если другого желания нет, а страшно. Или это Димино поведение так повлияло на меня, но мне стало страшно.
Только этот страх вообще ничто по сравнению с тем, что мне предстояло пережить уже через пару минут после того, как меня положили на кушетку. Вопросы врача про синяки на животе, растерянный Дима на против, а потом этот вопрос про срок…Потом она показала человечка на мониторе, для меня это было на уровне фантастики. У меня же даже живота нет, хотя я и понятия не имею, когда он там появляется. Получается Саша увозил меня тогда из Диминого дома уже не одну, и голова просто кругом пошла.
Теперь стало страшно не за себя, не за свою жизнь, за этого маленького человечка страшно. Что я натворила?! Столько пила, курила, таблетки, успокоительное, снотворное…я же его отравила! Я смотрела на Диму и видела сейчас в нем себя. Такой же растерянный и не понимает, что делать. Вопреки всему я не хотела его отпускать, вцепилась в его руку, ведь на данный момент он единственный кто может и явно готов мне помочь.
Дима уехал за документами, меня же подняли на второй этаж. Наверно я бы рвала на себе волосы и билась бы головой о стену, если бы врач не сказала мне лежать и не вставать. Медсестра помогла мне принять быстро душ, дали больничный, застиранный, но вполне уютный и мягкий халатик, поставили сразу капельницу и два болючих укола.