Собака на сене

де Вега Лопе Феликс Карпио

Диана

Я бы хотела, чтоб вы сами Себе избрали господина. По-вашему, маркиз приятней, Чем мой кузен?

Теодоро

Приятней, да.

Диана

Его и выберу. Ступайте Его поздравить от меня.

Уходят Диана и Анарда.

Явление четырнадцатое

Теодоро.

Теодоро

Кто знал подобное

несчастье! Кто видел взбалмошней решенье! Кто глубже испытал превратность! Так вот они, мои порывы Взлететь! О солнце, пусть твой пламень Испепелит мои крыла, — Уже расщеплены лучами Не в меру дерзостные перья, Те, что взманил прекрасный ангел! Диана обманулась тоже… О, как я мог так безоглядно Поверить ласковому слову! Давно известно, — меж неравных Не уживается любовь. Но разве можно удивляться, Что этот взгляд меня опутал? Ведь он бы мог завлечь обманом И хитроумного Улисса. [19] Я никого винить не вправе: Лишь я виновен. И потом — Что я в конце концов теряю? Скажу себе, что у меня Был сильный приступ лихорадки И что, пока она тянулась, Я бредил чем-то очень странным. И только. Гордая мечта, Простись с надеждой невозвратной Стать графом де Бельфлор; направь К знакомым берегам свой парус; Люби, как встарь, свою Марселу; С тебя вполне Марселы хватит. Графини пусть маркизов ищут; Любовь предпочитает равных. В бесплотном ветре ты родилась, Моя мечта, и ветром стала; Кто недостоин высоты, Тому судьба очнуться павшим.

19

Ведь он бы мог завлечь обманом и хитроумного Улисса. — Улисс (Одиссей) — царь Итаки, хитроумнейший из героев гомеровского троянского эпоса. Имя его стало нарицательным для обозначения хитрости и изворотливости.

Явление пятнадцатое

Фабьо. Теодоро.

Фабьо

Вы видели графиню?

Теодоро

Видел, милый, И счастлив тем, что от нее узнал. Ей опостыл удел вдовы унылый, И свадебный нас обкидает бал. Те оба любят свыше всякой силы; Но трезвый ум графини рассчитал И предпочел маркиза.

Фабьо

И отлично.

Теодоро

Мне велено его поздравить лично. Но я хочу, чтоб ты, мой старый друг, Мог заработать. Отправляйся живо; Поверь, маркиз не скуп.

Фабьо

Таких услуг Не забывают, говорю правдиво. Лечу стрелой и обернусь вокруг. Помилуй бог, как вышло все на диво! Маркизу есть чем хвастать: не пустяк — Склонить графиню на вторичный брак.

(Уходит.)

Явление шестнадцатое

Тристан, Теодоро.

Тристан

Я вас ищу в большом волненье. Неужто правда, что я слышал?

Теодоро

Увы, Тристан, святая правда, Коли о том,

как я ошибся!

Тристан

Я видел, там сидели в креслах Два сукновальщика обычных И шерсть валяли из Дианы; Но чтобы состоялся выбор, Об этом я еще не знал.

Теодоро

Так вот, Тристан, сюда явилась Она, подсолнечник вертлявый, Она, стекло, она, пылинка, Она, поток, поворотивший Назад от моря, вверх долиной, Она, небесная Диана, Луна, и женщина, и призрак, Она, чудовище коварства, Меня обрекшая на гибель, Чтоб запятнать свою победу; Она явилась и спросила, Который мне из двух приятней, Затем что хочет сделать выбор, Руководясь моим советом. Я это слушал, как убитый, И то, что я не обезумел, Уже само безумьем было. Потом сказала, что маркиз Ей по душе и чтоб я лично Его об этом известил.

Тристан

Нашелся, стало быть, счастливец?

Теодоро

Маркиз Рикардо.

Тристан

Право слово, Не будь вы в столь плачевном виде. Не будь грехом ввергать в унынье И без того уже унылых, Я бы напомнил вам сейчас, Как вы взлетели горделиво И возомнили, что вы граф.

Теодоро

Взлетел, и вот лежу разбитый.

Тристан

Во всем вы сами виноваты.

Теодоро

Я это признаю. Я слишком Легко поверил обольщенью Прекрасных глаз.

Тристан

Я говорил вам: Нет ядовитее сосудов Для чувства смертного мужчины, Чем эти женские глаза.

Теодоро

Ты не поверишь, как мне стыдно. Клянусь тебе, свои глаза Я от земли поднять не в силах. Все кончено. Одно осталось — Похоронить в забвенье тихом И честолюбье, и любовь.

Тристан

Каким пристыженным и смирным Вы возвращаетесь к Марселе!

Теодоро

Мы с нею быстро подружимся.

Явление семнадцатое

Марсела, не замечая Теодоро и Тристана.

Марсела (про себя)

Как трудно делать вид, что влюблена! Как трудно позабыть любовь былую! Чем я усердней мысль о ней бичую, Тем все живее в памяти она. Но честь велит, я позабыть должна, И нужно душу вылечить больную: Чужой любовью сердце уврачую, И будет страстью страсть исцелена. Но, ах, нельзя внушить себе, что любишь, Когда другой любовью дышит кровь! Так не отмстишь, так лишь себя погубишь. Нет, лучше ждать, что все вернется вновь. Иной раз вовсе прошлое отрубишь, А смотришь — снова расцвела любовь.