Собака Кантерсельфа
Шрифт:
Никто и не думал двигаться. Как и предупреждал майор, картежники оказались людьми тихими. За карточным столом их сидело четверо, трое были застрелены, а четвертому, который не повезло оказаться спиной к двери, проломили черепушку рукоятью того же умхальтера, которым положили остальных.
В жизни бывают такие моменты, когда время словно останавливается, вернее, оно, конечно, идет себе своим чередом, но ты как бы из него выпадаешь, остаешься стоять с раззявленным ртом, и больше всего тебе хочется проснуться дома в уютной постели и лучше не одному и гораздо
Желая предупредить напарника, Неволин стал оборачиваться, но не получилось. Во-первых, в той каюте, где остался майор, и так грянул выстрел. Во- вторых, следователя смел с места внезапный, но очень сильный удар. Он так и не понял, чем его двинули. Стулом? Табуретом с железным седалищем. Меньше всего это походило на кулак.
Потеряв равновесие, следователь полетел вглубь комнаты, сбил пару покойников, вымазался в крови и потерял пистолет.
Когда спецмоновцы делили меж собой гаишников, гасить следователя вызвался Леший.
Студень, тот, что насиловал на "Фарте" Марину, сразу заперся в кубрике с захваченной проституткой, сказал, что будет использовать ее как заложника, чтобы захватить майора живым, но все поняли, что все это отмазки. Во-первых, на хрена сдался этот майор живой. Счастливчик (Сафа бы очень сильно удивился, что они называют негласного командира спецмона одинаково) сказал, гасить обоих. Во- вторых, Студень был маньяк, все его существование было посвящено поиску отверстия.
Пока Леший с Хряком долбили картежников, Студень долбил курву. Потом Леший остался в казино, я Хряк занял позиция в конце палубы, откуда хорошо просматривался весь коридор. Он должен был добить гаишников, если бы те смогли вырваться из кают, что впрочем, было маловероятно.
Леший любил помучить, и выбрал себе тощего гаишника. Первый раз двинув Неволина, он даже дал ему подняться, для смеха. Тот уставился на громадного спецмоновца как на привидение.
– Я следователь ГАИ! – выкрикнул Неволин.
– Очень рад. Если хорошо сделаешь минет, я тебя может и отпущу.
– Ах ты козел! – Неволин запустил в него подхваченным со стола бокалом.
Леший даже не стал уворачиваться, разбив летящий бокал в воздухе кулаком.
– Ловко, когда выйдешь из тюрьмы, в цирке сможешь поработать! – предложил Неволин.
– Шутим, значит, – констатировал Леший. – Ну, теперь я начну шутить.
Он подступил к Неволину, тот на удачу ударил его, целя кулаком в область лица.
Спецмоновец был здоров как вепрь и мордаст, и Неволин находил свои потуги смехотворными, но ему ничего не оставалось. Детина снова не стал уклоняться, он играл с щуплым следователем как кот с мышью, и, выждав момент удара, поймал кулак, после чего сжал так, что Неволин света белого невзвидел и невольно застонал.
– Чего же ты не шутишь? – издевательски спросил Леший, глядя гаишнику в глаза.
– На! – Неволин полоснул его по лицу подхваченной опять-таки со стола новенькой картой, полезные оказались эти азартные игры.
Глаза Леший спас. Все-таки в спецмоне
Леший отер лицо рукой и, увидев на ней немного крови, осерчал по настоящему. Он наотмашь врезал тощему, и гаишник полетел через стол, сшибая трупы. То, что он сразу свалился, его и спасло. Ведь если бы часть энергии могучего удара не перешла в чисто кинетическое перемещение, то он бы не выжил. Но потрясло его знатно. Когда Неволин поднялся, его шатало.
Спасение просматривалось только в бегстве, и он опрометью кинулся в дверь. До двери ему добраться удалось, но стоило лишь высунуться в коридор, как доселе скучавший Хряк тотчас ожил и пустил длинную очередь. Пули веером накрыли коридор.
Хряк захохотал. Неволин шарахнулся назад, почти столкнувшись с подступавшим Лешим. Подхватив освободившийся от безголового стул, Неволин насадил его сверху на бандита. Тот только плечами повел, и стул разошелся по ободам.
Обозлившийся Леший ударил по новой, и Неволин вновь оказался на полу. Это походило на драку школьного очкарика с дворовым авторитетом, точнее, на избиение.
Перед глазами Неволина вовсю двоилось и троилось, а беспощадный враг с шумом надвигался, чтобы продолжить экзекуцию. Следователь понял, что еще пара таких ударов, и он даже если и останется жив, то только инвалидом 1 группы. Надо же, первая серьезная драка в жизни и так нарваться.
Скрываясь от рассвирепевшего борова, Неволин на карачках заполз под карточный стол. Что-то я много ползаю в последнее время, недоумевал он. Леший не стал ловить его, хватать его за ноги, поступил мудрее. Залез на стол и стал прыгать словно бешеный, грозя обрушить его на замученного гаишника.
Опять-таки судьба благоволила к Неволину. Это был не настоящий карточный стол, а настоящий бильярдный, спертый по случаю. Он не рухнул сразу, а какое-то время еще держался, хоть и опасно покосился.
На Неволина посыпались щепки, и он воочию увидел, как полезли из осей удерживающие шплинты. Гаишник понял, что следующим прыжком Леший его попросту раздавит, и стал протискивать тело в ставшее невозможно узким пространство.
И увидел пистолет. Пистолет был приклеен скотчем под поверхностью стола в лучшим традициях бандитских боевиков. Видно кто-то из картежников был круче яиц и решил таким образом обезопасить себя от проигрыша.
Два события слились в одно. Последним рывком Неволин преодолел расстояние до пистолета, и в тот же миг Леший подпрыгнул еще раз и обрушил пудовый стол на пол.
Сопя от тяжелой работы, он еще помесил стол сверху, додавливая тощего.
– Я хочу увидеть твои кишки! – загоготал он.
Неволину было по-настоящему хреново. Единственной причиной, по которой он не умер сразу, оказались остатки ножек, которые не давали его окончательно расплющить. Стол елозил по нему, придавливая лишь временами, в такие моменты Неволин чувствовал его настоящий вес и ужом уползал на свободное пространство.