Собачий оскал
Шрифт:
Мы встретились с Аслановым ближе к вечеру на объекте номер семь, представлявшем собой заброшенную стройплощадку на юго-западе Н-ска. Прошлым летом здесь начали возводить многоквартирный дом улучшенной планировки, но продолжалось это лишь до тех пор, пока не удалось продать все потенциальные квартиры. Тогда застройщики немедленно скрылись с деньгами, бросив на произвол судьбы серый остов первого этажа, ржавый кран, штабель бракованного кирпича и два десятка гастарбайтеров. Произошло это в последних числах августа. С той поры обманутые инвесторы собирались на пикеты у здания районной администрации. Мошенников спустя рукава искала милиция, а мы с шефом использовали стройплощадку
Я приехал первым (на сей раз без водителя) и поставил «Волгу» рядом с трухлявой полуразвалившейся бытовкой. Минут через десять появился Ваха, но не на джипе, как обычно, а на невзрачной «пожилой» «шестерке» (вероятно, ради конспирации) и остановился в трех метрах от меня.
— Заходи, дорогой, — распахнул я переднюю дверцу.
Асланов плюхнулся рядом со мной, поспешно захлопнул дверцу и, не удержавшись, лязгнул зубами. Прихваченное морозом лицо горца посерело, глаза слезились, из носа текло. В отличие от некоторых своих соплеменников Ваха так и не привык к русским зимам, заметно отличающимся от туманного чеченского демисезонья. (В нынешнем году особенно!)
— Какие проблемы, командир? — сипло спросил он.
— На, полюбуйся. — Я протянул ему трофейную «корочку». — Узнаешь другана?
— Гхе, гм. — Эмир опустил глаза. — Зачем так сказал? Первый раз вижу!
— Да неужели? — сощурился я. — Не знаешь, стало быть. А на физиономии твоей написано прямо противоположное. Он что, из дружественного тейпа?
Агент угрюмо кивнул.
— И какого лешего ты мне голову морочишь?! — разозлился я. — Заигрался в войнушку, кровник хренов?! Забыл, на кого работаешь?! Или тебе напомнить, С ЧЕГО заварилась вся эта каша?!! [13]
13
Имеется в виду та самая кровавая междоусобица, о которой упоминалось выше. Она была спровоцирована не без помощи (пускай вынужденной) агента Эмира, и с тех пор он принимает в резне самое активное участие. Но если бы враждующие стороны вдруг узнали об истинной роли Вахи в этой истории, с него бы как минимум содрали кожу заживо. (Причины см. в повестях «Изнанка террора» и «Кровная месть».)
— Не надо, сам знаю. — От чеченца ощутимо полыхнуло ненавистью. Минуты две он молчал, тяжело дыша и судорожно сжимая кулаки. Серое лицо налилось краской. Усы встопорщились.
— Слушай, Ваха, давай колись, — не выдержал я. — Ты извини, может, я погорячился малость, но твой «дружественный» нам много крови попортил и, уверен, попортит еще!
— Что он сделал? — перевел дыхание Асланов.
— Убил Руслана Кадаева, доверенного человека Рамзана.
— Того самого?! — встрепенулся агент.
— Да, того. Руслана зарезали сегодня у него в номере. Убийц было трое. Этому, — я ткнул пальцем в фотографию, — Кадаев свернул шею. Остальные скрылись. Итак, кто он?!
— Аслан Теймуразов, — сдался Эмир, — двоюродный брат Муслима.
— Кого?
— Как, ты не знаешь Муслима Теймуразова, чемпиона Европы по боям без правил?! — в свою очередь, удивился Ваха.
— Да
— Ну-ка опиши Муслима! — потребовал я. — Да поподробнее!
Минут через пять подгоняемый наводящими вопросами агент дал достаточно полное описание внешности чемпиона. Сомнений не оставалось, именно Муслим Теймуразов был сегодня в «Вавилоне», и именно он, зараза, выбил у меня «ствол», здорово отшиб мне ребра и сумел благополучно выскользнуть из моих «объятий». Теперь понятно, почему. [14] Мотивы убийства также прояснились. Не иначе кровная месть! Наши веселые нохчи страсть любят подобное времяпрепровождение. И, если бы не плодились, как кролики, давно бы самоуничтожились как нация.
14
Майор Корсаков — боец экстра-класса, и до сих пор ему не доводилось встречать хотя бы относительно равного себе противника.
В последующие десять минут я озадачил Ваху на предмет выяснения точного местонахождения чемпиона. (В «базе»-то он наверняка есть, но агентурные сведения надежнее.) Поручил собрать побольше информации о взаимоотношениях тейпов Кадаевых и Теймуразовых. Договорился встретиться с ним после полуночи в конспиративной квартире на Смоленской улице. Пожал Эмиру руку на прощание и, весело насвистывая, погнал машину обратно в «Вавилон». Часы показывали половину шестого…
Глава 5
На первом этаже гостиницы меня встретил майор Сибирцев. Костя выглядел усталым и подавленным. Сильные плечи сутулились, в уголках рта залегли морщинки.
— «Беглый» труп обнаружен. А главным сообщником убийц оказался господин Кадкин, — глухо сообщил он.
— Так чего же ты киснешь?
— Кадкин мертв вместе с подельником.
— Что-о-о-о??!
— Пойдем присядем, потолкуем…
Уединившись со мной в караульном помещении, Сибирцев рассказал следующее. Сразу после моего отъезда он выставил по оперативнику на парадный и служебный входы. Оставшихся четверых посадил просматривать записи с камер видеонаблюдения, а сам устроился в кабинете начальника Службы безопасности и начал по одному тягать на собеседование рядовых секьюрити «Вавилона». Авось кто-нибудь из них видел или слышал что-то подозрительное?!
Однако Костины надежды не оправдались. Охранники, за исключением первых двух (уже знакомых читателю), тупо твердили одно и то же: «Стоял (либо сидел) на посту. Все было как обычно. Ничего особенного не заметил…»
Выглядели здешние стражи сонно, лениво, безразлично. Помогать ФСБ явно не стремились, и вытянуть из них что-то более существенное у Кости не получалось. Хотя старался изо всех сил! По прошествии часа Сибирцев потерял терпение, сдвинул брови, стукнул кулаком по столу и рявкнул:
— А подать сюда вашего шефа! Будем вместе вас трясти! Ты и ты, живо за ним!
Два охранника бегом помчались разыскивать Кадкина, а Сибирцев забросил ногу на ногу, прикурил сигарету и начал с нетерпением ожидать их возвращения. Костин расчет строился на том, что в присутствии непосредственного начальника секьюрити, наконец, протрут мозги и станут усерднее сотрудничать со следствием. Гонцы вернулись минут через пятнадцать. Оба бледные, потные, с очумелыми взглядами.
— Владимир… Васильевич… застрелился! — с трудом выдавили они.