Со.Зависимость
Шрифт:
Я спустился к выходу, вышел на крыльцо, чтобы покурить. Выпросил у какой – то еле живой курящей бабки зажигалку, она небрежно протянула мне свой почти дотлевший до фильтра окурок, чтобы я прикурил от него. Ой, как же было страшно держать эту обсосанную сигарету в своих пальцах. Я сразу напридумывал себе, что эта бабка – переносчик всех самых страшных болезней, которые только известны человечеству, тем не менее, желание курить взяло верх над брезгливостью. Что только не делает с человеком сила зависимости, можно закрыть глаза на устрашающие обстоятельства. Сигареты я курил уже лет десять, и отказываться от них мне совсем не хотелось. Даже в самые сильные дожди и снегопады я выходил
Какой же всё – таки это кайф. С первой же тяжки меня немного ошарашило. Сигареты, которые дал мне врач, были дешёвыми и невкусными. Ещё бы, какие ещё сигареты этот нищий старик мог себе позволить со своей маленькой зарплатой. Я же привык потреблять более качественное курево, хоть и с деньгами, чаще всего, я был не в ладах. Тем не менее, я лучше пренебрегу количеством, нежели чем качеством.
Высохшая бабка докурила, взяла старый грязный медицинский халат, который висел на периле, нехотя накинула на себя, и поплелась ко входу в больницу. Я даже не мог представить себе, что она тут работает врачом, а не доживает свою долгую и мучительную жизнь. Хотя, может, это одно и тоже. На крыльце остался я и какой – то парень с перемотанной головой и загипсованной правой рукой. Очевидно, вчерашний вечер у него тоже не задался. Идти в свою палату я не хотел, поэтому решил завести разговор с перебинтованным бедолагой.
– Друг, есть зажигалка? – Спросил я, чтобы прикурить свою вторую сигарету.
– Да, держи. – Парень засунул свою оставшуюся рабочую руку в карман спортивных штанов, достал зажигалку и протянул мне.
– Спасибо. – Я стиснул сигарету между губами и поджёг её. Сделав первый затяг, меня уже не так прибило. – Веселый вечер задался? – Кивнув в сторону его переломанной руки спросил я.
– Видать, немного веселее, чем у тебя. – Усмехнувшись, ответил парень, намекая на то, что, прошлым вечером, мы оказались с ним в одинаковой ситуации, и ему досталось больше.
– Это точно. – Я протянул ему его зажигалку. – Что произошло?
– Да так, залетели вечером с друзьями в один бар, хорошенько выпили. Парни отошли ненадолго, а я остался за баркой один. Тут то я и попался. Двое бритоголовых меня начали толкать. Я, долго не думая, по голове одному дал, но, видимо об его голову руку то и сломал. Дальше не помню.
– А друзья твои где были? – Спросил я.
– Да пошли они нахер. Обоссались наверно, когда увидели, что меня пинают, и свалили. – В гневном тоне ответил парень.
– Так себе ситуация, конечно. – В сочувствовавшем тоне ответил я.
– С тобой что? – Спросил парень.
– Примерно такая же история, только я один пошёл в бар пиво попить, ну и скинхед был один. Вот он то мой бокал с пивом об голову мою и разбил.
– Опрометчиво это ты, конечно, поступил. Кто же по одному ходит? – Удивившись, спросил парень.
– Ты, вот, с друзьями пошёл, а досталось тебе больше, чем мне. – Усмехнувшись, ответил я.
– Тоже верно! – Обратив внимание на мою правоту, рассмеялся парень. – Олег. – Представился парень, и, с улыбкой на лице, протянул мне свою левую руку.
– Гарик. Ну, то есть, Игорь. – Я пожал ему руку.
Мы простояли еще около сорока минут в полном молчании, периодически пересекаясь сочувствовавшим взглядом, но оба не проронили ни слова. Говорить уже было нечего. Мне показалось, что мы поняли друг друга настолько сильно, что разговоры были уже не нужны. Да, таких как мы, спортивные ребята часто использовали в качестве объекта, на котором можно выплеснуть свой накопившийся тестостерон. Сначала,
Курить было нечего. За два часа, которые я простоял на крыльце больницы, так никто и не спустился, и стрельнуть сигарету было не у кого. Ничего не оставалось, как только подняться на второй этаж, где находилась палата, в которую меня определили, лечь в койку и ждать завтрашнего дня, когда меня, скорее всего, отпустят домой. Сон пришёл не сразу. Я провалялся час в неудобном положении, потому что матрац был очень жесткий. И всё же мне удалось провалиться в стадию глубокого сна, где мне приснилась какая – то большая синяя птица в клетке, которая клевала что – то большое и красное, похожее на кусок сырого мяса. Клетка была ей явно не по размеру, и доклевав свой обед, она начала клевать маленький замок, желая выбраться из оков. И вот клетка пустая, птице удалось выбраться. Что было с ней дальше, я не увидел. А клетка осталась на месте, со сломанной дверкой и разбросанными сырыми объедками. Бред какой – то.
Глава 2.
Проснулся я в отличном самочувствии. Как минимум, мне хотелось так думать. Возможно, я ещё не совсем пришёл в норму, а может, совсем не пришёл и даже состояние головы только ухудшилось, но желание не оставаться в больнице преобладало гораздо сильнее, чем забота о здоровье. В моей свободе не было места для переживаний о физическом благосостоянии. И сейчас моё освобождение зависело только от одной подписи врача в моей амбулаторной карте, а поставит он её только тогда, когда убедиться в том, что я проживу ещё хотя бы пару дней, когда он выпустит меня за пределы его ответственности, поэтому надо было его убедить в том, что со мной всё хорошо.
Никогда не понимал, почему медсёстры заставляют пациентов, у которых нет никаких процедур с утра, всё равно вставать с кровати очень рано. Типа в качестве солидарности к пациентам, которые посещают процедурку? Это странно. Сегодняшний день не был исключением. Дверь в палату открылась, и медсестра растянуто выкрикнула слово «Встаёёём». Со мной в палате лежали ещё два деда, которые, как послушные малые дети, по команде быстро вскочили с постели и начали елозить в своих шкафчиках в поиске зубной пасты и щётки. Забавные молчаливые дедушки. Лишь один из них болтал сегодняшней ночью, и то во сне. Весьма жутко выглядит, честно сказать. Интересно, если он живёт не один, как его родственники относятся к его ночным ликбезам с самим собой?
Мои старые соседи по палате умылись, почистили свои оставшиеся зубы, накинули тапки на ноги, и поплелись на утренние процедуры. Чем и от чего их лечили, я не вдавался в подробности. Скорее всего, если начать копаться в их болезнях, можно надолго погрязнуть с головой. А, так как я не их лечащий врач, делать я этого не стал. Да и врачи, наверняка, тоже не с большим энтузиазмом лечили их. Так, только для галочки. Более – менее деды на ноги встанут, так их сразу из больницы выпрут, пусть дома помирают.