Сны о свободе
Шрифт:
С другой стороны… во всем мире у Андромеды не осталось людей, на которых она могла бы положиться. Граф – последняя ее надежда. Другой возможности бежать может и не представиться. Поэтому лучше рискнуть всем сейчас, чем ругать себя за трусость всю оставшуюся жизнь.
Андромеда бросила прощальный взгляд на свои покои, которые долгое время служила ей убежищем и в то же время оставались тюрьмой. Набравшись смелости, княгиня толкнула дверь.
Служанок за ней не оказалось.
Княгиня переступила порог и оказалась в гардеробе. Она обернулась по сторонам, чтобы убедиться, что за ней никто не следит. Действительно,
Пламя в светильниках продолжало гореть: значит, сон настиг женщину так внезапно, что она не успела ничего заподозрить. В противном случае служанка потушила бы огонь, тем самым сообщив дозорным с часовой башни, что с княгиней случилась беда и нужна помощь.
Андромеда вышла из гардероба, миновала рабочий кабинет и гостиную, после чего очутилась в Княжеской Трапезной. Подобно служанке, гвардейцы тоже мирно дремали, неуклюже раскинувшись на алом ковре. Однако кроме них в зале никого не оказалось. Где же граф?
Из трапезной вели четыре выхода, у которых величественно выстроились флагштоки с алыми гербовыми флагами. Одни двери вели в анфиладу Андромеды, вторые – в Пикетный Зал…
Андромеда подошла ко входу в Пикетный Зал и слегка надавила на дверь. Та не поддалась. Андромеда надавила сильнее, но результат остался прежним. Дверь была заперта.
Очень странно. Обычно дверь в Пикетный Зал никогда не запирают – иначе князю и княгине не выйти из западного крыла дворца.
Княгиня подбежала к другой двери, которая вела на кухню. Но предчувствие подсказывало ей, что и эта дверь не откроется. Так и оказалось.
Осталась последняя дверь… которая вела в анфиладу личных комнат князя Мэруина. Андромеда была уверена, что граф не усыпил князя, – сделать это было невозможно из-за мер безопасности, а любое покушение привело бы к жестокой казни всех подозреваемых. Если Мэруин и спит сейчас, то по собственной воле.
«…Если меня там не окажется, отправляйтесь в кабинет князя Мэруина», – вспомнились ей слова графа.
Очень странные указания. Зачем идти в анфиладу человека, от которого хочешь сбежать? Андромеда решительно не понимала стратегии графа Шнайдера. Однако… если она решила положиться на его помощь, то следовало неукоснительно соблюдать его указания.
Андромеда сделала несколько неуверенных шагов в сторону спальни Мэруина. Княгиня прекрасно понимала, что любая ее ошибка грозит необратимыми последствиями. Если она случайно разбудит князя, операция провалится. Над ней усилят контроль, а графа вычислят и арестуют.
Княгиня наклонилась к караульному, чтобы забрать у него из рук копье. Андромеда сомневалась в том, что могла бы отважиться угрожать князю копьем, но все же она не хотела заходить в покои супруга без оружия.
Но… что такое? Пальцы стражника слишком крепко вцепились в древко копья. Не похоже на спящего человека. Андромеда прикоснулась к пальцам мужчины, чтобы расцепить их… и тут же отдернула руку. Пальцы оказались холодными. Взгляд Андромеды невольно сместился на лицо гвардейца… и тут Андромеду бросило в жар.
Губы и подбородок мужчины были обагрены запекшейся кровью.
Значит, графу было легче отравить дозорных, чем усыпить их.
Андромеда и Мэруин остались единственными живыми людьми в западном крыле
Отвратительно. Неужели все эти люди отдали жизни только ради того, чтобы Андромеда могла бежать? Их жены остались без защитников, дети – без кормильцев. И все ради мечты одной женщины…
«Князь Мэруин будет искать вас всюду. Он станет пытать и убивать. Не одна сотня голов упадет с плеч, не одна тысяча судеб окажется покалеченной»… Да, граф предупреждал, что ее бегство обернется страданиями для народа. Но Андромеда стала бы виновна в них лишь косвенно: ведь это не она, а Мэруин будет мучить подданных. Эта логика успокаивала Андромеду и не вызывала угрызений совести.
Другое дело – эти стражники. Их смерть – прямое следствие желания Андромеды сбежать из дворца. Княгиня ощутила тяжелое, сдавливающее грудь чувство вины и раскаяния. Теперь понятно, зачем граф запер двери. Чтобы дать ей время увидеть, что она натворила.
Справившись с эмоциями, Андромеда все-таки взяла копье и направилась к покоям Мэруина. Дверь, как и следовало ожидать, оказалась не запертой. Андромеда бесшумно преодолела темную анфиладу комнат, примыкавшую к спальне супруга, и остановилась в гостиной.
Княгиня на несколько мгновений замерла, чтобы глаза привыкли к сумраку. Как редко она бывала в этой части замка! Интерьер помещения с трудом узнавался в темноте, и Андромеда даже не могла разглядеть…
В темноте!
В комнате, примыкающей к рабочему кабинету Мэруина, светильники были потушены! Это значит, что стража перед смертью смогла предупредить дозорных об опасности.
Как только Андромеда это поняла, из Княжеской Трапезной донесся грохот: кто-то ломился в запертые двери. Удар повторился несколько раз, после чего западное крыло дворца заполнили шум тяжелых шагов и бряцанье доспехов. В Княжескую Трапезную ворвалась по меньшей мере дюжина солдат.
Андромеда быстро собралась с мыслями и спрятала копье за шторами. Постаравшись придать лицу непринужденность, княгиня поспешила прочь от кабинета Мэруина. Но не успела она покинуть и первую комнату анфилады, как на ее пути возник отряд гвардейцев.
В свете факелов караульные узнали княгиню Андромеду. Легкое недоумение на их лицах сменилось выражением крайнего удивления, когда солдаты поняли, что Андромеда находилась в комнате одна наедине с мертвыми стражниками.
В свою очередь, Андромеда уже придумала оправдание. В полночь она якобы услышала подозрительный шум в спальне государя и решила проверить, не случилась ли беда. К ее изумлению, все стражники западного крыла оказались убиты. Одержимая плохими предчувствиями, она направилась прямо в покои супруга, чтобы выяснить, что происходит.
– Ваше Величество? – один из караульных осмелился подать голос.
Андромеда постаралась придать лицу удивленное выражение.
– Ваше благородие?.. – невинно спросила она. – Что здесь происходит?
Позади Андромеды скрипнула дверь кабинета. Княгиня обернулась и увидела на пороге Мэруина в сопровождении гвардейцев из личной охраны. Очевидно, шум разбудил князя.
– Я тоже хочу это знать, – властно сказал он.
Сердце Андромеды пропустило удар.
Все пропало.
Ее окружил караул. Графа Шнайдера, вероятно, уже арестовали. Какую бы красивую сказку Андромеда ни сочинила в оправдание, граф и его люди могут в любой момент признаться в содеянном.