Сны Эстер
Шрифт:
В столицу можешь не спешить. Но вернись на пару дней домой, забери Дейва — иначе он тебе никогда побег не простит. Как и Тереза. И поговори с Терезой, она очень переживает. До сих пор. И постарайся не нервировать её жениха: он очень эмоциональный и ревнивый человек. А Дэйву как раз будет лучше в столице: он боится Лейтона, а его вполне могут к нему отправить — Дэйв тоже маг. Его ещё не поздно определить в Академию, но пускай решит сам, не заставляй его. Да ты и сам это знаешь…
Удачи.
Твой друг. Надеюсь, хороший
— Ну, что там? — лениво спросил Тильд.
— Утром пойму, слишком странно… — ответил Теарон, откладывая листок обратно на стол.
Несмотря на явную попытку того, кто написал это письмо, его успокоить, паника уже пробиралась вверх по позвоночнику. Само содержание уже наводило на странные мысли, но кроме него было ещё кое-что — имя. Он не слышал его ни от кого уже восемь лет. Ошибка? Но адрес, и детали, и…
— Там с другой стороны что-то нарисовано, — заметил фамильяр.
Пришлось снова присмотреться к письму. И верно: с другой стороны была половина рисунка. Половина, потому что нижняя часть, где должны были быть лапы, хвост и нижняя часть морды зверя, была оторвана. И надпись сбоку, на языке Террай: Талаад.
— Это не Вельды рисунок случаем? — попытался вспомнить маг.
— Не помню. Может, и её. Вообще похоже, — ответил звероящер, переворачиваясь на спинку на крышке шкафа.
— Надо будет зайти к ней на днях… — решил наконец Теарон, прежде, чем погасить лампу.
***
Каспар лениво поковырял ногтем пятно на листе бумаги. Бурое пятнышко немного раскрошилось, пришлось смахивать крошки со стола. Рэйг продолжал пялиться в окно на пробегающие мимо холмистые поля, далёкий лес и исчезающую вдали полоску гор. Каспар было тоже замер, глядя на неровный горизонт, но быстро опомнился, снова разглядывая рисунок и вчитываясь в написанные поверх него нервные слова: Я жду тебя в Тарслиле, где восемь лет назад появлялась Ашаке. Приходи один.
— Напомни мне, почему мы туда едем? — кисло спросил у фамильяра маг: после корабля его и в коляске немного укачивало и вот уже почти неделю пути, он чувствовал себя неважно.
— Потому что Ашаке сказала нам туда поехать, — отозвался Рэйг, всё ещё глядя, как заколдованный, за стекло.
— А почему мы её слушаем?
— Потому что нам нужно выполнить условия контракта.
— Ты думаешь, там мы сможем это сделать? След ведёт в Фиранию, а это даже не в эту сторону и не в этой стране…
Рэйг перевёл удивлённый взгляд на хозяина. Он ещё не пытался советоваться с ним, и фамильяр не знал, как реагировать. Каспар же испытующе глядел на него, явно ожидая ответа.
— Ашаке, наверное, виднее… — неуверенно предположил Рэйг.
Каспар бессильно откинулся на стенку позади себя.
— Ашаке то, Ашаке сё… Поскорей бы закрыть этот её прошлый призыв и начать ставить свои условия… — прорычал он, сминая листок бумаги в руках.
Рэйг снова перевёл взгляд за окно, на этот раз с другой стороны крытой коляски. Там вдоль дороги текла река, неохотно поворачивая время от времени. По ту сторону по берегу были воткнуты длинные жерди: разметка под будущую железную дорогу. На поезде, наверно,
Коляска остановилась уже ближе к вечеру, почти под ночь. Отдав извозчику вторую половину денег за проезд, Каспар поскорее двинулся к местному вокзалу, ожидая обнаружить там хоть одного человека. Задерживаться совсем не хотелось, а судя по всему, Тарслил представлял собой всего лишь село, в котором жители, повинуясь законам природы, спать ложились вместе с заходом солнца. И если он сейчас не поймает хоть кого-нибудь, кто сможет указать ему нужное место, придётся остаться тут как минимум до рассвета. А у вокзала, ко всему прочему, стоял поезд, на который Каспар намеривался успеть. Расписание движения он встретил ещё до зала ожидания и понял, что если управится до полуночи, то уже в первом часу ночи поедет в сторону Гринфолла, откуда уже можно будет пересесть на поезд, идущий в направлении Симлара, а оттуда уже в любом удобном направлении. Предвкушая долгую поездку и скорое разрешение проблем, Каспар в уже более приемлемом настроении прошёл в зал ожидания, дождавшись, когда Рэйг снова мышью спрячется в карман.
Среди новых почти не потёртых кресел нашлась только некая парочка. Девушка с длинными светлыми косами стояла, опершись руками на спинку кресла и смеялась над чем-то, скорее всего над историей, которую рассказывал ей сидящий на этом кресле парень лет двадцати семи или тридцати на вид. На соседнем кресле сидела мелкая хищная птица, задумчиво перебирая клювом перья. Присмотревшись, Каспар узнал в ней пустельгу.
— Ребята, извиняюсь, что прерываю вас, но у меня к вам есть парочка вопросов, — насколько мог приветливо, обратился, подойдя, архимаг.
Девушка смолкла, искоса и с подозрением глядя на незнакомца, парень смотрел как-то более нагло и смело. Судя по реакции, пустельга была его фамильяром, потому как птица быстро сменила облик на гадюку и скользнула ему на колени. Каспар невольно ухмыльнулся.
— Чего надо-то? — на удивление, не слишком хамовато спросил незнакомый маг.
— Слышал я, у вас тут как-то объявлялась Ашаке… — сразу перешёл к делу Эман, но парень его перебил:
— Так ты опоздал, друг, это ж когда было-то!
— Да-да-да, знаю, восемь лет назад, — не сдержал раздражения Каспар, но скоро успокоился и вернулся к интересующему его вопросу: — Меня не волнует сама Ашаке, мне надо знать, где её видели.
— Тут, под утёсом на берегу реки, — немного испуганно ответил наконец маг, указывая куда-то за спину. — Там ещё мельница сгоревшая стоит… А вам зачем? Туда здесь никто не ходит.
— Не важно, спасибо, — ответил Каспар. — Развлекайтесь.
Пара мигом от него отключилась, а архимаг заботливо подтёр воспоминания о себе и своих интересах. С парнем, правда, пришлось труднее, но ничего страшного. На самом деле, он бы и сам хотел знать ответ на вопрос, зачем ему это место. Но что некто неизвестный пожелал встретиться именно там его не удивило: никто не ходит — меньше лишних глаз и ушей. А тем временем уже ощутимо потемнело.