Сны Авроры
Шрифт:
– Единственный специалист, который ей нужен – это психиатр. И мне скоро, по всей видимости, этот специалист тоже потребуется, – она подняла глаза на мужа: – Что?
Проследив за его взглядом, она обернулась и увидела Аврору, стоявшую за их спинами. Этот взгляд Аврора помнила до сих пор. В этом взгляде было нечто большее, чем раздражение и неприязнь: в нем была злоба, вызванная страхом. Для чего эта женщина привела ее в свой дом? Ведь Аврора не просила ее об этом. Она предпочла бы до сих пор лежать на той мокрой от дождя дороге. Это было бы намного приятнее, чем стоять теперь в дверях кухни и вызывать
– Вот, пожалуйста, – продолжала женщина, сверкая глазами на мужа, – посмотри на нее, стоит, как привидение, не шелохнется. Она до инфаркта меня доведет!
Мужчина ласково кивнул девочке, и та исчезла, так же тихо, как и появилась, прикрыв за собой дверь.
– Зачем ты так? – произнес он вполголоса, – ей сложно. Только представь, что творится в ее голове. Она потеряна. Она ничего не помнит и пытается восстановить свой мир, основываясь на наших рассказах. Мы должны помочь ей, поддержать ее, вернуть к нормальной жизни, а вместо этого…
– … а вместо этого я все порчу! Это ты хотел сказать? Да, она не нравится мне. Она пугает меня. Она преследует меня в моем собственном доме. Ты видел ее глаза? Такого не бывает у нормальных людей! Это не врожденная патология! У нашей Авроры были карие глаза, разве ты не помнишь? Чудесные карие глаза и каштановые волосы. А у этой волосы черные, как смоль, и глаза, как у ведьмы. Делай, что хочешь, я не желаю больше ее видеть в нашем доме!
Они услышали, как хлопнула входная дверь.
– Вот, пожалуйста, она ушла, – женщина развела руками. – Могла бы хоть что-то сказать. Мы не существуем для нее. Плевать она на нас хотела.
– Остынь. Она травмированный ребенок.
Нервно кусая губы, женщина подошла к окну.
– Посмотри, – сказала она, – снова общается с призраками.
Он подошел к окну вслед за супругой. У дороги, прямо напротив их окна, стояла Аврора. Чуть подняв голову, она как будто смотрела на кого-то стоявшего рядом.
– Подожди, я все улажу. – И мужчина вышел на улицу.
Аврора отлично помнила тот день. Это был именно тот день, когда она впервые увидела его так близко – его, этого нечеловека, это существо, которое никто, кроме нее, не видел. Он давно наблюдал за ней, за этой девочкой, но лишь теперь, впервые, позволил и ей увидеть себя. И она увидела его. Но не узнала.
Аврора всегда избегала шумных вечеринок и сторонилась компаний. Ее не интересовала учеба, хотя и давалась ей довольно легко. Зато она могла часами смотреть на луну или следить за движением листа, упавшего на водную гладь и гонимого легким ветром. Как завороженная, запрокинув голову, она часами любовалась снежинками, кружившимися в свете фонарей, подолгу рассматривала золотистые пылинки, мерцавшие в солнечных лучах. Она с упоением слушала голоса птиц и шум ветра. Она хотела вырваться из этого тела, которое не давало ей дышать. Она хотела стать светом, слиться с ним и обрести новое тело, более невесомое, более чувствительное к звукам и прикосновениям природы.
Город душил ее. Она рвалась за его пределы, в тишину, наполненную дыханием ветра и звучанием звезд. Она стремилась в горы – подальше от суеты, подальше от бессмысленного
– Ты здесь? – тихо спросила она, не поднимая головы.
Ответа не последовало. Аврора поднесла бокал к губам и сделала небольшой глоток, потом снова поставила бокал на стол, не осмеливаясь поднять глаза и посмотреть в темноту напротив. Она прислушалась к тишине. Ничего.
– Если ты здесь, дай мне знать, – чуть слышно произнесла она. Тишина. Она подняла глаза. Темная комната, едва освещенная дрожащим огнем свечей. Ее глаза успели привыкнуть к темноте, и она уже без труда видела противоположную часть комнаты. Аврора внимательно изучила взглядом каждый предмет, погруженный в полумрак. Еще какое-то время она неподвижно сидела за столом, затем резко поднялась, задула свечи.
– Что за бред? Что я делаю?
И она, схватив брошенную на пол сумку, вышла из квартиры, громко хлопнув за собой дверью.
Деталь пятнадцатая
«У Кетара была вера. У Пратта была идея. У меня была ты. Когда-то очень давно. И я потерял тебя. Правы были эльфы, любовь делает нас слабыми».
Он медленно шел по ночной аллее, сбивая носы своих ботинок о неровные камни, которыми была вымощена дорожка. Он свернул с главной аллеи и направился вглубь парка, к небольшому пруду. Ночь была темная, беззвездная. Бледная луна нечетким силуэтом время от времени мелькала между размазанными по небу облаками. Он остановился у кромки воды и посмотрел на темную поверхность пруда. Легкий ветерок рисовал прохладную рябь на воде. Он поднял глаза к небу. «Какая далекая, какая высокая луна. Луна давала ей жизнь, давала ей силы. Здесь же луна не способна даже осветить землю».
Он побрел дальше, все углубляясь во тьму и тишину парка. Начиналась гроза. Где-то вдалеке небо освещалось вспышками молнии, над головой трещали запоздалые раскаты грома. На его лицо упала первая крупная капля дождя. Затем еще одна упала на его плечо, за ней еще одна, и еще, и вдруг дождь обрушился на землю плотной шумной стеной, и он медленно растворился в этом ливне.
Деталь шестнадцатая
– Последнее время я практически перестала спать. В лучшем случае засыпаю только к утру, когда уже светает. Бессонные ночи изматывают меня. Всю ночь я сижу, обняв руками колени, и безотрывно слежу за затаившимися в моей спальне тенями.
– Я назначу Вам снотворное.
– Не нужно. Я не принимаю никакие препараты. Чай с пустырником и мятой – вот все, что мне нужно.
– Но ведь Вы не можете заснуть. Легкое успокоительное?
– Нет.
– Вам необходим полноценный сон.
– Мне необходимо знать, что он от меня хочет. Вот все, что мне необходимо.
Адель устало вздохнула.
– Так значит, Ваш… незнакомец… этот человек… он продолжает досаждать Вам?
– Человек? – Аврора подняла правую бровь. – Мне казалось, я достаточно рассказала Вам, чтобы стало ясно – он не человек.