Сновидец
Шрифт:
Он взглянул на Айната, но лицо пленника не отражало никаких чувств.
……………………………………………………………………………………….
Выбравшись на солнце, Вайми решил всласть налюбоваться находкой. В подземелье, при свете огня, диск блестел в основном красным и желтым, теперь же он переливался всеми цветами радуги, невозможно яркими, ослепительными. Никто из них не видел таких чистых цветов. В центре диска зияло отверстие, как решил Вайми, для шнурка на шее. Глаза пленника тоже алчно блестели. У найров эта вещь не считалась бы драгоценной — но всё равно, стоила бы немало, и металл её основы
Найте не знал, что такое "деньги", но что за такое чудо могут дать очень много, понимал. Вайми смотрел на диск, как завороженный, и опомнился лишь, когда Лина больно дёрнула его за ухо.
Лес на склоне горы был реже и светлее, чем внизу. Идти по нему было бы легко — но дорога вела вверх, причём, довольно круто. Пленник скоро устал — но не останавливался, не просил передохнуть, просто шёл вместе со всеми — шатаясь и сжав зубы. "Старается понравиться новым друзьям? — подумал Найте. — Или боится показать слабость перед врагами? А может, всё вместе?"
Лес отступил неожиданно, оттеснённый серыми языками каменной осыпи. Вершина казалась уже близкой — но к ней пришлось подниматься ещё почти час. Здесь дул сильный, упругий, как вода, ветер, а солнце жгло их голые спины.
Вершина Обзорной горы была плоской — то ли изначально, то ли срезанная чьей-то могучей рукой. Её венчала восьмилучевая звезда крепости — враг с любой её стороны непременно угодил бы под перекрёстный обстрел. Сложенная из исполинских каменных блоков стена была везде разной высоты, но даже в самом низком месте — раз в восемь выше Найте. Даже сейчас она осталась гладкой и взобраться по отменно пригнанным глыбам не смог бы никто. Вместо ворот, правда, зиял полузаваленный пролом, да и парапет на гребне стены давно рассыпался.
Взобравшись на завал, они увидели внутренний двор крепости — шириной больше двухсот шагов. В его центре синело небольшое озеро, полное чистой дождевой воды. Сам двор зарос пышной травой — а из неё поднимались развалины. Дома и башни давно превратились в груды камней.
По наполовину обвалившейся лестнице они поднялись на гребень стены толщиной в два человеческих роста, и побрели по этому подобию неровной каменной дороги, неторопливо осматриваясь и не обращая внимания на ветер, всерьез пытавшийся сбросить их вниз.
Найте заметил нескольких мальчишек — они сидели на краю стены, свесив босые ноги, и смотрели вдаль молча, лишь изредка переговариваясь. Он взглянул вниз, на зелёный двор, потом наружу, где сразу под стеной начинался крутой и голый склон горы.
"Хорошее место, — лениво думал он, отбрасывая от глаз растрёпанные ветром волосы. — Незаметно не подберешься, и силой не очень-то вломишься. Вода здесь есть, только в лес ходить далеко. Но всё же — хорошее место".
Заметив их, мальчишки быстрой стайкой бросились прочь — без взрослых им запрещалось гулять так далеко от дома. Найте остановился на выступающем в пустоту углу стены. Остальные подошли к нему и сели на шершавый, нагретый камень.
Солнце склонялось на запад, но стояло ещё высоко — самое жаркое время дня, но здесь, на высоте, жара совсем не ощущалась. Их окружали мягкие зеленые валы гор, обрезанные
Мальчишкой Найте очень любил встречать здесь закаты… или рассветы, глядя, как ветер волнует траву, а в отступающую темноту на западе садится луна…
На дальнем берегу озера белело смутное пятно — Парнал, столица найров. Вечером и ночами там едва заметно мерцал красноватый свет и юный — совсем юный — Найте смотрел туда, зная, что видит земли, в которые никогда не попадет.
………………………………………………………………………………………
Взглянув на пленника, он заметил в глазах Айната слёзы — может, от ветра, а может… тут юный найр отчетливо всхлипнул.
— Отпустите меня, — вдруг попросил он. — Там мой отец… мать с ума сходит… они меня уже похоронили. Зачем я вам? Вы боитесь, что я о вас расскажу? Но я дам слово чести, что ничего не скажу, ничего! — он был готов разрыдаться. Найте понимал его отчаяние, но зачем рассуждать о невозможном?
— Если вы меня не отпустите, то я… я прыгну вниз! — крикнул Айнат.
Найте взглянул в его глаза.
— Прыгай. Это лёгкий путь.
Секунду они смотрели друг на друга. Теперь в глазах пленника не было слез. Они стали жёсткими.
— Я всё равно не смогу стать одним из вас, — раздельно сказал он. — И я не хочу жить с этими… — его ноздри начали подергиваться, — с этими убийцами.
— Потерпишь, — ответил Найте. Он помолчал и закончил. — А если попытаешься сбежать, я тебя убью.
Найр отвернулся, зло прикусив губу. Найте стало ясно, что добром их прогулка не кончится. И тут заговорил Вайми, — всё это время он сидел в глубокой задумчивости.
— Это мой пленник, Найте, не твой. И я бы его отпустил… с одним условием.
— С каким? Отрезать ему язык?
Вайми упрямо мотнул головой.
— Нет. Если он согласится отвести меня к своему отцу и к его другу Лархо. Он знает нашу древнюю речь. Я тоже должен её знать, я должен знать слово!
— Тобой овладело безумие, — глухо сказал Найте, глядя в сторону. — Как оно овладело твоим другом Анмаем. Помнишь, что он сказал нам на прощание: "Лучше не жить, но непременно знать".
— Нет, — очень спокойно и ровно сказал Вайми. — Я хочу жить. Но я должен знать, кто мы, зачем мы живём. Там, за этой дверью — разгадка. И я первым из Глаз Неба побываю там, — он показал на город. — Если один из них узнал всё о нас, то я узнаю всё о них. Разве не справедливо? Меня там лишат свободы, но наверняка не убьют. Айнат это вынес, а я сильнее его. И, если нам удастся протянуть между нашими народами хотя бы ниточку… теперь ты видишь, сколь многое зависит от одного похода?