Снова любить
Шрифт:
– Лежи спокойно, Бренна, – сказала Сира. – Я послала за Берикосом, но если будешь противиться, ты умрешь и не скажешь ему то, что должна сказать. Сейчас отдыхай.
– Сира! Что я слышу? Бренна вернулась? – Другая женщина, не такая высокая, но повыше Кейлин, присоединилась к ним. Кейлин не помнила, чтобы она когда-либо видела это хорошенькое, миленькое лицо. В нем было что-то знакомое, но что – Кейлин пока не могла понять. Сейчас это лицо исказилось от горя. Голубые глаза наполнились слезами. – Бренна! Это ты! О, я никогда не думала, что увижу
– Маеве, – сказала Бренна тихо, но Кейлин почувствовала любовь в голосе бабушки. – Ты по-прежнему так же глупа, я вижу.
Маеве наклонилась и поцеловала окровавленный лоб женщины:
– А ты по-прежнему так же упряма и горда, сестра моя.
– Сестра? – Кейлин посмотрела на Сиру.
– Маеве – сестра твоей бабушки. Ты не знала об этом, детка? Да, я вижу, не знала.
– Почему бабушка называет ее глупой? – поинтересовалась Кейлин, понимая теперь, что лицо Маеве было копией лица Бренны, только немного моложе.
– Твоя бабушка и Берикос были не очень хорошей парой, – честно призналась Сира. – Они поженились поспешно, потому что страстно желали друг друга. Через некоторое время после этого твоя бабушка родила ребенка. Несколькими годами позже твой дед влюбился в Маеве, а она в него. Бренна была в ужасе. Она боялась, что сестра также будет несчастна. Она умоляла Маеве не выходить замуж за Берикоса, но та отказывалась слушать. Бренна обозвала ее дурочкой и относилась к ней так до сих пор, несмотря на то что брак между Маеве и Берикосом оказался удачным. – Сира повернулась к другой женщине:
– Пойди и приведи Берикоса, Маеве. Он в доме Бриджит.
Корио вернулся с корзиной лекарств, и Сира принялась за дело. Она отрезала у Бренны прядь густых белых волос и покачала головой, увидев размеры раны. Положение оказалось намного серьезнее, чем она предполагала. Волосы Бренны слиплись от крови. Череп пробит, большой осколок торчит из раны. Сира с трудом представляла, как можно обработать такую рану. Очень осторожно она стала промывать рану вином, вздрагивая, когда Бренна стонала. Обильно посыпала сверху одним из своих целебных порошков, затем наложила повязку с чистым сухим мхом. За всю свою жизнь она никогда не чувствовала себя такой беспомощной.
Девушка стояла рядом с ней, ни разу не вскрикнув. Казалось, ее присутствие успокаивало Бренну. Откровенно говоря, Сира думала, что сейчас только покой, время и воля богов могут что-либо изменить к лучшему.
Корио на время вышел из зала и, вернувшись с маленькой чашей в руке, передал ее своей бабушке.
– Я подумал, может быть, тебе это понадобится для Бренны, – сказал он.
Она одобрительно улыбнулась:
– Да, это то, что надо. Ну, Бренна, выпей-ка! Это придаст тебе силы. Помоги ей немного приподняться, Кейлин. Кейлин присела на скамью позади бабушки и осторожно приподняла ее.
– Что она пьет? – спросила Кейлин, заметив, что Бренна жадно потягивает маленькими глотками красноватую жидкость.
– Это бычья кровь, – ответила Сира. – Она очень питательна и поможет
– Сира! – прогремел низкий голос. – Что происходит?
Неужели то, что рассказала Маеве, правда?
Кейлин подняла голову. В зал вошел высокий мужчина с белоснежными волосами и такими же усами. Он был одет в темно-зеленую шерстяную тунику, вышитую золотой ниткой у ворота и на рукавах. На шее у него сверкало золотое ожерелье, отделанное зеленой эмалью. Такого великолепного украшения Кейлин никогда не видела. Широким шагом он направился прямо к скамье, где лежала Бренна, и посмотрел на нее.
– Привет, Берикос, – произнесла Бренна насмешливо.
– Так ты вернулась… – мрачно промолвил Берикос. – Благодаря чему мы удостоены такой чести, Бренна? Я думал, что никогда больше не увижу тебя.
– Я не такая, как ты. Ты стал старым, Берикос, – сказала Бренна. – Моей ноги здесь бы не было, если бы не Кейлин. Я скорее умерла бы в лесу, чем пришла к тебе. Но моя внучка…
Я здесь ради нее, Берикос, а не ради себя.
– У нас нет ничего общего с внучкой, – ответил он.
– Берикос! – Голос Сиры стал резким. – Не упорствуй в своей глупости сейчас, когда случилось такое. Каина мертва. Выражение горя промелькнуло на лице старика и исчезло.
– Как? – спросил он бесстрастным голосом, глубоко пряча боль, чтобы никто не мог ее видеть.
– Прошлой ночью, – начала Бренна, – я пошла с Кейлин на праздник костров, но устала и вернулась домой рано. В атрии я наткнулась на мертвое тело своего зятя Гая Друзаса. Я побежала в спальню Каины. Она лежала неподвижно на постели, истерзанная и избитая до смерти. Я даже не почувствовала удара, обрушившегося на меня. Очнувшись, я увидела тела Гая и двух наших внуков, Тита и Флавия, рядом со мной.
Убийцы ждали Кейлин.
– Квинт Друзас! – закричала Кейлин, побледнев как мел.
– Да, детка, твой внутренний голос не обманул тебя. – Бренна посмотрела на Берикоса и продолжила свой ужасный рассказ.
– А что твой хваленый римский магистрат в Кориниуме? – спросил Берикос язвительно, когда она закончила. – Или больше нет римского правосудия?
– Начальник магистрата в Кориниуме – тесть Квинта Друзаса, – сказала Бренна. – Какие шансы у Кейлин против него?
– Тогда чего ты от меня хочешь, Бренна?
– Я прошу защиты, Берикос, хотя эта просьба уязвляет мое самолюбие. Я прошу защитить Кейлин и меня. Рабы еще не возвратились на виллу, когда все это случилось. Никто не знает, что мы одни уцелели, никто не должен об этом узнать. Кейлин – твоя внучка, и ты не можешь отказать мне. Не знаю, переживу ли я эту ночь. Я ранена, мои легкие обожжены. Я собрала все свои силы, чтобы привести Кейлин сюда, к тебе.
Берикос мрачно молчал.
– Племя защитит вас обеих, – сказала Сира. Муж зло посмотрел на нее, но она невозмутимо добавила: