Сноходец
Шрифт:
Князь говорил сурово, но без злости, скорее констатируя факт. Напряжение от этого не спало: девушка была по-настоящему разъярена. Краем глаза Виктор заметил, что некоторые волки, скорее всего такие же обозленные на князя, коснулись рукоятей оружия.
Стрельцы, эти обученные, закаленные не одним боем воины, вновь пришли в движение. Князь махнул свободной рукой, приказывая остановиться, и они замерли, напряженно держа руки на эфесах своих клинков, продолжая буравить нахальную девчонку взглядом. Виктор сильнее сжал ее ладонь, мысленно умоляя остановиться.
— Горе оставляет отпечаток, девочка, — промолвил князь и перевел
Девушка тяжело дышала, раздувая ноздри, но все-таки неохотно повернулась в сторону сновавших туда-сюда жителей деревни.
— Посмотри внимательно. Они еще не ведают, какие ужасы могут их ожидать. Они смотрят на нас и видят бесстрашных защитников. Матери уповают, что выживут их дети. Старики надеются, что им не придется закапывать молодых и терпеть бесчинства пирующего на костях врага. Дети… — голос Борислава обжигал. — Дети смотрят на тебя прямо сейчас, — Виктор тоже невольно оглянулся и поймал на себе взгляды любопытных блестящих детских глаз. — Кого они видят?
Виктор почувствовал, как девушка крепко сжала его ладонь.
— Они видят в нас героев, что уберегут их от всех бед. Как и все остальные. И сейчас ты хочешь отдаться собственной ярости, начать смуту в тот момент, когда мы должны объединиться перед лицом врага?
Стрельцы заворчали что-то одобрительное, кто-то присвистнул и топнул ногой. Стая напряженно следила за каждым их движением. Драгомир сохранял молчание.
Борислав отпустил подбородок девушки и уронил руку, будто его сковала безмерная усталость. Виктор почувствовал, как по руке забегали «иголочки» — подруга перестала судорожно стискивать его ладонь.
Не сразу, но его слова успокоили ее. Это не уняло боль, однако в этом молчаливом терпении всех страданий появился смысл. Девушка перестала вырываться и молча поклонилась. Виктор тяжело выдохнул. Перед глазами все еще стояло воспоминание о покатившейся по земле детской голове, однако совсем рядом с ними были еще дети — живые, дышащие, испуганно взирающие на князя и его воинов. Их нужно было защитить.
— Мы оплачем наших павших позже, князь, — прохрипел он, и лидер стаи едва заметно кивнул. Волки расслабились. Стрельцы почтительно замерли. Руки у всех были опущены — больше никто не хватался за оружие.
— Вот и славно, — подытожил князь и, обратившись к путникам уточнил. — У кого-нибудь еще остались вопросы?
Члены стаи, включая Виктора, не сговариваясь, молча покачали головой. Удовлетворенный ответом Борислав подозвал к себе одного из стрельцов, пришедших вместе с ним, и представил его:
— Это Родомир, он покажет, где вы можете разместиться на ночлег, а уже на рассвете займется вашей подготовкой. Вверяю вас ему.
Сказав это, Борислав коротко поклонился новым союзникам и отбыл в свои хоромы, а Родомир и остальные приступили к разгрузке телег. Одна из бочек, которую спускали Виктор с Драгомиром, показалась им на удивление тяжелой. А когда ее опустили на землю, изнутри донеслось звонкое “Ай!”. Бочку тут же вскрыли. Внутри обнаружился чумазый и изрядно напуганный Яшка.
Глава 12. Это мой сон
С первыми лучами солнца Жанна начала постепенно выходить из приятных объятий Морфея. Еще недавно скованное сном тело пришло в движение. Попытавшись изменить позу, девушка
“Это точно не Марго. Кто лежит в моей постели?!” — тревожная мысль вызвала череду пугающих образов в ее голове. Поддавшись панике, она с резким криком подскочила на месте.
От внезапного шума лежащий рядом человек подпрыгнул всем телом и с громким стуком упал на пол. Понимание пришло не сразу, но, увидев рядом с собой поднимающегося с пола и потирающего ушибленную спину Виктора, Жанна в мельчайших подробностях вспомнила события предыдущего вечера. Смутившись, она плотно закуталась в одеяло и отползла к стене, неотрывно смотря на мужчину. Тот в свою очередь выпрямился, расправил затекшие за ночь конечности и хотел было выяснить причину столь неожиданного пробуждения. Но, увидев реакцию бывшей коллеги, неуверенно поинтересовался:
— Всё хорошо? Я чем-то тебя напугал?
— Н-нет, — неуверенно прошептала она, еще плотнее укутываясь в свой импровизированный кокон. — Просто…
Продолжение не последовало, но всё было понятно без слов. Виктор неспешно приблизился к девушке, сел рядом с ней, ласково обнял одной рукой и тихо спросил:
— Это из-за того, что вчера было между нами?
Ответ легко читался в испуганных глазах Жанны. Она до сих пор до конца не осознавала, как это могло произойти, как она решилась на такое?
— Понятно, — продолжал он. — Я тебя обидел? Может быть, сделал больно?
В ответ она лишь тихонько покачала головой. Ей нравилось находиться в его объятиях. Наверное, с того самого несчастного дня, когда погибли ее родители, она не чувствовала себя более защищенной. Девушка хотела объяснить ему все, открыться, но боялась, не отпугнет ли его это. Думала, что вчера, дав волю своим желаниям, она уже все испортила. Она не хотела даже думать о том, что его реакция может разбить ей сердце на мельчайшие осколки.
— Не хочешь говорить об этом? Понимаю, — Виктор продолжал нежно гладить ее волосы. — Ну, в таком случае, я пойду готовить нам завтрак, а ты приходи в себя. Буду ждать тебя на кухне.
Мужчина аккуратно поднялся, стараясь не потревожить свою гостью, нежно поцеловал ее в щеку и скрылся в коридоре.
Еще несколько минут Жанна провела в оцепенении. Нет, не похоже, что он злится или разочаровался в ней. Он так добр и нежен. Возможно ли, что произошедшее не было ошибкой? Им, правда, было хорошо вместе. Может быть, это судьба, и он — тот самый?
Придя в себя, девушка встала с кровати, сладко потянулась и подошла к окну. Снаружи было ясно, утреннее солнце только начало озарять верхние этажи зданий своим светом, однако немногочисленные люди уже куда-то спешили по своим делам. По ощущениям было около семи утра, спешить еще некуда.
Отойдя от окна, Жанна начала с любопытством осматривать убранство комнаты. Ей хотелось получше узнать своего внезапного партнера, а что может рассказать о человеке лучше, чем его спальня?
Напротив большого разложенного дивана, чье удобство она уже имела возможность оценить, стоял практичный, совмещенный с небольшим стеллажом, компьютерный стол. Центральное место на нем занимал достаточно большой монитор, окруженный с двух сторон новомодными колонками с подсветкой. Системный блок располагался где-то в районе ног. Девушка не особо разбиралась в технике, так что не смогла по достоинству оценить этот агрегат.