Снежок
Шрифт:
Данные причины мальчик за серьёзные не считал, но решил не спорить: пока его обнимали, невольно сравнил колотящееся сердце девчонки с отбойным молотком. Вот уж с кого точно хватит приключений и волнений!
***
Разговор получился только на следующий день, после того, как мадам Помфри свела бланш с лица Гермионы.
– Итак, тебе есть что мне рассказать, - не стал мучить подругу Поттер, когда они спрятались в аудитории от посторонних глаз.
– Зачем ты наехала на Уизли?
– всё же не удержался он от уточнения. В том, кто бил
– Мы как раз спешили на ужин, когда он сказал, что ты бегаешь за мной, как цыплёнок за наседкой. Вот я ему и врезала сгоряча. Но не дотянулась. А он мне сразу в глаз. Пришлось нырять в ближайший туалет, чтобы что-то с этим сделать. Я уже поняла, что будет фонарь, потому что начало отекать, и собралась вернуться в спальню, как тут открылась дверь и появилось это чудовище.
– Дальше, - не стал сбивать повествование Гарри.
– Я сразу поняла, что это тролль, он был точь-в-точь как в учебниках. Ну и подумала, что примитивные существа реагируют на движение, и замерла, боясь даже вздохнуть. А он меня разглядывал, пока ты в него не влетел.
– Обидно, слушай!
– притворно вздохнул Гарри.
– Про вонючего тролля ты сначала подумала, а из-за меня, не медля ни секунды, врезала… нет-нет, не перебивай. Включи, наконец, свои замечательные мозги и сообрази - чего это ты вдруг обиделась на правду? Ведь я действительно за тобой бегаю, - он левой рукой приобнял шатенку за плечи и притиснул к себе.
– А Рон завидует, что самая лучшая девочка школы не обращает на него никакого внимания из-за мелкого лохматого очкарика. На него - рослого, сильного и страшно умного, потому что он отлично играет в игру мудрецов - шахматы.
– Как ты его по полочкам разложил!
– восхитилась Гермиона.
– Лодырь он.
– Зато не ябеда и не трус, как тот же Малфой. Горяч, не блещет манерами, но парень откровенный. Вон, даже правду-матку тебе в лицо резанул. А что по морде засветил, так это без задней мысли - защитный рефлекс. Про то, что девочек бить не положено он знает чисто теоретически. То есть действует быстрее, чем соображает.
– Всё-всё, - замахала руками Гермиона.
– Хватит анализировать светлый образ этого рыжего недоумка.
– Да, - согласился Гарри.
– Пора переходить к тебе. Что это за агрессивность? Физическое воздействие в ответ на слова! Ты же не парень, а девушка. Должна быть гибкой и избегать эскалации конфликта. Обидеться, мягко упрекнуть - вот какие методы предписаны тебе природой.
– Крышу сносит, - нахмурилась Гермиона.
– Я на год старше тебя, поэтому у меня полным ходом идёт перестройка организма. Я стала нервная и злая.
– В общем, сиськи растут, - перевёл на понятный для себя язык Гарри.
– Медленно, - продолжила начатую мысль девушка.
– Что? Про что ты сейчас сказал?
– Будто не знаешь, что когда девочка вырастает и становится девушкой, у неё появляется грудь. Интересно, а когда мы станем взрослыми и поженимся,
– Я спрошу у мамы, - чуть слышно пролепетала Гермиона и густо покраснела.
– И вообще, я ведь не спрашиваю про то, что у тебя в штанах, вот и ты прекрати эти разговоры.
– Если желаешь - покажу и дам потрогать, - обрадованно заявил Гарри. “А в смущённом виде она на порядок симпотнее.”
– Н-не интересует, - отрезала подруга и попыталась убежать, но была поймана.
– Ну всё, всё, не убегай. Понимаешь, я решил, что не буду ничего от тебя скрывать, а тут вдруг разговор сам перешёл на щекотливую тему. Мне удалось кое-что подсмотреть в комнатах Квирелла, - и Гарри без утайки выложил всё про второе лицо на затылке преподавателя Защиты.
– Интересная картинка складывается, - заключила Гермиона, дослушав до конца.
– В замке к нашему приезду организовали место, куда запрещено ходить. Но мы с тобой каким-то непонятным образом оказались рядом с не особо крепко запертой дверью, за которую нас практически загнал полтергейст на пару с завхозом. И увидели сидящего там на привязи легендарного сторожевого пса - трёхголового цербера. Вот тебе и прямое указание на место, в котором укрыто нечто ужасно ценное, - взгляд девушки был словно направлен в другое пространство, в котором она распутывала сложнейшую вязь.
– Ага, - односложно поддакнул Гарри, боясь спугнуть настроение.
– Это ценное намерен выкрасть преподаватель, всеми силами старающийся казаться слабым и никчёмным. Ты следишь за моей мыслью?
– Ага.
– Но, когда этот профессор гневается, у тебя болит голова, причём начинается эта боль от шрама, оставленного тебе злым колдуном, исчезнувшим, как утверждают, потому, что не сумел тебя прикончить. То есть, ни тела, ни следов его не нашли. Отсюда вопрос: кто поселился в затылке у Квирелла?
– Думаешь, Тот-Кого-Нельзя-Называть?
– Эта гипотеза приходит в голову первой, - пожала плечами Гермиона.
– А при разговоре со своим затылком профессор так же мямлил и заикался, как и на уроках?
– Кажется, нет, - припомнил разведчик.
– Точно, не заикался. Но он лебезил и пресмыкался. То есть не выглядел уверенным в себе.
– Очертим гипотезу, - продолжила разогнавшаяся в мыслительном процессе Гермиона.
– Тот-Кого-Нельзя-Называть проник в школу, чтобы завладеть чем-то, доставленным сюда незадолго до твоего приезда.
– Маленький свёрток, взятый Хагридом из банковского хранилища!
– вспомнил Гарри.
– Он ещё втолковывал мне про то, что дело это секретное, а Хогвартс - самое защищённое место в мире. Или безопасное. Хотя, - он невольно огляделся, - лично я по этому “безопасному” месту ходил бы только с огнестрелом.
– Ага!
– обрадовалась Гермиона факту, подтверждающему её догадку.
– То есть к этому секрету явно пытаются подвести именно тебя. Интригуют, попросту говоря. И по чьему указанию действовал лесник?