Снежная Дева
Шрифт:
— Заделала, а теперь как выжатый лимон… Звезда погибшего мира светит прежде всего тем, кто когда-то был его частью.
— По-моему, ты просто устала.
— Лично меня нисколько не удивила подлость этих ютов, — заявила Хенна. — Давно ли они помогли герцогине похитить Илану?
— Мы знали, что часть ютов перешла на сторону колдунов, — сказала Илана, — но я не думала, что это большая их часть. Я даже не подозревала, что есть юты, которые так ненавидят снежных магов.
— И всё же эта Йесси тебе помогла, — задумчиво произнёс Эдан. — Неужели только потому, что ты спасла её дальнего родственника, с которым она и познакомилась-то недавно?
— У этих
— Думаю, ты преувеличиваешь, — мягко возразил Мартин. — Юты — немногочисленная раса…
— Ты уверен? А если даже и немногочисленная, то это положение может измениться в очень скором будущем. А вот что ждёт в ближайшем будущем нас… Я даже думать об этом боюсь.
Илана тоже боялась об этом думать. Переговоры провалились, она и её друзья еле вырвались из ловушки. Их, как говорится, обложили со всех сторон, а самое ужасное — это то, что под ударом оказались люди, давшие им пристанище.
«Может, уйти отсюда? — размышляла девочка. — Неужели нам только это и остаётся — бежать в какой-нибудь захолустный мир и скрываться всю оставшуюся жизнь? Но как теперь бежать, бросив этих людей? Они совершенно беззащитны перед шайкой подонков, у которых есть ледяные корабли и снаряды, способные пробить даже магический купол. Не знаю, смогу ли я их защитить, но без меня им будет ещё хуже… А может, наоборот, лучше? Герцогине нужна только я. Она и её шайка считают, что с Изабеллой и Гаем они уже разделались, раз и навсегда изгнав их из Германара… Может, узнав, что меня здесь нет, эти мерзавцы оставят всех остальных в покое?»
— Илана, тебе необходимо отдохнуть, — голос Изабеллы доносился издалека, словно бы из другой комнаты. — У тебя уже голова на шее не держится.
— Да, — согласилась Илана, вставая. — От такой меня толку мало. Пойду посплю. Если что, будите…
— Может, пойдёшь вниз? — спросила Хенна. — Там есть вполне удобные, уютные комнаты.
— Нет, спасибо. Я, конечно, никому не советую расслабляться, пусть дозорные по-прежнему следят за небом, а дети сидят в подвалах, но я не думаю, что посёлок сейчас будут бомбить. Герцогиня знает, что я здесь, а я нужна ей живая. Во всяком случае, тело ей нужно живое. Это разум мой она предпочла бы убить.
— Но тебя могут попытаться похитить, — забеспокоилась Лилиана. — Если эти чёртовы оборотни способны превращаться в кого угодно, кто-нибудь из них может проникнуть в посёлок и даже в дом в обличье какой-нибудь мелкой твари. Интересно, а в насекомых они превращаться могут?
— Кажется, нет. Чем мельче тварь, тем трудней в неё превращаться и трудней сохранять этот облик. Не волнуйтесь. Кто бы ко мне ни проник, я же с ним не пойду.
— Да, но тебя могут убить, — нахмурился Мартин. — Герцогине ты нужна живая, но у тебя и кроме этой старой развратницы врагов хватает.
— Думаю, заправляет всем она, так что смерть мне не грозит.
— Я поставлю возле её дверей охранника, — пообещала Хенна.
— Дэйн, — обратилась она к молодому дружиннику. — Проводи госпожу Илану в её
— Я сам провожу, — встал Гай и, не дав возразить ни Хенне, ни кому-либо другому, направился к Илане.
Выходя из зала, она успела заметить, как надулся Дэйн. Он был ровесником Гая и заметно недолюбливал чужеземного принца, который превосходил его и в военных состязаниях, и на охоте, и на любовном фронте. Впрочем, к сражениям на любовном фронте Гай в последнее время охладел — к великому огорчению местных девчонок. О причине этого догадывались все, включая ту, которая собственно и являлась причиной произошедшей в принце перемены. Однажды, проходя мимо кладовой, Илана услышала сквозь полуоткрытую дверь, как какая-то пожилая женщина поучительно кому-то говорила: «Выкинь эту блажь из головы! В их мире принцы женятся только на тех, кто им ровня. Он, конечно, развлекался с вами, дурочками, но теперь тут появилась принцесса. Пусть и не из их мира, но принцесса. Она же действительно единственная наследница Айслинда». Илане тогда так хотелось вмешаться в разговор и сказать этой женщине, что Гай не сноб и не хладнокровный, расчётливый тип вроде Таддеуша Бельски, но она вовремя спохватилась. Какая разница, что про него болтают недалёкие бабы…
Она не воспротивилась, когда он вошёл следом за ней в её комнату. И когда обнял её, крепко, но бережно прижав к себе. Она не помнила, сколько они целовались, и неизвестно, сколько бы это продолжалось, если бы не стук в окно. Они оба вздрогнули и уставились на гладкий ледяной квадрат в оправе резной деревянной рамы. Илане показалось, что магический лёд на мгновение засветился. Совсем чуть-чуть.
— Гай… — прошептала она, мягко отстраняясь от принца.
— Да, конечно, — улыбнулся он. — Тебе надо отдохнуть. Я только хотел сказать, что очень испугался. Вчера, когда мы очнулись в том парке… Больше всего меня испугало, что тебя с нами нет. Я думал, что потерял тебя навсегда. А потом ты появилась в этом наряде, и я чуть не заплясал от радости. Ты всегда удивляешь меня, Снежная Принцесса. И я постоянно боюсь, что ты исчезнешь, растаешь…
Илана вдруг почувствовала, как у неё похолодело внутри, и она снова бросилась ему в объятия.
— Нет, я не растаю!
— Конечно, это же я так… Чего ты испугалась?
— Не знаю… Я просто устала.
— Если честно, я тоже. От всего. Иногда мне хочется просто взять и увезти тебя отсюда. Всё равно куда, лишь бы там не знали про твой чудесный дар и ничего от тебя не хотели. Так хочется просто жить и радоваться жизни.
— Мы не можем. Пока…
— Да, — грустно согласился он. — Слишком многое тут на нас завязано… Или от нас уже ничего не зависит? Неужели мы проиграли? Ладно, не отвечай. И вообще, постарайся не думать о плохом… Бывает, мы грузимся, грузимся, а от этого только хуже и хуже. А иногда отодвинешь все неприятности подальше, отключишься от них, и откуда ни возьмись вдруг приходит решение всех проблем.
Илана кивнула, хотя и знала, что так не будет. Она уснула, едва коснувшись головой подушки, а когда проснулась, в кресле возле её кровати сидел маленький человечек с пушистыми белыми волосами и медальоном виде снежинки на шее.
— Лоффи!
— Тише, — ют испуганно вытаращил и без того огромные глазищи. — Твой поклонник всё ещё дежурит у дверей. Двери тут, конечно, толстые, но всё же лучше разговаривать потише. Знаю, ты ему доверяешь, но мне бы хотелось поговорить только с тобой. Хорошо, что я появился вовремя и стукнул в окно, а то ещё неизвестно, до чего бы у вас тут дошло. Мне показалось, ещё немного — и он лишит тебя невинности.