Снегурка
Шрифт:
Но это будет намного позже.
Часовня
Дева с золотистыми волосами роет могилу в промерзшей насквозь земле. Отросшие за долгие дни пути ногти стучат о мёрзлую землю и стук этот разносится в зимней степи далеко окрест.
Единорог помогает ей, стуча копытом. Лёд крошится сначала на крупные, потом на мелкие осколки. Они в каплях крови, что сочиться из-под ногтей казалось неживых пальцев ледяной девы.
Промерзшая земля мало похожа
Когда девушка поправляет пшеничного цвета кудри, растрепанные ветром и присыпанные снегом, то слышит легкий, еле уловимый стон.Жив,Никита!
От отчаяния разбудить любимого от вечного сна, Арина плачет, слезы жемчугом падают на мертвенно-бледное лицо любимого, но он не слышит её.
Дыхание его прерывается, сердце бьется всё тише.
И тогда дева выбирается из могилы и подходит к коню : « Конюшко,мой ласковый, конюшко, пойми и прости».Острым осколком льда вскрывает вену на шее единорога. Вместо чаши - прозрачные девичьи руки. Кровь течет горячей струйкой по крупу коня, по лебединой шее. А дева уже отомкнула уста любимого и поит его живой кровью. Еще, и еще.
И вот уже жизнь затеплилась робким пламенем в сильном мужском теле, порозовели ланиты и уста.
Снегурка вспомнила, как учила ее бабка заговаривать руду. И еле слышно произнесла: " «На море, на океане, не деревне Буяне там стояла хатка, в той хатке три сестры на колокола звонице. Они раны зашивали, они кровь останавливали. Ох ты, рана, заживись, ох ты, кровь, остановись. Кровь затворяю, рану заживляю" .
Зверь прядет головой, и бархатными губами касается обнаженного плеча девы, словно жалуясь на боль, а может, прощая. Кровь больше не стекает по золотой шее.
Вечерние розовые сумерки уступили место темной фиолетовой ночи, словно кто-то невидимый загасил лампадку на небе. Темные тучи заслонили луну, и снегопад разгулялся не на шутку, не видно ни зги. Единрог недовольно фыркал и качал головой, стряхивая водопады снежинок с белоснежной гривы.
И вдруг в этом мире, погруженном в хаос войны, засветился робкий лучик надежды. Неизвестно откуда на перепутье возникла часовня. Арина с ужасом подумала о том, что спасение для Никиты так близко, да только её грехи не дадут им пройти в спасительное тепло, и укрыться от непогоды.
И тут, когда дева уже почти сдалась на милость снежной бури, из-за пелены снега показалась женщина в темно-красном одеянии. Багряный плат, украшенный золотой полосой, достающий до самой земли, как оберег не давал снегу и ветру дотронуться до незнакомки.
Не касаясь земли, она подплыла к Арине и сняв с головы плат, укрыла им девушку.
Потом так же медленно поплыла к часовне. Девушка подхватила безвольное тело Никиты под руки и потащила его к спасительному крову.
Незнакомка открыла дверь в храм и пропала.
Арина,
Единрог остался за порогом.
Каменная часовня в честь Покрова Пресвятой Богородицы встретила странников зажженными свечами. В небольшой комнате было тепло, но совершенно пустынно. Но ведь кто-то зажег свечи, растопил печь.
– Кто ты добрый человек? Покажись. Мы путники, не причиним тебе вреда, а отблагодарим за помощь.
Но на зов Арины никто не откликнулся. Со стен смотрели нарисованные прямо на штукатурке лики святых. Никита, был в полубреду, не узнавал ее, но согревшись уснул, дыша ровно и спокойно.
А Арина толи спала, толи грезила наяву.
То чудилось ей, что она на похоронах Василисы лобызает иудиным поцелуем подружку в ледяной лоб, а губы онемели так, что не согрели их ни поминальные пироги, ни горячие наваристые щи.
То чудится деве, что она в глубоком колодце, а сверху Никита и батюшка льют такую студёную воду, что перехватывает дыхание и душа коченеет.
Арина хочет, но не может проснуться. Вот теперь уже Лушка отчего-то рядом.
Чернавка и туесок берестяной захватила и липовые мочала.
Бочки с дегтем стоят во дворе. Большие в рост с девушкой, еле – еле смогла крышку приоткрыть. В лунном свете душистая смола переливалась зелено-черным малахитом.
Дом разлучницы наискосок от родного, для охраны пса своего взяли Лютого. Тот от радости катался в снегу, как малый щенок.
У него своя служба - во дворе у Василисы- Жучка на цепи если ее кобелём отвлечь то и смолчит, не выдаст, дело черное завершить даст.
Деготь был свежим, ложился на деревянные ворота легко и быстро. Одну створку Лушка мазала, другую Арина.
Управились быстро, а тут и снег повалил, помогая мстительнице. Прикрыл все следы.
А когда после похорон подружки хотела Арина во всём сознаться родным, то Лушка-чернавка знай одно твердит:
– Нашей вины нет, боярышня. Это братья её, их грех.
Очнулась Арина от горьких воспоминаний
Девушка опустилась на колени пред иконой сурового Николая Чудотворца.
Она хотела помолиться защитнику всех блуждающих по свету, но в подсвечнике не было свечи. Арина вернулась к аналою и взяла несколько свечей.
Как только свеча, зажженная от большой свечи, затеплилась пламенем, девушка начала покаянную молитву.
Долго перечисляла детские шалости, боясь приступить к главному. За спиной застонал Никита, и Арина решилась.
– Это я с Лушкой мазала ворота сопернице. Я - виновница ее смерти, ужасной и горькой судьбы. Прости меня, святитель Николай. Хотя знаю, что нет мне прощения. Но смилуйся! Ревность змеей укусила за сердце, затмила разум ядом и отвела от молитвы.
Мой грех, но прошу не за себя — за любимого прошу, Никиту. Спаси его Святой Николай, дай здоровья и спасения. Аминь.