Снега
Шрифт:
З и н а. Иван Федорович талантлив, правда?
К о л е с н и к о в. Очень.
З и н а. Мне послышалась ирония.
К о л е с н и к о в. Простите, я готовлюсь к небольшому, но очень серьезному совещанию.
З и н а. Я бы на месте правительства объявила все совещания вне закона. Или запретила бы подпускать мужчин, головы которых заняты одними совещаниями, к женщинам… (Пауза). Разрешите задать вам только один вопрос: вы собирались уехать отсюда и остались. Отчего?
К о л е с н и к о в. Разрешите не отвечать.
З и н а.
Колесников молчит.
(Подходит к нему совсем близко.) Такие, как вы, делают жизнь, командуют ею, и… есть женщины, которые любят, чтобы ими повелевали…
К о л е с н и к о в (не отрываясь от работы). Найти в наше время такую женщину — все равно что найти клад. Это невозможно.
З и н а. А вы попробуйте. Может, этот клад… зарыт и не так глубоко.
К о л е с н и к о в. Увы! Клады, насколько мне известно, никогда не приносили людям ни счастья, ни радости.
З и н а. Но когда мужчина и женщина, каждый по-своему, несчастливы, они всегда могут… обязаны…
К о л е с н и к о в (оторвался наконец от чертежа). Уверяю вас, Зинаида Аркадьевна, мы с вами никогда не поймем друг друга…
Входят ж е н щ и н ы во главе с Н а с т е й — они невольно останавливаются.
И еще: прошу вас — найдите другое место для прогулок. Не раздражайте женщин, которые работают. Они ведь тоже не прочь бы пособирать цветы…
З и н а (подалась к нему). Понюхайте… как они пахнут.
К о л е с н и к о в (очень спокойно). Зинаида Аркадьевна, о чем я хочу попросить вас…
З и н а (с готовностью). О чем?
К о л е с н и к о в (глухо, со скрытой угрозой). Уходите. Впрочем, могу уйти я.
З и н а (испуганно). Теперь я понимаю Елену: с вами страшно.
Колесников ушел.
Не мужчины пошли, а варвары. (Роняет букет, начинает собирать цветы.)
Женщины быстро и тихо окружают Зину тесным кольцом.
(Испуганно.) Что вам нужно?
О з о р н а я (тихо, с угрозой). Если ты, пигалица, сейчас даже вздохнешь громко, мы тебя на первой осине повесим. Поняла?
З и н а (в ужасе мычит). Мм…
О з о р н а я. Так можно. (Насте.) Тетя Настя, говори.
Н а с т я (строго).
О з о р н а я. Нет, не весь. (Тоном приказа.) Снимай юбку. Женька, отдай пигалице свои штаны, надевай ее юбку. (Зине.) Блузку снимай. Снимай, снимай. Все снимай. И туфельки. Вот так. А теперь лезь на штабель, вот тебе топор, вот пила, будешь участвовать в производственном совещании, как ты есть первая ударница по мужикам. Бабы, прокатим ее!
Круг женщин размыкается, и мы видим Зину и первую девушку, которые поменялись нарядами. Женщины усаживают Зину на бочку с водой. Вид ее смешон и жалок. Со смехом женщины начинают катить повозку с бочкой.
Входят И в а н Ф е д о р о в и ч, А н д р е й, Н и к и т а.
И в а н Ф е д о р о в и ч (с трудом узнаёт жену). Что здесь происходит?
Зина, увидев Ивана Федоровича, заплакала.
О з о р н а я. Тю, сама напросилась, чтоб на работу взяли, а теперь плачет.
И в а н Ф е д о р о в и ч. Зинок, ты?! Поступила на работу?
Входит К о л е с н и к о в, понял, в чем дело, улыбается.
К о л е с н и к о в. Да-да, Зинаида Аркадьевна говорила со мной по этому вопросу.
Зина заплакала еще громче.
Конечно, в первый раз трудно.
Зина соскакивает с бочки, убегает.
П е р в а я девушка (ей вслед). Спецовку мою отдайте. (Уходит следом за Зиной.)
К о л е с н и к о в. Присаживайтесь, товарищи. Иван Федорович, как вы относитесь к своему проекту канала для сплава леса?
И в а н Ф е д о р о в и ч (пожал плечами). Не понимаю… проект утвержден Москвой. Работы начаты, идут полным ходом.
К о л е с н и к о в. Вы не ответили на вопрос: как вы относитесь к своему проекту?
И в а н Ф е д о р о в и ч. Я много работал над ним. Он мне дорог. Мне, право, неловко, как автору… Алексей Михайлович, что вы хотите сказать?
К о л е с н и к о в. Я хочу сказать, что ваш проект… Грош цена вашему проекту. Это отписка, это издевательство, это… ремесленничество самой чистой воды.
И в а н Ф е д о р о в и ч. Что-о? Прошу прощения…
К о л е с н и к о в. Не прощу. Ни вам, ни Андрею Степановичу, который допустил. Это не канал, а сточная канава, если хотите.