Снег
Шрифт:
Она была рождена из маленькой кружевной снежинки, в которую вдохнула жизнь энергия самой планеты. Малышка Сэцура любила резвиться на склонах горы Фуко, задорно кружась в потоках снежных метелей и сливаясь с необузданной силой природы. Лишь изредка юки-онна превращалась в маленькую белокурую девочку, когда спускалась к хрустально-чистым водам озера Ориго.
Озорник каппа, живущий в глубинах Ориго, любил подшутить над людьми, приходящими к берегам его озера, и частенько обливал их, ничего не подозревающих, студеной водой. Перепуганные
В очередной ясный день юки-онна спустилась к своему излюбленному месту на берегу Ориго. Серебристые снежинки, радостно блестя на солнце, сделали круг возле берега и опустились на зеленую траву, материализуясь в маленькой белокурой девочке. Высокий стройный юноша, совсем молоденький, стоял на берегу и благоговейно вдыхал прохладный свежий воздух, принесенный с поверхности прозрачных вод. От юноши исходили необычные энергетические вибрации, отчего малышка слегка вздрогнула, едва почувствовав что-то новое и на удивление уникальное в столь привычном для нее мире.
— Что? — Сэцура отпрянула от внезапного посетителя горного озера. — Человек? Всего-лишь человек, — фыркнула девочка, слегка поморщившись.
Малышка юки-онна испытывала ярко-детское отвращение ко всем людям, настолько примитивным и недалеким, что были даже не в состоянии ее увидеть или почувствовать. Но юноша внезапно обернулся, словно услышал недовольное бормотание девчушки. Его длинные, черные волосы всколыхнулись от потоков ветра. Расписной хаори на плечах юноши говорил о его высоком статусе и принадлежности к императорскому семейству, но его теплые глаза были слишком добрыми для правителя империи. Юноша остановил свой любопытный взгляд на белоснежной девочке.
— Привет, малышка, — сказал он и ласково улыбнулся.
Преодолев расстояние между ними за несколько легких шагов, юноша присел перед девочкой, преклонив одно колено.
— Я не малышка! — раздраженно фыркнула Сэцура и недоуменно отпрянула, смущенная столь внезапной близостью с человеком. — Я — юки-онна! — гордо выпалила девочка и энергично топнула ножкой, так что легкие брызги снежинок разлетелись от нее в разные стороны серебряным салютом.
— Ого, сама юки-онна! — расплылся в мягкой улыбке юноша. — Да еще и такая миленькая, — подмигнул он смущенной девчушке. — Рад с тобой познакомиться. Я — Сэйджи. Мотоба Сэйджи, — добавил император Восточных земель и доброжелательно протянул руку к белокурой девочке.
Сэцура недоверчиво покосилась на странного человека, который все же смог ее увидеть. Протянутая рука непреодолимо манила, и Сэцура в конце-концов любопытно потянулась своей крохотной белой ручкой навстречу его пальцам. Легкая энергетическая вибрация, исходящая от этого человека, проникла в самые глубины кружевной души юки-онны, заставляя ее трепетать.
Император Сэйджи был удивительно притягателен. За ним хотелось идти, нет — бежать со всех ног, лишь бы только оказаться с ним рядом.
Время медленно расплетало свои нити, малышка юки-онна росла, все больше и больше привязываясь
— Сэйджи, ты пришел! — радостно воскликнула высокая стройная девушка, едва император ступил на зеленую траву побережья Ориго.
— Здравствуй, моя сверкающая снежинка! — улыбнулся мужчина и протянул свою раскрытую ладонь белокурой девушке.
Сэцура сорвалась с места и бросилась навстречу императору. Уже на бегу она рассыпалась в поток маленьких сверкающих снежинок и восторженно закружилась, обнимая теплую ладонь своего Повелителя.
Даже не каждый ёкай мог заметить юки-онну в бушующем потоке снега, не говоря уже о людях. Лишь Сэйджи — только он один мог видеть ее в снежной форме. Никто из Заклинателей духов даже близко не мог сравниться по силе с Повелителем демонов, который мог почувствовать духа в потоке энергии, струящейся по всей поверхности планеты.
С годами юки-онна лишь расцветала, наполняясь силой, и не подозревая, что неумолимое время медленным тихим шагом несет за собой неизбежное.
Сэцура по-детски радовалась каждому белому волосу на голове Сэйджи, наивно полагая, что шелковая белизна приближает Повелителя к ней, столь ослепительно сверкающей снегом. Юки-онна слишком поздно поняла, что на самом же деле каждый белый волос своим появлением вел обратный отсчет времени, отведенного Повелителю.
Его голова уже давно вся покрылась серебром, а теплые ласковые глаза окружило непобедимое войско глубоких морщин. Но в глазах вечно молодой и прекрасной снежной девушки Сэйджи всегда оставался все тем же юношей, которого она встретила много-много лет назад на берегу озера Ориго.
— Мое время пришло, моя сверкающая снежинка, — тихо произнес Повелитель демонов, сидя в своей постели в окружении своей семьи.
— Нет, Сэйджи, не говори так! — дрожащим голосом выпалила белолицая девушка и бросилась к его постели, мягко приземлившись перед ней на колени. — Даже думать так не смей!
— Не печалься, дитя, — спокойно улыбнулся император. — Я ведь не исчезаю бесследно, я всего-лишь возвращаюсь к первоисточнику, — мужчина сомкнул свои сморщенные пальцы вокруг тоненькой белой ручки. — Я и так задержался здесь дольше, чем отмерено человеку.
На этих словах тело Повелителя демонов засверкало как снег на солнце и начало угасать, медленно растворяясь.
— Сэйджи, нет! — выкрикнула Сэцура и дернулась к нему навстречу. — Я могу помочь тебе, я могу остановить это! — затараторила она сквозь подступающие слезы. — Ты же знаешь, что переход из эфирной формы в физическую для меня как дыхание. Я могу остановить твое поглощение!
— Нет, дитя, — ласково прошептал император и махнул седой головой. — Мое время пришло, я должен идти, — он поднял свои ласковые глаза на юки-онну. — И я ухожу без сожалений. Я прожил удивительную, прекрасную жизнь. Я успел сделать так много, настала пора мне отдохнуть. Будь счастлива, моя сверкающая снежинка.