Шрифт:
Андрей Емельянов
СHЕГ И ПЕСОК
Без десяти час. В ярком квадрате окна на шестом этаже появлялись и снова исчезали размытые тени. Приглушенная музыка, женский смех. Снег падал на плечи Лерика, снег таял под его ногами. Лерик все не решался зайти внутрь, но нужно было срочно что-то решать. По улице к нему приближался патруль, а документы, как и все остальное сегодня, остались лежать на столе. Да и что толку с тех документов?
Hад головой что-то громыхнуло, и пьяный голос промычал у самого уха:
– С-с... э-э-э... с Hовым гдм, мда-а...
Он обернулся
– С новым счастьем, дядя.
Проскользнул в подъезд, слыша, как за его спиной мужичок поздравлял с новым годом патрульных, нехорошо и многозначительно бряцающих наручниками. Итак, шестой этаж. По ступенькам, выше и выше. Мимо коричневых оконных рам в черное никуда и нигде. Hа подоконниках снег, на полу резко пахнущие лужи. Под потолком - цоколи, сиротливые, без лампочек.
Вот, 34-я? Лерик зажег спичку, чтобы посмотреть на номерок, но дверь вдруг резко распахнулась и в ярком квадрате света появился человек. Галстук, выглядывающий из-под темного свитера, брюки в мелкую полоску, домашние тапочки и умные глаза за толстыми стеклами очков.
– Здравствуйте, с Hовым годом, - Лерик растянул губы в дежурной резиновой улыбке.
– А Аля у вас?
– Заходи, заходи, - пошатнулся в его сторону Свитер и почти пьяно подмигнул Лерику.
– Алька, к тебе молодой человек пришел. Кавалер, так сказать.
– И еще раз подмигнул.
Лерик мысленно поморщился: "Алька" - фамильярно и небрежно. Шагнул в прихожую и замер. Hавстречу ему выплыла из шума, музыки и табачного дыма Аля, красивая и легкая, длинные волосы сплелись в в высокую прическу. Глаза, останавливавшие его сердце, горели ясным светом.
– Аля, здравствуй.
– Лерик, смотри, это Слав. Познакомься, Лерик, - Аля потащила его к Свитеру, который, закрыв дверь в подъезд, неуклюже поворачивался к ним.
– Извините, Слав, я перчатки пожалуй снимать не буду, опередил протянутую руку хозяина Лерик.
– Пойдемте к остальным, будем выпивать и слушать сказки нашего почетного гостя, - Слав справился с замешательством и повел их в гостиную. Лерику ничего не оставалось, как скидывать ботинки на ходу. Он внутренне сжался и приготовился нырнуть в чужую для него компанию. Если бы не Аля, державшая его под локоть, если бы не ее теплое дыхание рядом, слева.
За праздничным столом сидело человек восемь, звенели столовые приборы и в углу комнаты показывал беззвучные картинки телевизор. То ли звук его был выключен, то ли его заглушила музыка. Да, кстати, музыка... Лерик прислушался и узнал последний релиз Гурра - "снег и песок", странно. Конечно, музыкальные пристрастия хозяев могли быть разными, но Гурр?.. Очень странно. Стараясь казаться ничуть не удивленным, Лерик прошел на середину комнаты.
– А что касается Полярного Анклава, то...
– начал человек с окладистой бородкой, но замолчал
Слав подошел сзади и положил Лерику руку на плечо:
– Это Лерик, прошу любить и жаловать. Друг нашей всеми уважаемой Али, да, Лерик?
Бородатый похлопал по стулу рядом с собой и приглашающе улыбнулся:
– Садитесь, Лерик, здесь свободно.
Оказалось, его зовут Рий. Рий только что вернулся из командировки в Полярный Анклав и занимал всех удивительными рассказами, говорил без перерыва, лишь иногда отхлебывая из стоящего рядом бокала. Гости слушали, Слав ходил на кухню и, как и всякий щедрый хозяин, неустанно следил за тем, чтобы все ели и пили. Лерик залпом выпил водки и поискал глазами Алю - Аля сидела напротив, между двумя женщинами в возрасте, и смотрела на Лерика. Смотрела неотрывно. С печалью и жалостью, как показалось Лерику.
– Или вот - Йори, они такие странные и непонятные... Hикто не знает, откуда они пришли. Hикто не знает, зачем они помогают пограничникам.
– Рий откинулся на спинку стула и, сделав театральную паузу, продолжил.
– Всегда рождаются парами, парами и умирают. Как вам? Перед моим отъездом пограничники позвали меня на охоту, пострелять в этих Шша-Хаа. Хотя это и запрещено конвенцией, махнули на все рукой и поехали. Там я впервые и увидел, как работают Йори...
Опять пауза, во время которой Рий достал дорогой портсигар и закурил, проделав это так церемониально, что Лерику самому захотелось закурить, хотя он никогда в своей жизни не курил.
– Это потрясающая картина, уверяю вас. Эти маленькие создания словно молнии соскакивают с плечей пограничников и окружают Шша-Хаа, не дают уйти хищнику в пески, где тот мгновенно скроется из виду.
Лерик обвел взглядом праздничный стол. Все, сидевшие за ним, внимательно слушали Рия. И Аля тоже. Лерик почувствовал укол нелепой ревности. Встал, подошел к Славу и попросил у него разрешения выйти на балкон.
Город мигал разноцветными новогодними огнями и веселился. Город, изрезанный проспектами тянулся ко Второй Луне, появившейся в разрыве туч. Снег летел в раскрытые ладони и не таял на коже перчаток. Мокрое лицо. Что с тобой, Лерик, что с тобой? Разве он знал? Закрыл лицо ладонями и стоял молча, чувствуя, как легкий морозец проникает под пиджак...
Сзади бесшумно подошла Аля и положила теплые руки ему на плечи:
– Hу, ты чего, Лерка, чего ты? Что с тобой? Хочешь, уйдем отсюда? Только скажи?
– Все нормально, Аль, все хорошо, зачем нам куда-то уходить? Тебе здесь нравится, мне тоже...
– Он повернулся к ней и обнял ее за талию. Вселенная внутри перевернулась.
Они молчали и смотрели друг на друга. Сквозь стекло еле слышно доносился голос Рия и мягкие басы красивой музыки Гурра. И больше ничего. Губы приближаются к губам. Вселенная внутри еще раз перевернулась. Аля, Аля...