Снайпер-2
Шрифт:
Паша и Игорь прошли мимо гардероба, мимо читавшего книгу охранника, который даже не поднял головы, (он здесь слишком много видел, чтобы обращать на все происходящее внимание, или, не дай Бог, вмешиваться).
На веранде было темно и довольно холодно.
— Ты вообще кто? — зло спросил Паша. — Давно в рыло не получал?
Игорь, в принципе, ожидал чего-то подобного, но, как оказалось, он давно отвык от такого. Кровь и выпитый коньяк бросились ему в голову.
— Ты знаешь, кто я такой? — прошипел он в
Они оба густо перемежали свою речь матом, и, в конце-концов, Паша ринулся на врага с кулаками. Игорь же очень удачно встретил его ударом кулака в лицо.
Паша отлетел в сторону и упал.
Игорь усмехнулся.
Глава 9
Веретенников, утирая разбитый нос, увидел эту победную усмешку. Безумная ярость овладела им. Потеряв остатки разума, он вытащил из-за пояса выкидной нож, выбросил лезвие, и метнул его…
Если бы Паша был трезвым, старательно целился, он и то вряд ли мог рассчитывать на такую точность. Видно, сам дьявол направлял его руку, ибо нож попал начфину прямо в глаз.
Так закончилась жизнь Игоря Полякова…
Сам же Паша вовсе не сразу сообразил, что он наделал. Сначала он подскочил к упавшему и ударил его ногой по голове. И только потом почувствовал неладное. Он наклонился, выдернул нож из трупа, а потом замер.
В этот момент на веранду вышел Колян. Он был один, улыбался чему-то своему, но когда увидел то, что произошло на веранде, улыбка сразу сползла с его лица.
Паша оглянулся, заорал что-то неразборчивое, и бросился бежать. Колян подошел к телу начфина, сразу все оценил, и рванул к своей машине.
— Стой, Паша! — кричал он.
Веретенников мчался куда-то в сторону от кафе не помня себя, не чувствуя ног… Но вскоре он обессилел, и почти остановился. Возле него тормознула тонированная «десятка».
— Давай сюда, Паша! — зло закричал Колян, сам вылез из-за руля, обежал автомобиль, затолкал вялого Веретенникова в салон, снова сел за руль и дал газу.
— Коля! Коля! — простонал стремительно трезвеющий Паша, — я что, правда его убил?
— Да, он теперь мертвее — мертвого, — процедил сквозь зубы Колян, уверенно управляя своим автомобилем на довольно скользкой дороге, хотя скорость у него была явно запредельная для городских условий.
— А кто это, Коля? — снова простонал Паша.
— Ты бы раньше узнавал, а потом на перо сажал, а не наоборот. Ты мента завалил. Мало того — начфина. Понял? И что он тебе сделал такого?
— Он меня послал.
Колян промолчал. Честно говоря, он не знал, верить пьяному Веретенникову или нет, да это было уже совершенно неважно.
— Ты соображаешь сейчас? — быстро спросил он. — Понимаешь
— Да, да, уже понимаю… Блин, какой же я мудак!
— Все правильно, но сейчас не об этом. Сейчас так. Я тебя отвезу к одной бабе. Просто больше некуда. Ты бы заранее сообщил, что ментов валить будешь, я бы хоть подготовился.
В интонациях Коляна очевидно скользил редкостный сарказм.
— Будешь сидеть у этой бабы, пока я не приеду за тобой, — продолжил он. — Или, иначе, как только дам знать. Сидеть будешь тихо и безвылазно. Я уже и так из-за тебя серьезно подставляюсь.
— Я понимаю, — плачущим голосом ответили с заднего сидения.
— Вот — вот, запоминай. Отсидишься, потом в другое место уйдешь. И будешь делать только то, что я скажу.
Показались пятиэтажные дома. Позднее время и мерзкая погода сделали свое дело — на улице не было ни души. Колян выключил фары, и без света загнал свою машину в тень между зданием подстанции и забором детского сада.
— Вперед, Паша, — скомандовал он, и они быстрым шагом нырнули в подъезд.
В нос ударил запах кошек, какой-то кислятины и человеческой мочи. Пара быстро поднялась на третий этаж. Колян позвонил в дверь.
— Если ее нет дома, то я прямо и не знаю, что с тобой делать, — высказал свои опасения вслух Колян.
Паша обмер. Но дверь открыли очень быстро. Правда, по резко изменившемуся лицу женщины было видно, что она ждала кого-то совсем другого.
— Это… ты? — спросила она, разглядев Коляна на лестничной площадке. — Что… случилось?
Голос ее звучал растерянно и испуганно.
— Ты одна дома? — быстро спросил Колян. — Не тормози, у меня очень мало времени.
Женщина внутренне собралась:
— Да, одна.
— Мы зайдем.
Она впустила их, и закрыла за ними дверь. Колян не стал тянуть кота за хвост.
— Оля! За тобой должок. Ты помнишь?
Она кивнула.
— Сделаешь это, и считай, что долг списан. Хорошо?
Она кивнула снова.
— Этот человек поживет у тебя несколько дней, и ни одна живая душа не должна об этом знать. Ни одна! Иначе нам всем будет очень плохо. А ведь у тебя дети. Помнишь?
Оля кивнула, но потом будто что-то вспомнила.
— Тут ко мне мужчина один иногда ходит. Так как я…
— Кто? — спросил Колян. — Говори быстро и правду. Это в твоих интересах.
— Игорь Поляков, — сразу сказала она.
Колян внезапно сам изменился в лице.
— Начфин в ментуре? — спросил он.
Ольга кивнула.
— Ладно, все равно, — ответил Колян, сглотнув. — Он пока не придет, не беспокойся… Все, мне пора. Все все поняли?
Ольга снова кивнула. Белый как мел Веретенников затравленно взглянул на Коляна, и мелко затряс головой.
— И чтобы очень — очень тихо! — сказал на прощание Колян, и рванул вниз по лестнице…