Сначала
Шрифт:
Затем я села на белый диван, стоявший посреди просторной гостиной. Открыв бутылку, налила себе в бокал кроваво-рубиновую жидкость. Крепкий напиток нежно обволакивал язык, ласкал горло своим бархатистым вкусом, смешанным с чувством горечи и разочарования. Пустота засасывала до последней клеточки, забирая себе все чувства и ощущения. Реальность постепенно стала исчезать, оставляя только воспоминания и обиду на саму себя. Некого винить… Не на кого кричать… Некого любить.
Некого терять.
Два последних слова слились воедино, неся за собой грубый
Моя жизнь, которая последние годы держалась лишь на стремлении родить ребёнка, которое порой больше напоминало одержимость, вмиг стала никчёмной и никому не нужной. Даже самой себе.
Истерический смех разразился в комнате, отзываясь эхом изо всех уголков пустынного дома.
Хотелось рвать и метать…
Разбить всё, что стояло на пути…
Разгромить этот дом в пух и прах, чтобы больше ничто не напоминало о прошлом.
Да только смысла в этом не было.
Мысли не хотели покоряться сознанию, снова и снова несясь в затуманенную реальность, где я ещё была счастлива и полна стремлений.
Я снова оказалась в том дне, когда впервые переступила порог этого дома.
Медленно, словно боясь спугнуть птицу счастья, я следовала за риэлтором, которая вовсю трещала о больших окнах в комнате, из которой получится замечательная детская. А также о натяжных потолках, которые будут замечательно смотреться в гостиной. До сих пор в ушах стоит её писклявый настойчивый голос, который уверял, что более качественного камина я в жизни не найду.
Снова вспомнилось, как стояла на стремянке, вся перемазана розовой краской, доводя до совершенства цвет стен в будущей детской. В ноутбуке играли колыбельные и смешные песенки, которые я пыталась запомнить, чтобы в будущем петь дочке.
«…Маленький ангел-хранитель твой
Носиком сладко сопит в изголовье.
Значит, пора нам уснуть с тобой,
День ожидая, завтрашний новый…»
Как часто эта нежная мелодия превращалась в ночной кошмар. Сколько ещё должно пройти ночей, пока я, наконец, не буду просыпаться в холодном поту, зажимая руками край простыни, чтобы не сорваться на крик!
Допив последний глоток вина, я со всей данной мне силой, швырнула хрустальный предмет в стену, наслаждаясь резким звуком биения стекла.
«Тук-тук… тук-тук… тук-тук…» – сердце бешено стучало в непонятном ритме. Виски сводило спазмом от порыва эмоций.
Медленно съехав по стенке, я обняла свои колени, прячась от насмехающихся стен.
Ничто здесь не верило в новую жизнь…
Её не существовало…
Громкая музыка заставила меня вздрогнуть. Сколько я просидела в таком положении, никому не известно. Хотя, судя по темноте на улице, прошел не один час. Достав из сумки телефон, разрывающийся стандартной мелодией, взглянула на экран. Таня.
– Да, Тань, – спокойным голосом начала разговор с девушкой.
– Ирина Владимировна, где вы? Константин Геннадиевич уже два часа вас ищет. Что мне ему сказать? – паника звучала в каждом слове девушки.
– Тань, для начала успокойся.
Поднявшись с пола, я осмотрела комнату. Да уж, жутковатый видок. Хотя, если убрать осколки бокала, то станет немного лучше.
Как ни удивительно, но в голове уже созрел план дальнейших действий.
Пнув ногой валявшийся на полу рулон обоев, я ещё раз оглядела дом. Странно. Это всего лишь коробка… Четыре голых стены… И потолок, который так и не довели до конца…
Ничего особенного.
Так, кажется, Таня предпочитает чёрный чай…
Порывшись на кухонных полках, я всё-таки отыскала пачку чёрного чая «Greenfield». Надо же, срок годности ещё вполне пригожий. Когда же я его тут оставила? Неважно.
Электрический чайник, который стоял без дела уже не один месяц, наконец наполнился водой и загудел, выполняя свою функцию. Вода вскипела меньше чем за минуту. Зная Таню, стоило её ждать совсем скоро. Как раз оставалось время привести себя в порядок и согреться горячим чаем со вкусом бергамота.
С ароматным напитком, который так любила в детстве, я снова вернулась в комнату. Поставив горячую чашку на стеклянную поверхность журнального столика, села в кресло. Вредная привычка постоянно что-то держать в руках заставила взять пробку от бутылки, которая каким-то образом оказалась рядом со мной. Не успев ещё выветриться, она излучала едва уловимый аромат клубники, ежевики и фиалок. Это вино, покорившее меня с первого глотка, стало чуть ли не единственным алкоголем, который я воспринимаю без отвращения. Именно им я, как руководитель отдела проектирования, – Ирина Владимировна Грановская – всегда отмечаю победы и успешные завершения проектов. Один бокал вина – это всё, что я себе позволяю – и ничего более.
Подъехавший автомобиль заставил вернуться из простора размышлений и выйти на крыльцо встретить гостью. Первую гостью в этом доме.
– Ирина Владимировна, я захватила бумаги, которые вы вчера не подписали. – Таня, совершенно не понимая, что она тут делает, стала рыться в необъятной сумке, из которой действительно вытянула папку с генеральным планом.
– Танюш, всё потом, – тронула за плечо своего самого лучшего помощника. – Пойдём в дом. Чай будешь?
Она кротко кивнула:
– Буду…
Спустя пару минут мы вдвоём отогревались горячим чаем, не зная, как всё-таки завести пресловутый разговор. Таня смущённо сжала пальцами чашку, несмотря на то, что в ней находился кипяток, который даже через тонкий фарфор припекал в руки. Впервые оказавшись с начальницей в такой неординарной ситуации, она ёрзала на краешке холодного дивана. Я же наслаждалась присутствием ещё одного человека в так долго пустующей комнате. Тем, что слышалось ещё одно тёплое дыхание, которое меня успокаивало и умиротворяло.