Сначала было похищение...
Шрифт:
К слову, тогдашняя шестнадцатилетняя я, многие из этих слов впервые и услышала.
Воспоминания отрезвили. Напомнили мне, почему именно эти люди больше не родные и близкие, а совершенно посторонние. Оцепенение спало и я сделала шаг вперёд, намереваясь пройти мимо, лишь поздоровавшись. Хоть и не родные и близкие, но всё же знакомые.
Предки тоже зашевелились, мама хотела видно пойти мне на встречу, но отец удержал её за руку, а та, как истинная баронесса даже не поморщилась.
Поравнявшись с ними я негромко поприветствовала их в соответствии с этикетом.
— Лорд
Я уже прошла мимо, когда рука отца требовательно, слегка болезненно сжала мой локоть.
— Не так быстро, мисс. Я правильно понимаю, что это всё что Вам есть сказать людям, подарившим Вам жизнь, и которых Вы не видели почти десять лет? — А вот это неожиданно. Я честно считала, что никто из них в жизни не позволит себе некрасивой сцены на глазах общественности.
Тем временем, лорд ждал. Челюсти плотно сжаты, брови сведены к переносице, желваки ходят на скулах. Отец всегда плохо умел сдерживать ярость. Но сейчас старался. Безуспешно, как всегда.
Только я больше не маленькая девочка, которая до ужаса боится прогневать папеньку и огорчить маменьку.
— Сэр? Надеюсь Вы в добром здравии? Леди? — Мой выразительный взгляд сперва на руку, которую я тут же демонстративно убрала со своей конечности, затем попеременно на родителей, показал, что зажиматься я не собираюсь.
Да я вообще не понимаю, какие могут быть разговоры! Театр абсурда! Уехав из дома я оставила письмо, в котором объяснила как причины своего поведения, так и степень любви к родителям и раскаяния в том, что мне приходится сделать.
Уж за восемь лет можно было найти время для ответа.
Леди Кассандра цветом лица уже давно слилась с серыми стенами вокзала. Вот уж у кого мир трещит по швам. Бедная моя маменька-птичка наверное уже давно вычеркнула из жизни опозорившую её дочь, а тут нужно как-то с ней светскую беседу вести. Вот где разрыв шаблонов.
— Наше здоровье вряд ли Вас волнует. Не притворяйтесь Анна. Дети, которых заботит здоровье родителей так себя не ведут. — Чудак человек. То сам настаивает на светской беседе, то упрекает меня в лицемерии. И это в то время, как одно без другого и представить нельзя. — Но зная то, как сильно Вас, мисс, заботит собственная персона, хочу сообщить, что мы возвращаемся в Дэнэмуд из королевского дворца. В канцелярию Его величества нас вызывали по поводу Вашего будущего.
Многозначительная пауза.
Заинтриговал. Нет, действительно заинтриговал. Потому что внимание королевского дворца к моей персоне ничем хорошим мне не светит.
— Вы собираетесь посвятить меня в детали, не так ли? — Ну глупо же задирать нос и делать вид, что мне не интересно. Интересно, ещё как. А гордячкой я никогда не была.
— От нас требовалось предоставить сведения о Вас. Наш милостивый монарх, да пошлёт ему Создатель долгих лет правления, взял на себя заботу об устройстве счастья одного благородного, но осиротевшего молодого человека. — Создатель! У нашего
Всё ясно. Жених-одна штука, невеста-штук восемь. Чтобы было из «чего» выбрать. Конечно, его величество Оттон второй не занимается устройством брака какого-то там графа лично. У него на это есть маленький такой отдельчик. Многие маги хотят в него попасть. Очень хлебное место. Сложно до конца представить, на что порой готовы те же бароны и графья, чтобы герцогу или маркизу настоятельно рекомендовали именно эту, конкретную баронскую или графскую дочку. У неё, дескать, и репутация кристально чистая, и здоровье лошадиное, и воспитание безупречное. А внутренний магический резерв, так вообще ууууу. Хотя нет. На счёт резерва никто не врёт. Ибо чревато.
Так и живут. Есть очередной купец. Причём это может быть как мужская особь, охочая до жены, так и благородная девица на выданье. Просматривают всех подходящих кандидатов по возрасту, сведения о которых с рождения заносятся и со временем дополняются. Подбирают подходящих, из которых уже выберут окончательно.
Никто из аристократов без согласия короля жениться и замуж выйти не может. Тем более если один из супругов без дара. Это всегда чревато санкциями от королевского дворца. Чаще всего налагают штраф на родителей молодожёнов. Самих же обвенчанных часто лишают права наследования. Как земель, так и титула.
Но официальной информации о наказаниях не публикуется. Всё на уровне сплетен. Именно поэтому, когда очередной баронет тайно женится на не одарённой, они автоматически становятся самой обсуждаемой парой во всех гостиных, салонах и клубах, впрочем, как и персонами нон грата.
Даже представлять не хочу, что пришлось вынести моей матери, с детства живущей визитами и чаепитиями, покупками и балами. Когда сбежала Агнесс, нас перестали приглашать в гости. Отец закрыл двери для всех визитёров. Абсолютно никакого светского общения. К слову, я от этого не страдала совсем. Леди же Кассандра замучила местного целителя своими мигренями и нервными срывами.
— Полагаю, нам с Вами, барон Дэнэмуд, совершенно не о чем беспокоиться. Вряд ли король остановится именно на моей кандидатуре.? И будем мы все жить уже привычным каждому из нас образом жизни. Вы согласны со мной? — Я не смогла скрыть заинтересованности и нервозности. Да и не сильно-то и пыталась. Мне действительно прямо здесь и сейчас необходимо знать, что он уверен в том, что меня, распутную девку, замуж никто не возьмёт.
— Думаю, что так и будет. По крайней мере я ничего не собираюсь предпринимать, чтобы вытащить Вас из той ямы, в которую Вы так бежали. — «Неблагодарная дрянь» осталось недосказанным. — Но Вы должны быть готовы к любому исходу дела. Хотя Вам нечего и надеяться на столь блестящую партию.