Смешанные чувства
Шрифт:
– Нет, Нимфадора, он не умер. А я ещё не проиграл. Я буду искать его и найду. Прости меня, я тебя очень люблю, но как раньше я жить не буду.
Барти, - голос Нимфадоры задрожал от подступивших слёз.
– Уходи, - устало попросил он, - иди, пока я тебя отпускаю.
– Хорошо, - решительно сказала
После этих слов девушка выбежала из дома, текущие слёзы жгли ей щеки. Последний раз оглянувшись на дверь своей тюрьмы она трансгрессировала к порогу своего дома. Дверь мгновенно открылась, на пороге стояла мама, которая сразу же, залившись слезами, кинулась обнимать дочь.
А потом был допрос, она рассказала почти правду, как отправилась за подарком домой и обнаружила двух Пожирателей, в одном узнала Даркнеса, второго она не знала. Пожиратели пленили её, потом что-то не поделили и тот второй убил Даркнеса, а её запер в неизвестном месте, откуда она не могла выбраться. А сегодня чары пали, должно быть Пожиратель погиб.
Нимфадора ещё с детства знала, говори почти всю правду и тебе поверят. Они поверили, и отец с мамой, и даже Грюм. А она просто не смогла выдать Барти. Будь что будет.
***
На следующей день мысли всех волшебников заняла новость о поражающем своей жестокостью преступлении. Фрэнка и Алису Долгопупсов Пожиратели замучили до безумия заклятием Круциатус. Преступники были найдены, а доказательства против них неоспоримые. Преступление это совершили семейство Лестрейнджей и Бартемиус Крауч младший.
Её Барти. Нимфадору сгрызало чувство вины, может быть, скажи она, что это Бартемиус держал её в плену, что-то бы изменилось. Но она ведь не знала о его планах и куда он направился. И всё же…
На глазах Нимфадоры последнее время не высыхали слёзы,
– Дора, ты знала, что Барти - Пожиратель?
Нет, она не знала, Бартемиуса давно не видела, пожалуйста, отстаньте.
Эти экзекуции прервала мама. Андромеда не выдержала и прогнала Грюма, видя состояние дочери.
– Хватит, Аластор, ты же знаешь этого Бартемиуса. Моя дочь не единственная, кому этот юноша дурил голову. Его собственный отец не знал!
– Я всегда знал, что с ним что-то не так, - с досадой вставил Тед. Это заявление вызвало новый поток слёз.
***
Барти осудили и отправили в Азкабан.
А ещё через некоторое время Грюм пришёл к Тонксам и сообщил Нимфадоре о смерти Бартемиуса.
– Я подумал, что ты должна знать, мда, - старый аврор явно чувствовал себя не в своей тарелке сообщая дочери друга о смерти её возлюбленного.
Однако Нимфадору восприняла эту новость со странным спокойствием, не было ни криков, ни слёз, только волосы и глаза её стали пепельно-серого цвета. Она подошла к столу, где стояла в красивой рамке колдография, на которой весело улыбался и махал рукой Барти Крауч, её красивый, славный Барти. Как живой.
” Я не верю, Барти не мог так сдаться. Здесь что-то не так, я чувствую” - думала Тонкс. А в слух сказала:
– Я хочу стать аврором. Хочу уничтожать зло.
– Ну, чтож, - задумчиво проговорил старый аврор, - это можно устроить, Нимфадора.
– Никогда не называй меня “Нимфадора” - вдруг с яростью крикнула она. Волосы её на мгновение вспыхнули красным.
Но почему, деточка?
– опешил Грюм.
– Это ведь твоё имя.
“Потому, что он меня так называл. Только ему можно.”