Смертельный эксперимент

Сойер Роберт Джеймс

ГЛАВА 45

Пролистав его воспоминания, Сандра Фило теперь поняла Питера Хобсона, поняла ход событий, которые привели ее в отделение интенсивной терапии, умирающую, едва способную говорить или пошевелиться. Теперь она знала Питера лучше, чем собственных родителей, или бывшего мужа, или даже свою дочь. И, узнав его так близко, поняв его так глубоко, она обнаружила, что в ней нет ненависти к нему…

Питер ворвался в больничную палату. Сейчас

она видела себя такой, какой ее увидел Питер, с болезненно-желтой кожей, с волосами, выпадающими клочьями.

— Мы пытались остановить их, — выпалил он. — Ничего не вышло. Но теперь мне доподлинно известно, какая копия виновна. — Он помолчал. — Сандра, вы получите все материалы, включая неограниченный доступ к результатам сканирования моего мозга. Вы узнаете меня до мельчайших подробностей — лучше, чем кто-либо другой в реальном мире. Знание моейпсихологии, образа мышления позволит перехитрить модель-убийцу.

Она видела себя его глазами, пытающуюся пожать плечами, насколько позволяло ее разрушенное облучением тело.

— Я уже ничего не смогу сделать. — Голос звучал тихо и печально. — Я умираю.

Питер зажмурился. Сандра почувствовала его отчаяние, его нестерпимое ощущение вины, почувствовала все, что разрывало его на части.

— Я знаю, — хрипло сказал он. — Мне очень жаль. Но рано отчаиваться, есть способ, Сандра, — способ, который позволит навсегда покончить с этим кошмаром.

— Дорогу! — крикнул Саркар, толкая перед собой груженную оборудованием тележку по коридору четвертого этажа. Медсестры, собравшиеся кучкой посреди холла, бросились врассыпную. Саркар отыскал палату 412 отделения интенсивной терапии и своей тележкой распахнул дверь.

Инспектор-детектив Сандра Фило лежала в кровати. Было ясно, что жить ей осталось очень недолго. На черепе, там, где ее рыжие волосы вылезли, были видны проплешины голой кожи, щеки запали.

Питер Хобсон был уже там, он стоял у окна и разговаривал с седовласой женщиной-врачом, одетой в зеленый халат. Они замолчали и посмотрели на Саркара.

— Ханна Келси, — сказал Питер. — Это Саркар Мухаммед. Саркар, это Ханна — лечащий врач Сандры. Оказывается, несколько лет назад мы вместе работали в Центральном госпитале Северного Йорка.

Саркар вежливо кивнул.

— Как себя чувствует мисс Фило?

— Мы временно стабилизировали ее состояние, — ответила Ханна. — По крайней мере несколько часов она не будет испытывать боли. — Ханна повернулась к Питеру. — Но, честно говоря, я хотела бы знать, какого рода записи вам нужны.

— Ты же получила согласие пациентки, Ханна, — ответил Питер. — Это все, что тебе требуется.

— Если

бы ты просто объяснил мне… — начала Ханна.

— Ну пожалуйста, — перебил Питер. — У нас мало времени. Если хочешь, ты можешь остаться здесь.

— Ты, очевидно, не понял, — возразила Ханна. — Это мое отделение; вы тут находитесь с моего разрешения, а не наоборот.

Питер согласно кивнул. Саркар подошел к кровати.

— Вам удобно? — наклонился он к Сандре. Она закатила глаза, давая понять, что комфорт в ее положении немыслим, но она чувствует себя настолько сносно, насколько это возможно.

— Питер объяснил вам процедуру? — спросил Саркар.

Она чуть кивнула и сказала:

— Да. — Ее голос был хриплым и слабым.

Саркар осторожно надел ей на голову шапочку с датчиками и закрепил ремешок под подбородком.

— Скажите, если так слишком туго.

Сандра ответила слабым кивком.

— Держите голову ровно. Если вам захочется прокашляться, предупредите меня движением руки; как я понял, левой вы немного владеете. Теперь разрешите мне вложить ушные вкладыши. Нормально? Прекрасно. Теперь я надену вам эти очки. Все готово? Начали.

После двух сеансов сканирования Питер указал на мониторы кардиографа и измерителя кровяного давления. Сандра явно слабела.

Саркар кивнул.

— Мне нужно по крайней мере еще полтора часа, — предупредил он.

Врач Сандры недавно ушла. Питер попросил дежурного по отделению — сейчас это был молодой человек, а не та упрямая женщина, с которой он схлестнулся сегодня утром, — позвать ее. Когда Ханна вернулась, Питер объяснил, что им нужно еще часа на полтора снова стабилизировать состояние Сандры — все это время она не должна испытывать боли.

— Я не могу все время держать ее на наркотиках, — возразила Ханна.

— Только еще один укол, — попросил Питер. — Пожалуйста.

— Сначала нужно проверить ее основные показатели.

— Черт возьми, Ханна, ты же знаешь, что ей все равно не дожить до утра. Пучок ионизирующей радиации убил большую часть ее тканей.

Ханна посмотрела на показания приборов, затем наклонилась к Сандре.

— Я могу заставить их уйти, — сказала она. — Похоже, вам нужно отдохнуть.

— Нет, — едва выдохнула Сандра. — Нет… нужно закончить.

— Это последний укол, который я могу сделать сегодня; вы и так уже превысили рекомендуемую дозу.

— Сделайте его, — велела Сандра, тихо, но решительно.

Ханна сделала ей укол и ввела что-то для поддержания кровяного давления.

Саркар продолжил работу.

Наконец Саркар выключил записывающее устройство.

— Сделано, — объявил он. — Хорошая, четкая запись — лучше, чем я надеялся, учитывая обстоятельства.

Сандра неровно, тяжело выдохнула:

— Я доберусь… до этого… ублюдка.

— Я знаю, — мягко сказал Питер, взяв ее за руку. — Я знаю.

Сандра долго молчала. Наконец, с трудом произнося слова, будто вся сила уже ушла из нее, она выговорила: