Смертельное шоу

Христофоров Игорь Николаевич

– - Притухни, -- углом губ прошептал Санька.
– - А то книфты поотшибаю и скажу Букахе, шо так и было...

– - Та-ак бы и сказал, -- обреченно сел он.

– - А я и сказал. Как там, Маша, "Потому что вдвоем, потому что поем"?

– - Я не помню.

– - А я помню.

– - Ты чей пристяж?
– - хмуро спросил амбал с противоположной

стороны столика.
– - Самого Букахи?

– - А то.

– - Вопросов нет. Это его часть города...

– - А то.

Еще что-то дописав на салфетке,

Санька встал и тут же забыл о бритоголовых. Рядом переминалась с ноги на ногу Маша, долговязая девчонка на роликах, которая за один вечер превратилась в красивую девушку.

– - Как Золушка, -- вслух сказал он.

– - Что?

– - Нет, ничего. Конвоируй меня на причал.

– - А может, еще потанцуем?

– - Потанцуем. Только ручку отдам.

– - Правда?

На ее лице было столько искренней, чисто детской радости, что он чуть не улыбнулся.

– - Только с одним условием, -- сказал он.

– - С каким?

– - Придешь завтра вечером на первый тур конкурса во дворец культуры?

– - А вы и о нем пишете?

Санька только теперь вспомнил, что при первой встрече объявил себя столичным журналистом, и ему стало неловко, но он меньше всего хотел сейчас долгих разъяснений.

– - Так придешь?

– - Приду.

Глава двадцать четвертая

СОКРОВИЩА ПЕРЕВАЛЬНОГО

Таким разъяренным он еще никогда не видел Андрея. У менеджера-барабанщика глаза сверкали неутолимым гневом, а из побуревшей головы, из ушей, носа и рта, казалось, валил пар.

– - Ты что издеваешься?!
– - встретил он Саньку еще у угла проулка.
– - Я еле уговорил ребят, чтоб остались. Мы ждали тебя вечером, а ты... Что мы должны были думать?!

– - Что меня убили, -- вяло ответил Санька.

– - Теперь они опять рвутся уехать! Мои силы -- на исходе! Я не смогу их остановить!

Сигнал автомобильного клаксона заставил их обернуться. В проулок въезжал крытый брезентом автофургон. Судя по ровной, без колей, земли между серыми заборами, здесь вообще никогда не появлялись машины. Автофургон выглядел в узком, точно на ширину его бортов, проулке не хуже тарелки инопланетян.

– - Эй, мужики!
– - высунулся из кабины человек с холеным лицом.
– - Где тут музыканты остановились?

Его волосы, схваченные микстурной резинкой, по-конски дернулись сверху вниз.

– - Там!
– - показал Санька на их калитку.
– - Только туда не надо ехать. Застрянете. Здесь выгружайте.

– - А-а, эт ты!
– - узнал его консковолосый парень.

– - Кто это?
– - ошарашенно спросил Андрей.

– - Бандиты, -- вяло ответил Санька.
– - Я спать хочу -- страсть!

– - Какие бандиты?

– - Местные. Других здесь нету. Солнцевские еще не додумались сюда приехать.

Парень беззвучно, так же беззвучно, как он делал все в кабинете Букахи, спрыгнул с подножки на пыльную траву, брезгливо осмотрел проулок с покосившимися заборами, сонными

курами и век не вывозимым мусорными кучами и крикнул в сторону фургона:

– - Выгружай!

Вялые, будто сваренные, грузчики по очереди стали вытаскивать из фургона очень красивые, совсем не подходящие к серому фону проулка коробки, и ощущение летающей тарелки стало еще сильнее.

– - "Корх"... "Людвиг"... "Штейнбергер"... "Диджитех"... "Шуре"...
– очумело читал лейблы на коробках Андрей.
– - Откуда это? Ты что?

– - Я спать хочу, -- не слушая его, поплелся к калитке Санька.

– - Откуда это?
– - догнав его, схватил за локоть Андрей.

Его пальцы были мокрыми и скользкими.

– - Мне нужно не больше часа, -- простонал Санька.
– - На каждый глаз. И я буду в форме. Я всю ночь того...

– - Что того?

– - Не того, что ты думаешь, а другого... Я танцевал, потом гулял, потом...

– - Все-таки потом...

– - Не-е, старичок, ты ничего в этом не понимаешь! Того не было. Было перевоплощение. Я прежний умер!

– - На похороны позовешь?

– - Несите прямо во двор!
– - пискляво скомандовал адъютант Букахи.

– - Сколько все это стоит?
– - уже у него спросил Андрей.

– - Не помню, -- устало отер человечек пот со лба маленьким платочком.
– - Не я закупал. Мне приказали из аэропорта доставить.

– - Это подарок?

– - Хозяин сказал, чтоб к десяти вечера аппаратура у него во дворе стояла. Вы играть будете.

– - Мы?!
– - окаменел Андрей.

– - Я дал слово, -- уже открывая певучую калитку, пояснил Санька.

– - Аппаратуру прислали, чтоб мы ее настроили. Точнее, вы... Ну, и порепетировали перед первым туром...

– - Мы играем с огнем!
– - вскрикнул Андрей.

– - Мы играем попсу, -- поправил его Санька.
– - Такое время, родной мой... Кто заказывает музыку, тот и платит...

Во дворе под навесом еще более ополоумевшие, чем Андрей, остальные члены группы "Мышьяк" -- Игорек и Виталий -- смотрели на коробки, будто на музейные раритеты. Виталий пытался что-то сказать, но у него получались лишь размашистые жесты руками. Видимо, язык у него оказался послабее рук.

– - Надеюсь, я не ошибся?
– - раздался от калитки незнакомый голос.

После вида фирменной аппаратуры удивляться уже было нечему. Сейчас никто из трех музыкантов не заметил бы землетрясения или извержения вулкана.

– - А-а, эт ты, -- пожал руку лучшему гитаристу из лучшего

ресторана Приморска Санька.
– - Познакомьтесь, ребята, -- позвал он всех к нему.
– - Это наша новая соло-гитара.

– - Эразм бы умер от счастья!
– - увидав лейбл "Гибсона", вскрикнул Виталий.

Он наконец-то вспомнил, как произносятся слова. Но после того, как вспомнил, сразу погрустнел.